Коммунист
Шрифт:
31
Огонь и железо быстро развязывают язык. Крестьянин терпел пытку недолго, потом указал Оксане Головне направление, куда пошел Шестопалов.
Через несколько дней Головня догнала Шестопалова. Слушала топот копыт и ржание лошадей. Но сразу поняла, что ее сил недостаточно, чтобы уничтожить его. Наблюдала за ним издалека.
32
Хруст удивлял и поражал Диану. Ограбил оранжерею и засыпал розами весь тротуар. Но это не произвело на Диану ровно никакого впечатления.
— Почему, почему вы так жестоки ко мне? — в отчаянии восклицал Хруст.
И тут в окно между рамами попадала птичка. Билась в кровь о стекло.
— Я как эта птичка, — плакала Диана. Хруст пытался достать птичку, не получается. Ударил в стекло чугунным утюгом. Не тут-то было.
До революции стекло лили на совесть.
Хруст полез на крышу, рискуя жизнью, спустился к окну и выпустил птичку на волю. Вернулся в дом и открыл дверь нараспашку.
— Вы свободны, можете идти куда ходите.
И вот после этого крепость сердца Дианы наконец пала.
33
Хруст был влюблен, счастлив, рисковал, терял осторожность.
Следователь Морозов узнавал от своего осведомителя Картозика о чудачествах Хруста.
— Розами осыпает, говоришь? — задумался Морозов, — похоже, у Григория от воздуха свободы кружится голова. Надо бы ему помочь, прописать подходящее лекарство.
От Картозика Морозов узнал адрес, где найти Хруста. Решено было брать его нынешней ночью.
34
Борисов был слаб, принимал лекарство, лежал в медчасти. Забеля, как умел, окружал его заботой и выполнял любые его поручения. С медсестрой Катей у Забели наметилось что-то вроде симпатии.
В медчасти кончились медикаменты.
Доложили Кондратьеву.
Он думал недолго, приказал расстрелять раненых, которые не могут самостоятельно передвигаться. Командовать расстрелом назначили взводного Померанцева, садиста и убийцу.
Забеля помог Борисову выйти из медчасти.
— Куда!
Стояли во дворе в ряд красноармейцы с винтовками.
Забеля закрыл Борисова грудью и, угрожая маузером, сказал:
— Вам раненых и убитых товарищей мало? Сейчас добавлю.
Красноармейцы окружили Забелю, подняли винтовки. Вопрос только, кто выстрелит первым.
Часть 3
1
Красноармейцы стояли, направив винтовки на Забелю. Но не решались выстрелить первыми. Забеля, чувствуя их сомнения, начинал было их агитировать:
— Братцы, как же так? Неужели по своим будете стрелять?
Красноармейцы уже и засомневались было, зачесали в затылках. Подбежал запыхавшийся Померанцев, папаха набекрень, в руках — револьвер. Ствол был раскален докрасна.
— Не слушать контру! Слышали приказ?
Направил револьвер на Забелю, нажал курок. Щелк. Нет патронов.
— Стреляйте, черти! — командует Померанцев.
И снова подняли бойцы винтовки.
— А ну-ка обождите-ка! — Во двор медчасти вразвалку вошел крепкий бритоголовый мужчина в сопровождении нескольких таких же крепких парней, вооруженных револьверами.
— Гордеев, — прошелестело в толпе, — ВЧК.
Под взглядом Гордеева Померанцев сник.
— Этих я забираю, — деловито сказал Гордеев. И повернулся к Борисову, протянув ему бумагу:
— Вот ваш мандат, возвращаю. Никто вас здесь не тронет.
2
Борисов сидел в кабинете у Гордеева в кожаном кресле. Доверительный разговор проходил под фотопортретом железного Феликса. Борисов изложил Гордееву суть его миссии. Нужно пустить составы с хлебом в Москву. Нужно вразумить Кондратьева.
Гордеев покачал головой:
— Упрям Кондратьев. Плюс дел здесь наворотил. Понимает, что прощения ему уже не будет. Разозлил комендант Москву, а Москва слезам не верит.
Это он, Гордеев, посылал в Москву донесения о том, что здесь происходит, предчувствовал, куда все движется. Но его не желали слушать. Упустили время, когда Кондратьева можно было остановить малыми силами. Теперь его так просто не сковырнуть. Кондратьев — популист. Умеет разговаривать с солдатами. Гарнизон за него горой. Хотя гражданское население, конечно, его ненавидят. Кондратьева нужно арестовать, но для этого понадобится армия. А значит — будет бой и это будет бой между красными и красными. Что может иметь плохой пропагандистский эффект. Поэтому Гордеев вынужден делать вид, что все происходящее в городе происходит с одобрения из Москвы и что вообще имеет какой-то смысл.
Борисов хочет все же сначала попробовать уговорить Кондратьева помириться с Москвой.
— Попробуй, — пожимает плечами Гордеев, — пропадешь.
3
Комендант принял Борисова незамедлительно. Во все время разговора он сидел в тени, а самого Борисова усадил напротив лампы, так, чтобы свет падал ему в лицо. Борисову не удалось толком разглядеть лицо Кондратьева. Но его слова она расслышал достаточно хорошо.
— Город Окунев Москве не подчиняется.
На этом разговор и был закончен. Кондратьев вызвал своего заместителя Жданова. Жданов хитрый жук, лебезящий и по-собачьи ластящийся к Кондратьеву. Даже смотреть на него неприятно.
Жданов вывел Борисова и сказал ему, что будет держать его рядом с собой и контролировать каждое его донесение в Москву.
— Как это понимать?
— Надо понимать так. Если мы тебя шлепнем — к нам пришлют другого уполномоченного. А так вот он ты, Борисов, у нас на глазах, как лещик на сковороде.
И Жданов прикоснулся рукой к руке Борисова. Борисову потом долго казалось, что место этого прикосновения липкое и дурно пахнет.
4
Пока Борисов занимался государственными делами, Забеля был весь в делах амурных. Между ним и Катей произошло любовное объяснение. Забеля был готов жениться на Кате, о чем ее и уведомил.