Чтение онлайн

Выносливость – 8

Удача – 8 (потеряны 4 очка характеристик)

Носитель этого восхитительного предмета обретает навыки: «Чувство опасности» – ощущает тревогу, когда ему грозит нападение врага, и «Тяга к приключениям» – неумолимое желание участвовать в самых безумных авантюрах, когда опасность миновала. (Навык «Тяга к приключениям» поврежден и работает не так, как планировалось создателем).

Да ладно, что характеристики пропали. Ничего, что навык повредился. Но цвет изменился совсем не так, как хотелось! Теперь кожа штанов стала ярко-красной, а металл антов отливал малиновым.

– Ну как я надену малиновые штаны? – моему возмущению не было предела. – Я что, скоморох?

Ситуацию исправил Мот:

– А мне нравится… Ты и так по колено в крови, когда в бою головы взрываешь, а тут и отмываться особо не надо. Да и доспех у тебя красный…

Да фиг с вами, надену, главное, что павлинов нет, вместо них на металле проступали как будто огненные всполохи. Ну типа «задница в огне». «Даже символично, – подумал я, – ведь вечно встреваем в передряги».

Утренний отстрел ракет прошел на ура: горны на ракетах выли громко и страшно, дальность в сто пятьдесят метров ракеты преодолели с легкостью, даже дальше получилось, так как стреляли с высокой стены. Взрывы удались вполне эпические, главное – не было привычного уханья пушек, это еще добавило жути, так как было непонятно, откуда стреляли и что взорвалось. Уверен, что вражеские дозоры неделю заикаться будут. Плюс ко всему, от взрывов начался пожар, горели остатки старого лагеря врага.

Воспользовавшись переполохом от первого полноценного испытания нашего чудо-оружия, мы, довольные эффектом, покинули форт через северные ворота. Мой отряд состоял из двадцати пяти рирцев-ракетчиков и двадцати шести кавалеристов Аделаиды, Майоран возглавил две сотни рирских гвардейцев, облаченных в снаряжение тяжелой кавалерии. Два дня предстояло пройти вместе, а потом мы продолжим двигаться на юго-запад, а отряд Майорана отправится вдоль побережья на север к форту Сиртос.

Уже когда отошли на приличное расстояние от нашей крепости, я оглянулся и увидел одинокого всадника, смотрящего нам вслед со стороны позиций вражеских войск. Видимо, он двигался за нами какое-то время, но не пытался догнать. На нем были золотые доспехи и светло-синий плащ калькадосских офицеров.

– Дождись моего возвращения, генерал! Не делай резких движений! – проговорил я шёпотом, как будто посылая ему мысленный сигнал.

Вдруг всадник резко вскинул руку к шлему, салютуя мне на прощание. Ну поживем – увидим, что ждет тебя, генерал: верная служба на Античную империю или смерть от русских ракет.

Часть Четвертая. Omnes homines aequales sunt. Все люди равны.

Как мы и планировали, через двое суток на развилке дорог расстались с отрядом Майорана. Теперь двигались малым отрядом в пятьдесят всадников и с тремя фургонами, в которых везли три пусковые установки и шестьдесят ракет. Это было всё, что успели сделать к боевому походу. Оставшиеся в форте рирцы продолжали производство нового оружия, на которое я очень рассчитывал. К моему большому удивлению, Пиус вызвался нам помочь: он не только пообещал наладить производство, но и доработать ракетное топливо. Ирса передал ему дела, а я принял старика в состав Гильдии. Также, как и двадцать шесть кавалергардов Аделаиды, их потом нужно будет вернуть в её подразделение, но сейчас им были необходимы бонусы, которые давал Первый легион. И это не только Маскировка, Иммунитет к ядам и Ночное зрение, но и добавка к Ловкости для кавалеристов +10, повышение на 300% Здоровья и на 100% – выносливости боевых коней. Но самое главное, возможность получать уровни выше тридцатого и увеличение на 20% наносимого урона…

