Чтение онлайн

Должность главного декоратора по умолчанию отводилась самой природе, а ее заместителями в кинокомпании являлись специалисты по компьютерным эффектам. Они считали себя профессионалами, которые изменяют мир, но последние события показали, что творить невероятное умеют не только компьютеры.

В гробовой тишине раздался голос недовольного председателя директората:

– Как прикажете это понимать?

Продюсер, не в пример приглашенному на просмотр директорату, на явление живых мертвецов отреагировал относительно спокойно: по сравнению с фильмами ужасов, документальные кадры выглядели относительно спокойными и практически умиротворяющими.

– А что, оригинально смотрится, – ответил он вместо Григория.

Председатель оптимизма продюсера не разделил.

– Вы решили объединить реальность с элементами мистического кино ради увеличения числа зрителей, или я чего-то не понимаю? – напирал он на Григория, явно намереваясь вывести того из себя. Григорий безмолвствовал, помня о том, что спорить с начальством – только время терять: ничего не докажешь и сам же в дураках окажешься.

– Идиотский способ привлечь внимание к природной красоте, – буркнул третий заместитель председателя. Григорий и не пытался запомнить его имя-фамилию: замов у председателя было больше, чем огурцов в бочке. – Взрослые не станут смотреть фильм из-за наличия мертвецов, а подростки выйдут из кинотеатра через пять минут, потому что мертвецы никого не съедят. Додумавшийся до подобной гадости должен быть немедленно уволен!

– Невозможно уволить голокамеру, – возразил Григорий. Головы членов совета директоров повернулись в его сторону.

– Нам достаточно уволить ее оператора, – прозвучал ответ.

«От, чтоб тебя… – нахмурился Григорий. – Знал же, что лучше промолчать, какого черта не сдержался?.. И ведь, сволочи такие, даже не вспомнили, что я отдал работе в компании тридцать с лишним лет жизни и стал лучшим в своем деле».

– Это не поможет, – раздался громогласный голос руководителя отдела спецэффектов. Евгений Анатольевич вступил в борьбу со сгущавшимися над Григорием тучами.

– Предлагаете уволить вас? – переспросил пятый заместитель председателя. – За спецэффекты, неподобающие документальному фильму?

– Если вы решили, что на сегодняшнем собрании обязательно кого-нибудь уволите, то напишите заявление о собственном уходе, – предложил Евгений Анатольевич. – Нам профаны среди руководителей не нужны.

– Да как вы сме…

– А нечего обвинять, не зная подробностей! – гаркнул Евгений Анатольевич таким тоном, что возмущенный заместитель съежился от страха. – К вашему сведению, в смете фильма нет ни единого намека на съемки живых мертвецов. Мы не занимались созданием этой сцены.

– Вы хотите сказать, что оператор своевольничал? – уточнил продюсер. – Серьезно? Отдел спецэффектов оставили в стороне от создания сложного компьютерного шедевра? Господа, я требую разогнать отдел спецэффектов, а освободившиеся финансы включить в зарплату оператора.

Руководитель отдела и ухом не повел: колкости в просмотровом зале звучали постоянно со всех сторон, а продюсер редко бывал доволен эффектами, особенно в соотношении пунктов «цена» и «зрелищность». Привычное дело.

– Мы проверили все исходные оригинал-диски голографической камеры, – ответил Евгений Анатольевич. Как вам известно, камера записывает информацию на одноразовые болванки, для сохранности отснятого от случайного стирания, и произвести в отснятом материале компьютерные исправления невозможно. Я утверждаю, что съемки от первого до последнего байта документальны, а увиденные вами мертвецы настоящие.

– Вы уверены?

– Я всегда уверен, – Евгений Анатольевич повысил голос и эмоционально сверкнул глазами, – потому что занимаю должность по праву.

– Понял, всем замам заткнуться, – извинился председатель директората. – Значит, каждый кадр – правда, правда, и ничего, кроме правды?

– Именно так.

Присутствующие задумались. На экране мертвый толстяк в который раз показывал собаку и улыбался.

– Что предлагается сделать с отснятым материалом, господа? – спросил Григорий.

Продюсер нажал на кнопку пульта, включился свет. Через пару минут киномеханик принес коробку с монтаж-дисками фильма и положил ее перед рядами кресел на письменный столик.

– А чего это вы такие напуганные? – изумился он, увидев директорат. Присутствующие посмотрели друг на друга и начали старательно приглаживать стоявшие дыбом волосы. Довольный продюсер провел рукой по лысине и хитро улыбнулся.

– Не обращайте внимания, это профессиональное, – пояснил он. – Рабочие будни, финансовые вопросы. Сами понимаете…

– Ничего себе, будни, – изумился киномеханик. – На вас лица нет! А что за фильм снимаете? Я заинтригован.

– Всему свое время, – пояснил продюсер. Несмотря ни на что, он терпимо относился к подобным вопросам: киномеханики – тоже люди. – Вы свободны!

Киномеханик кивнул и вернулся в будку.

– Господа, – объявил продюсер. – Как я вижу по вашим вздыбленным волосам, отснятый материал поразил не только киномеханика. Я считаю, что мы впервые столкнулись с настоящим паранормальным явлением, и потому предлагаю основательно изучить данный феномен. Мое предложение директорату, – продюсер сделал паузу и дождался полной тишины, – в полном составе подстричься «под ежика».

Тишина в зале, образно выражаясь, усилилась на порядок.

– Это еще зачем? – выразил общее недоумение председатель.

– Затем, что я намереваюсь вложить в съемки фильма на данную тему немалую сумму. А вам вряд ли понравиться каждый раз выходить из просмотрового зала со вздыбленными волосами.

– Еще чего, – воскликнул председатель совета директоров, небезосновательно гордившийся роскошной белой шевелюрой. – Никаких стрижек. Срочно придумать фирменные кепки, и чтоб завтра выдали их руководящему составу.

– Тоже выход, – кивнул продюсер.

– А я считаю, что дешевле вызвать священника, – предложил второй заместитель председателя. – Пусть окропит святой водой киногруппу и утихомирит пожелавших сняться в кино покойников. Мы не занимаемся лженаукой. Это обман и ложь.

– Где обман? – продюсер повысил голос. – Сказано ведь, что кадры документальные! Вы чем слушали последние пять минут?

Заместитель опешил.

– Чего молчите? – напирал продюсер.

Заместитель злобно сверкнул глазами, но пойти против «денежного мешка» не решился.