Чтение онлайн

Один Дьявол светился от счастья, с какой-то задумчивостью всматриваясь в даль, будто видел там за горой что-то такое, о чем знал только он.

— Заметаю следы, заметаю, и снежинками где-то там таю, или в пропасть лечу, обрываясь, здесь стихия моя, и все это я… — напевал он и заботливо спрашивал у шатающихся Маньки и Борзеевича, у которых зуб на зуб не попадал, то поправляя им капюшон, то вытаскивая из сугроба: — Укачало?!

Оба несчастных путника ежились, устремляя тоскливый взгляд в ту же сторону. Вздыхали. В глазах их промелькивал ужас. Молча кивали и шли вперед, все реже и реже оглядываясь назад. Здесь уже лежал снег в полном смысле этого слова. С каждым часом подъемы становились опаснее. Думать о благодатной земле времени не оставалось, каждую минуту кто-нибудь из них мог сорваться со скал, или вызвать на себя обвал. Не хватало сил вытянуть друг друга из очередной образовавшейся снежной расщелины. Редкие моменты, когда оказывались на пологом месте, были как награда.

И еще этот Голлем, прикрутил себя… Перед дорогой она попросила Дьявола и Борзеевича еще раз посмотреть на глиняного человека. Но Дьявол лишь посмеялся: «Это горбик вампира, который вопит: Я бог! Я Бог! Чего на него смотреть?!» Манька начала подумывать, что могилу себе заказала именно его головой. И если уж нацелился, то не успокоится, пока не убьет. И ладно бы ее, а то ведь и Борзеевича…

— Манька, перестань думать о Голлеме, он ничем не лучше и не хуже камня… — наконец, не выдержал Дьявол, заметив ее расширенные от ужаса глаза, когда Борзеевич потерял равновесие и кубарем покатился вниз. — Представь, что вампиры приказывают тебе убить себя, а Голлем приказывает закрыть голос и ни в коем случае не причинять себе вред. Голлем закроет голос. Будешь болеть, но не умрешь. Обычное одностороннее кодирование. Тетка Валентина, больше-то некому, не дура была. Не от любви прокричала, от обиды, из зависти, от горя… Рассмотрела ее, вот и развернулся. Не такая уж она Благодетельница. Мои дружки видят не имидж, а землю. И прокричал нам: я сильно вас ненавижу… Хотела весточку послать, ну так и посылала бы на бумаге… Если думаешь не о том, быстрее убьешь и убьешься! — рассердился он. — Почему веревка оказалась не закрепленной? Это не прогулка даже еще, нулевой уровень сложности, а вы уже облажались! И ты, и Борзеевич! — вынес он свой вердикт.

— Я не успела… — попыталась оправдаться Манька, но сообразила, что лучше молчать.

Успела бы, если бы думала о веревке.