Чтение онлайн

– Я?...
– переспросил он, и тут же, не дожидаясь ответа Сыча, уверенно добавил, оскалившись еще сильнее, - Я - хорошо.

15.

Нормальной жизни у Команды не получилось даже после того, как мозги Завета оказались разбрызганы по ковру. У авторитета было много врагов, но, также, оказались и друзья, которых было хлебом не корми - а дай вцепиться в глотку тем, кто пристрелил их обожаемого друга/родственника. Той осенью Москва-река едва не вышла из берегов от того количества трупов, что в нее сбросили Дубровский со товарищи.

Эта война могла бы продолжаться вечно, если б не несчастный случай, который, по иронии судьбы, и спас Команду от неминуемой смерти.

А в том, что эта смерть настала бы, не было никаких сомнений. Пуля, конечно, дура, но, если слишком часто находиться на передовой, то рано или поздно она найдет даже самого умелого и удачливого.

Команда пыталась убить двух зайцев - разжиться новым оружием, а заодно и пресечь поставки оного в Москву, и шла по следу одного очень крупного поставщика. Тот ящиками гнал в Москву взрывчатку, старые автоматы Калашникова и патроны. Схема не была очень уж хитрой, но Дубровского смущала не ее простота, а масштабы поставки. Ну ладно, машину конкурента взорвать или пристрелить кого в подъезде - дело житейское, происходящее сплошь и рядом, оружие и взрывчатка для этого, конечно, требуются, но не в таком же количестве! Решать загадку Команде не пришлось долго - Сыч просто уговорил ребят организовать штурм склада и унести столько оружия, сколько будет возможно, что не унесут - взорвать, поставщика - убить.

План был прост, но достаточно хорош, и друзья с энтузиазмом взялись за его осуществление.

В назначенное время к дверям склада (ангару в бывшей промзоне где-то на севере Москвы) лихо взвизгнув тормозами подкатил фургон, за рулем которого сидела Анька.

Открылась боковая дверь, из нее выскочил Сыч со щитом наперевес, а следом за ним - Жора.

Они отстрелили замок, бодро ворвались в двери склада, и тут же поняли, что попали совершили ошибку. Внутри склада кипела жизнь - в огромном помещении сновали туда-сюда с ящиками в руках, и ездили на электрокарах накачанные мужики самого, что ни есть криминального вида. На паре штурмовиков в мгновение ока скрестились взгляды всех присутствующих в ангаре, и, Сыч позже готов был поклясться, что почувствовал, как они своим весом едва не придавили его к полу. На секунду горе-штурмовики замерли в полном оцепенении, из которого их вывел ближайший к ним охранник, похожий по комплекции на гориллу. Он заорал что-то нечленораздельное и схватился за висящую на поясе кобуру, заставив всех присутствующих последовать своему примеру.

– Ах ты ж ё.. твою мать!!!
– заорал Жора, дал длинную очередь в пространство, схватил остолбеневшего Сыча за пояс и, таким макаром, вытащил из ангара.

Очнувшийся Сыч заорал, как резаный и помчался к фургону, не чувствуя веса щита, а Дубровский, видя, что в двери ангара показались мрачные вооруженные шкафы, недолго думая, срезал их еще одной длинной очередью, расстреляв рожок до конца. В качестве финального аккорда, он выстрелил в двери из подствольника, целясь в белый свет, как в копеечку.

– Поехали-поехали-поехали!!!
– заорали штурмовики хором опешившей от такого зрелища Аньке, и та сорвалась с места в карьер, оставив на асфальте черный след от буксующих покрышек.

Жора и Сыч уткнулись в заднее окно и услышали, как в ангаре что-то взорвалось - явно что-то мощнее гранаты из подствольника.

– Ты куда попал?
– прокричал Сыч, пытаясь переорать рев двигателя.

– Я не знаю!

И в тот же мир бОльшая часть ангара скрылась в огромном грибовидном облаке, из которого выбегали горящие люди и слышались хлопки взрывающихся патронов.

– Что ж мы, б..я, наделали?...
– потрясенно спросил Сыч, но Жора не стал ему отвечать.

Тем же вечером команду взяли.

Дубровского - в штабе, где тот пытался замести следы, и уже готовился полить всё бензином и поджечь. Сыча и Жору - на улице, внезапно выскочив из ниоткуда, окружив и потребовав сдаться. Аньку - на работе, попросив выйти на пару минут.

Как оказалось, сцапали их не бандюки и даже не полиция, а ФСБ.

Друзей поодиночке куда-то отвезли, заперли в помещении без окон, похожем на подвал, и принялись увлеченно допрашивать. Всех троих то ломали и били, то ласково уговаривали написать явку с повинной и во всем чистосердечно признаться, то грозились посадить в камеру к зэкам, сказав "Вот вам новый петух", то горько вздыхали и говорили, что им очень не хочется ломать жизнь таким молодым людям.

Обработка длилась почти всю ночь, а наутро, когда казалось, что все уже потеряно, пришло неожиданное спасение.

Как в голливудском кино, в камеру стучался и входил незнакомый человек в черном костюме, выгонял дознавателя, и объяснял очередному замученному члену Команды, что нужно будет делать, дабы избежать проблем. Он не давил, не упрашивал и даже ни в чем не убеждал - он просто говорил, как НАДО будет сделать, и эта его спокойная уверенность действовала лучше всякого прессинга.

Команду, имевшую весьма бледный вид, снова воссоединили, на этот раз в одном микроавтобусе (черном и наглухо затонированном Шевроле Экспресс), где по-быстрому привели в порядок и отправили на Лубянку.

Там, в одном из просторных кабинетов, им всё и объяснили.

– Итак! Запоминайте как следует, и не вздумайте кому-нибудь сказать что-то другое. Вы, - говорил один из чернокостюмных, обводя Команду взглядом - Наш спецотряд. Создан специально для борьбы с теми авторитетами, которых проще убить, чем посадить. Вы не профессионалы, и это сделано специально для того, чтобы вас труднее было вычислить. На протяжении последних месяцев вы работали на нас и выполняли наши приказы. Тот склад, который вы так красиво и громко взорвали - ваша работа по НАШЕМУ приказу. Вас уже нельзя скрывать, поскольку вы спалились, и поэтому мы покажем вас по центральному телевидению, как героев, предотвративших государственный переворот.

– Переворот?
– округлил глаза Дубровский.

– Да. Вы, ребята, сами того не зная, предотвратили мятеж. Те нацисты в ангаре - вы не задумывались зачем им столько оружия?

Дубровский задумывался, но предпочел о своих догадках не говорить.

– Скажу откровенно, переворот этот мы проморгали... Я проморгал. И вы мне поможете не попасть под репрессии. Всё зависит от вас, так что учтите - если я пойду на дно, то утяну вас с собой.

Команда учла.

Друзей отвезли на телевидение, взяли десяток интервью и сняли в ток-шоу, где телевизионщики, видать, для пущей красоты назвали их супергероями.

ФСБ-шники вручили друзьям какие-то награды, предложили всяческую помощь и содействие, кого надо - устроили на новую работу, помогли деньгами, пообещали охрану от самых неуемных бандитов, и приказали никогда больше не брать в руки оружие, жить мирно и не отсвечивать.

А Сыча, который после ночи в подвале как-то нехорошо изменился, уложили на реабилитацию в дорогую клинику, и приставили личного офицера, который должен был за ним открыто наблюдать и, в случае чего, пресекать... Да что угодно пресекать. Мало ли на что способен пойти человек, получивший душевную травму.