Чтение онлайн

— Неверно!

— Подушка, — не выдержал Середин.

— Поздно! Последняя загадка…

Нет, тут точно было что-то не так. Каменный монстр, идиотские загадки, сторожит долину, ест людей и лошадей… Ведун тронул пятками коня и осторожно двинулся вбок, за чудовище.

— Последняя загадка! Очень важная! Очень нужная! Очень уместная! Что за ужином самое нужное?

— Не объедаться!

— Ложка!

— Стол!

— Мед!

— Миска!

— Рот всего важнее, — пробормотал ведун. — Без остального можно и обойтись.

— Неверно! — радостно завыл, захохотал монстр, и теперь Олег уже с полной ясностью услышал, что звук идет не от Тойбоя, а из другого места.

Он пришпорил коня, подлетел к высокому камню, заглянул за него. Там лежал открытый кувшин, рядом в снегу валялась и затычка.

— Последняя загадка! — вылетело из горлышка. — Кто отгадает, тому все прочие прощу. Сколько тебе жить осталось?!

Увидев, как Тойбой замахнулся и прихлопнул его спутников, Олег спрыгнул с коня, подхватил кувшин и шваркнул о камень. Полетели глиняные осколки, монстр мгновенно онемел, хотя и продолжал делать какие-то движения, что-то объяснять. Хлопнул по людям второй раз.

Ведун подъехал к друзьям, взял их лошадей за поводья, вывел из-под ударов. Следом потянулись остальные скакуны. Они особо не беспокоились: на их мозги это изощренное колдовство не действовало, они не видели ничего.

— Все-таки Тойбой был мороком, — признал Олег. — Проклятый Раджаф спрятал разговор в кувшин. Заколдовал и убрал с глаз. Когда мы приехали, вылетела пробка, появился каменный призрак и одновременно с ним — разговор. То-то он все время к нам в единственном лице обращался. Беглый правитель услышал Любовода и подумал, что тот гонится один.

Ведун оглянулся. Монстр еще стоял и стучал ладонью по земле, но отсюда было видно, что снежный покров вокруг него остался нетронутым. И там, где он ступал, и там, куда треснул кулаком.

— Господин… — стащила с себя шапку невольница. — Господин, посмотри на мои волосы.

— Смотрю. И что?

— Они не побелели?

— Нет.

— Я думала, все… — Рабыня медленно нахлобучила на себя шапку.

— Я тоже чуть про медвежью болезнь не вспомнил, — отер лоб купец.

— Я понимаю, — кивнул Олег. — Вам бы сейчас отдохнуть. Посидеть у костерка, попить настоя горячего, перекусить. Но ведь уходит паразит. Раджаф уходит.

Он пустил коня рысью, спутники тоже подстроились под его темп.

Долина, подпертая с двух сторон горами с пологими склонами, превратилась в просторное ущелье. Между горами справа и слева раскинулась каменистая лента шириной добрых триста метров. Камушки проглядывали из-под снега, звенели под подковами, стучали, откатываясь в стороны. Возможно, это было русло какой-то реки — но настолько мелкой, что даже в половодье вода не поднималась выше нескольких сантиметров. Что, при ее ширине, было совсем не удивительно.

Минут через двадцать скачки Олег наконец заметил следы: цепочка овальных отпечатков от копыт уходила с левого края долины куда-то вправо, а потом и вовсе свернула под деревья. Ведун, разумеется, направился туда, вслед за Раджафом перевалил какой-то хребет — пологий с обеих сторон, как подтаявшее мороженое, но все же возвышающийся над речушкой метров на триста-четыреста. За хребтом обнаружилось уже настоящее ущелье — с высокими отвесными стенами, всего в полсотни метров от края до края, но при этом поросшее липой и орешником. Проскакав по следам пару верст, Олег увидел впереди, под высокой, усыпанной мерзлыми ягодами, рябиной сидящих на камне мохнатых чудищ, которые походили на обвалянных в дегте и перьях воришек. Правда, когда путники приблизились и те встали, выяснилось, что росту в очередных монстрах метра под два с половиной, а в руках они держат, одну на всех, увесистую дубину, похожую на вырванное из земли вместе с корнями молодое деревце. Мохнатые гиганты принялись раскачиваться, скалить зубы, размахивать руками и дубиной — но не произносили при этом ни единого звука.

— Опять великий Раджаф морок нам для развлечения оставил, — скривился Олег, проезжая мимо.

Но тут дубина промелькнула в воздухе, впечаталась ему в грудь, и…

— Где я?

— Рази ты не помнишь, друже? Мы гонимся за хитрым Раджафом… Ты совсем ничего не помнишь? Нас послал мудрый Аркаим. Он обещал нам изрядно самоцветов отсыпать, коли за двадцать дней обернемся. Но ныне уже девятый, а мы его так и не нагнали.

— А меня, меня ты помнишь, господин?

— Где мы, девочка?

— В лесу, в ущелье каком-то… Тут большие люди волосатые стояли. Они стукнули тебя, господин. Теперь ты лежишь. Мы костер развели.

— Значит, это был не сон?

— Какой сон! Эта двуногая тварь мне лошадь изувечила! Убила! Как даст в лоб дубиной — у той аж череп треснул сразу. Но я еще меч успел достать, заколол ее враз. А потом и вторую. Самкой оказалась.

— Они стонали? Когда ты их убивал, они стонали, кричали, рычали? — открыл глаза ведун. — Звук был?

— Вроде как нет, друже… — растерялся купец. — Не помню.

— Сволочь… Какая хитрая сволочь! — простонал Олег. — Ладно, морок сделать похожим… Но замаскировать под морок живое чудовище… Нет, друже, я убью его сам… Сам… Я давно лежу?

— Да с полдня будет, господин. Мы уж костер успели сделать, я рыбы в глине запекла. Тут ее много, прямо под ногами. Глины. Поешь, господин.

— Уйдет ведь! — Олег попытался встать, но от резкой боли в груди тут же откинулся назад. — Не могу… Любовод, может, в седло меня подымешь?

— Лежи, друже, лежи, — замахал руками купец. — Не уйдет от нас беглец аркаимовский. Нельзя тебе сегодня в поход, не увечься. Спасибо скажи, жив остался. Повезло, доспех надет, не дал ребра переломать. Отлежись, ночь поспи. А завтра, коли легче будет, придумаем, как нагнать хитреца нашего. А рыбу тебе полонянка почистит, руками не маши. Оклематься тебе надобно, хотя бы день отлежаться.

— Добился, стало быть, своего Раджаф. Ушел сегодня от погони, задержал нас на день, который еще нагонять придется. Не один переход нагонять!