Всё решилось буквально за полчаса перед выходом. Удивительно, что Старый Пиус сам подошел ко мне во время утренних стрельб и произнес заветные слова клятвы: «На суше, на море, в воздухе, на святых небесах и в преисподней мы несем волю человека…». Он явно непростой боец, это понятно хотя бы потому, что у простых имя одиночное, а у благородных либо авторитетных – из двух слов. Но разбираться с его статусом было некогда – всему свое время…

Мы уже полдня двигались по дороге в глубь Античной империи, это были новые для меня места, и я с интересом глазел по сторонам. Равнины и сопки побережья заканчивались, перед нами раскинулись бесконечные лесные массивы: хвойные, смешанные и даже березовые. Дорога петляла от поляны к поляне, в некоторых местах она вилась вдоль непроходимых чащоб, пугающих своей теменью. Да уж, дремучий лес, ничего не скажешь. Вот прямо идеальное место для засады, подумал я, разглядывая изгиб дороги впереди. А когда приблизились к этому опасному участку, где к обочине вплотную с обеих сторон подходили густые заросли, Ахмат неожиданно дал команду остановиться.

– Что там? – спросил я, выдвинувшись в голову нашей колонны.

– Волк что-то чует! – Ахмат кивнул на Яра, который замер у лесной опушки и щерился в ближайший ельник.

– Думаешь, разбойники? – спросил я сержанта.

– Наверняка! – он вложил в руку короткий арбалет.

– Не стрелять. Я поговорю! – я спешился и спокойным шагом пошел к леску, который так не понравился волку. Для убедительности заткнул за пояс пистоль Хмурого Карася – типа мы и сами «благородные пираты», неужели общего языка не найдем с дорожными разбойниками?

– Выходи, поговорим! – крикнул в лесную чащу, когда поравнялся с Яром.

– С чего бы? – раздался оттуда зычный голос. – Мы под арбалеты не пойдем!

– Ну тогда я захожу, – я решительно шагнул в чащобу и, пройдя буквально двадцать шагов, оказался на крошечной полянке.

Из-за деревьев ко мне вышел щуплый парнишка – обладатель весьма зычного баса, который совершенно не соответствовал его внешности. Невысокий, худой, русоволосый и сероглазый, невыразительное лицо имело отметины былых драк: скошенный на бок, многократно сломанный нос, рассеченная бровь, шрам на подбородке. В общем, парень, несмотря на свои лет восемнадцать, казался весьма бывалым. Вдруг из леса в мою сторону блеснули несколько армейских арбалетов. Я поправил пистоль на поясе и показал пустые руки.

– Переговоры? – я с трудом выдавил из себя улыбку.

– Переговоры! – покладисто пробасил он.

– Я – Командор Леонид, глава гильдии «Первый легион», мой друг Хмурый Карась, погибший героем, передал мне свой статус и отряд пиратов.

– Ну и где же пираты? – напряженно спросил парень, махнув в сторону дороги. – Мы видим только имперских гвардейцев.

– Пираты на своих кораблях, – я развел руками, – жгут в море файские барки.

– Да ну? А где корабли взяли? – он заинтересовался.

– Забрали у врага в качестве трофея, увели прямо из-под носа файской армии в Северной пристани. Даже флагман отжали! – я был доволен тем, какой эффект произвели мои слова.

Парень теперь поглядывал на меня с уважением, конечно же, он поверил всем моим словам, потому что «Ауру ментального подавления» я активировал сразу, как вошел в лес. Хотя, возможно, что у тертых разбойников есть и свои хитрости вроде «детектора лжи», но врать я пока не собирался.

– Так как тебя зовут? – спросил я его доброжелательно.

– Пика, – ответил он и, подумав, добавил:

– Тебе не со мной, а с Вольным Жором надо говорить.

Мне и так было понятно, что Пика не может быть лидером банды – данные не те. Из леса тем временем вышел Жор, это был крепкий мужчина средних лет, в кожаном доспехе, с пистолем за поясом, коротким палашом в руке. Он был лысым, я бы сказал, с резкими чертами лица: орлиный нос, большие чёрные глаза, густые брови, тщательно подстриженные усы и борода. Он убрал клинок в ножны и протянул мне руку.