Чтение онлайн

В статье «Русской помещик» особенно наглядно проявились консервативные взгляды Гоголя, ибо здесь трактовался вопрос об отношениях между помещиками и крестьянами. Гоголь идеализировал патриархально-крепостнические отношения и пытался представить дело таким образом, что, если помещики обратятся к патриархальной жизни, антагонизм между ними и крепостными крестьянами будет преодолен.

Появление этой статьи за подписью Гоголя, создателя образа «патриархального» крепостника Собакевича, было более чем неожиданно для большинства читателей. Белинский вскрыл помещичий характер «советов» Гоголя в критической статье, а затем, с еще большей отчетливостью — в зальцбруннском письме. Он указывал Гоголю, что никакой идиллии в деревне нет и не может быть, что даже правительство, всецело защищающее интересы помещиков, знает, «что делают помещики со своими крестьянами и сколько последние ежегодно режут первых». Белинский замечает, что, становясь на позицию защиты крепостного права, Гоголь делается рупором разоблаченных им в «Мертвых душах» эксплуататоров, «учит варвара-помещика наживать от крестьян больше денег, ругая их неумытыми рылами!..» «А выражение: ах ты, неумытое рыло! да у какого Ноздрева, какого Собакевича подслушали Вы его, чтобы передать миру как великое открытие в пользу и назидание русских мужиков…» — пишет Белинский.

В статье «Русской помещик» Белинского возмутило также заявление Гоголя, «будто простому народу грамота не только не полезна, но положительно вредна». Этому утверждению Гоголя Белинский противопоставляет факты, говорящие о страстном стремлении народа к просвещению. Вопрос о просвещении народа для Белинского неотделим от вопроса об освобождении крестьян.

К*, 3** — лица неустановленные.

Письмо обращено к Матвею Юрьевичу Виельгорскому.

Как и в письме «О театре», Гоголь выступает здесь с защитой искусства от бюрократической администрации, уповая в то же время на «высочайшее покровительство». Приведенные в статье сведения о гениальном художнике Иванове, рисковавшем «умереть с голоду» во время работы над большой картиной и молившем «о нищенском содержании», привлекли внимание цензуры и ряд мест был из статьи изъят.

Положение Иванова было действительно крайне тяжелым. Академия художеств в марте 1846 г. отказалась ходатайствовать о назначении Иванову содержания, между тем как «начальник над русскими художниками» генерал Киль проверял, как движется работа по выполнению «императорского заказа» и бесцеремонно вторгался в его студию.

Статья Гоголя привлекла внимание общества и вынудила правительство Николая I дать художнику некоторое материальное обеспечение.

Адресат письма не указан автором и неизвестен. Цензор вычеркнул в заглавии слова «при нынешнем порядке вещей в России». В статье, посвященной «Выбранным местам», Белинский иронически писал: «Но истинный перл по советодательной части составляют три письма автора. В одном он учит мужа и жену жить по-супружески. Жалеем, что длиннота этого письма лишает нас возможности пересказать его содержание: это чудо, прелесть, еще ничего не являлось подобного на русском языке, и перед этим даже путевые записки за границею г. Погодина — просто пас!» (Белинский. Полн, собр. соч., т. X, стр. 445).

В «Полном собрании сочинений» Н. В. Гоголя 1867 г. статья ошибочно датируется 1845 вместо 1846 года.

Comme il faut — соблюдение светских приличий (франц.).

Мадам Сихлер — владелица модных магазинов.

Адресат письма неизвестен.

Статья, как и глава «Русской помещик», касается отношений между помещиками и крестьянами. Имея в виду эту статью, Белинский писал Гоголю: «А Ваше понятие о национальном русском суде и расправе, идеал которого нашли Вы в словах глупой бабы в повести Пушкина и по разуму которого должно пороть и правого и виноватого? Да это и так у нас делается в частую, хотя чаще всего порют только правого, если ему нечем откупиться от преступления — быть без вины виноватым!..»

Письмо обращено к гр. Луизе Карловне Виельгорской — жене Мих. Ю. Виельгорского.

Гоголь писал Л. К. Виельгорской 22 октября 1846 г.: «Что вы, моя старшая графиня, матушка моих милых сестер, после вашего длинного письма, исполненного гнева на современный порядок вещей (за которое потом вас побраню), вдруг затихнули…». Статья «Страхи и ужасы России», очевидно, и является ответом на «исполненное гневом» письмо Л. К. Виельгорской.

Дочери Виельгорской, о которых упоминает Гоголь в названном письме и в статье, — Софья Михайловна, в замужестве Соллогуб, и Анна Михайловна, в замужестве — Шаховская.

Письмо Гоголя, признающее наличие чрезвычайно напряженных общественных противоречий в России и Европе, было целиком запрещено цензурой.

Наблюдения Гоголя над ростом революционного движения в Европе сказались в его словах: «Погодите, скоро поднимутся снизу такие крики, именно в тех с виду благоустроенных государствах, которых наружным блеском мы так восхищаемся…, что закружится голова у самых тех знаменитых государственных людей, которыми вы так любовались в палатах и камерах. В Европе завариваются теперь повсюду такие сумятицы, что не поможет никакое человеческое средство, когда они вскроются…» Белинский напомнил в своем письме Гоголю, что в России зреет небывалое по своему размаху народное движение против крепостного права.

Sauve qui pent — спасайся кто может (франц.).

Адресат не установлен.

Несмотря на то, что статья эта в основном направлена против нововведений в области государственного аппарата, цензор произвел в ней много мелких изъятий, так как не мог допустить поучительного тона, в котором Гоголь обращается здесь к представителям высшей бюрократии.

Статья, по всей вероятности, адресована А. П. Толстому или, во всяком случае, основывается на беседах с ним. Гоголь считал А. П. Толстого «государственным человеком». В письме Языкову от 12 ноября 1844 г. он писал о Толстом: «Он много видел, был два раза губернатором, в Одессе и в Твери, умел видеть ошибки другого и даже свои собственные, и теперь стал на такую точку, что может, не распекая и не разгоняя людей, сделать существенное добро, т. е. умирить там, где иной с благородным намерением добра может произвести кутерьму и раздор».

Статья «Занимающему важное место» тесно связана со статьей Гоголя «О сословиях в государстве». Гоголь заявляет, что «не на шутку задумались многие в Европе над древним патриархальным бытом, которого стихии исчезнули повсюду, кроме России, и начинают гласно говорить о преимуществах нашего крестьянского быта, испытавши бессилие всех установлений и учреждений нынешних, для их улучшенья». Тем самым крепостное право расценивалось как высшая форма взаимоотношений в деревне. Точно так же государственный бюрократический аппарат представлялся Гоголю идеально стройным зданием. Вместе с тем Гоголь не счел нужным умалчивать о трудностях, с которыми, по его мнению, может столкнуться в настоящее время крупный чиновник-губернатор. Это повлекло за собою запрещение статьи.