Чтение онлайн

Грэм всю дорогу до Мерра держался особняком. Лишь изредка бросал взгляд на спутника. Марк - несмотря на то, что островитяне, в общем-то, у себя на родине в лошадях не нуждались - держался в седле более чем уверенно. Лицо его выражало лишь хмурую сосредоточенность. Грэм давно уже понял, что вся наивность и веселость парня - не более чем маска. Не понимал только, для чего она нужна.

Так они и ехали, почти не общаясь. Останавливались, чтобы дать отдых лошадям и отдохнуть самим. Марк, еще на борту шхуны показавшийся Грэму неумолчным болтуном, теперь, напротив, соблюдал тишину, хотя всегда охотно отвечал на вопросы.

Через три дня они достигли стен Мерра. Высоченные, сложенные из белого камня, они вызвали восхищение у впервые видевшего их Марка. Над стенами высились только шпили башен королевского замка в западной части города, да купол Храма по центру.

– Тебе нужно увидеть город изнутри, - улыбнулся Грэм, заметив взгляд спутника.
– Но сегодня нам с тобой туда не нужно.

– Жаль, - проронил Марк, впрочем, без особого сожаления.

– Еще успеет тебе надоесть, - посулил наемник.

Грунтовая дорога кончилась, резко переходя в выложенный огромными каменными плитами тракт, опоясывающий столицу. Путники обогнули Мерр с востока. Дорога вывела их на почти прямой каменный путь, ведший на восход до самого Леннарта. Теперь лошади шли медленнее. Громко стучали копыта о камень, дохнуло приятной утренней прохладой, не в пример жаре, оставшейся позади.

В далеком тысяча сто двенадцатом, во времена правления Последнего Императора, среди ясного солнечного неба грянул гром. Его раскаты разлетелись по всей Империи, от Арсанны, что располагалась на самом севере страны, до Арката. Тучи возникали из ниоткуда, взбухали на глазах тысяч очевидцев, заволакивая небо темной пеленой, пожирая свет и тепло.

Через мгновенье хлынул дождь... ливень, забарабанивший по окнам, крышам, спинам горожан, крестьян, путешественников, и многих иных. Очень скоро поля, луга и дороги превратились в сплошное месиво, a вскоре и вовсе стали одной гигантской лужей.

Небо проливало воду неполную неделю. За это время погибла как минимум половина урожая. Дороги стали непригодными для передвижения, города потеряли связь друг с другом, провиант и другие товары перестали поступать туда, где их больше всего ждали. Предчувствуя голодный год, горожане стали массово скупать еду, нередко по завышенной цене. Прилавки быстро опустели.

Беда не приходит одна. Очень скоро горожане смекнули, что оживленность столичных магов в последнее время тесно связана со случившейся катастрофой. Назревал бунт, грозивший обернуться погромами, поджогами, возможными жертвами. Не стала исключением и столица Империи - тогда еще Виорунг, что стоял недалеко от границы с Ленайей - родиной настоящих, природных магов.

Итак, недовольство жителей грозило выплеснуться на улицы. Толпа, собравшаяся перед императорским дворцом, требовала повесить всех повинных чародеев. Правитель вышел к людям с объявлением, что маги слишком слабы, чтобы даже пытаться управлять погодой, не говоря уже о том, чтобы вызвать сильнейший ливень. Конечно же, народ не успокоился, и Император предвидел это. Он сказал, что не в силах вернуть загубленный урожай, но примет меры, чтобы в будущем избежать подобных случаев.

Так началось строительство каменного тракта, в котором не последнюю роль сыграли придворные маги. Тракт должен был соединить крупнейшие города Империи и избавить страну от изоляции ее отдельных регионов. Так, дорогу провели от Арсанны к Виорунгу, затем к Леннарту, и положили начало пути к Лестарду. Правда, на запад тракт так и не был проведен.

Через триста с лишним лет на месте прерванного строительства возник новый город - Мерр, ставший новой столицей страны. Город возвели вокруг конечного отрезка тракта, вдобавок окружили похожей на прежнюю каменной дорогой. К системе городов собирались присовокупить еще и Аркат, но до него дело так и не дошло.

Полдень едва миновал, когда путники приблизились к опушке леса. То был Даммерун - Лес Предков. Здесь росли самые большие и самые старые деревья во всей Империи. Дубы, вязы, остролисты - они помнили рассвет Антериана, помнили его первых жителей. Но с каждым столетием таких исполинов становилось все меньше, ибо Время властно над всем, и нет такой материи, которая могла бы противиться Его разрушительной силе.

Высоко над головами ветви деревьев переплетались столетиями, образовав зеленую арку. Солнечный свет рассеивался, проникая сквозь листву, и становился мягким, приятным для глаз, с зеленоватым оттенком. В кронах шумели птицы, перелетали с ветки на ветку, провожая всадников.

...Лес кончился. У его края, чуть в стороне от дороги, приткнулся трактир - единственный на этом отрезке пути. Над соломенной крышей вился дымок, в глубине двора квохтали куры. Из распахнутых настежь окон доносились редкие голоса, пахло жареным мясом. Марк непроизвольно сглотнул - в пути они обходились вяленой говядиной и сухарями.

Миновали и таверну. Вновь потянулись луга, буйная зелень, целые сонмы поднимающихся в небо разноцветных бабочек.

До Леннарта оставалось не больше пяти миль.

глава 2

ГИЛЬДИЯ

июнь, 1619

Пансион "Эролл" назывался так в честь древнего мифического героя, убившего дракона одним ударом копья и завладевшего его сокровищами. Легенда занимала почетное место среди других мифов, даже была любимой сказкой для многих ребятишек. Сам пансион, в отличие от таверн и пабов, просто сиял чистотой, и в его стенах всегда царил покой. Конечно, плата за обслуживание и ночлег здесь была на порядок выше, но "Эролл" не был одним из самых дорогих заведений в городе.

Здание имело три этажа. На двух верхних располагались жилые комнаты, а первый этаж помимо холла содержал общую столовую. Кухню и подсобные помещения перенесли с первого этажа в подвал. Тем не менее, даже самые маленькие подвальные закутки хорошо освещались, и недостатка в свете никогда не было.

Пансион был приятен на вид как снаружи, так и внутри. С улицы он блистал опять же чистыми и опрятными белокаменными стенами, украшенными без особых изысков - немного лепнины на наличниках окон, да темная дверь из мореного дуба с фигурными железными петлями и искусным изображением рекомого героя.