Чтение онлайн

Во избежание конфликтов с ГИБДД тщательно соблюдая правила дорожного движения, он проехал по полупустым улицам неспешно пробуждающегося города. Жора держал курс на новый красивый особняк на тихой улочке, соседствующей с набережной реки Кубани, и добрался туда быстро и без осложнений. Припарковал машину в непосредственной близости от трехметровой кирпичной ограды с чугунными пиками наверху, выключил двигатель и после секундного раздумья переложил торчащую пачку баксов из своего кармана в бабью сумку. А потом, ожидая, пока его присутствие заметят, несколько раз нажал на клаксон и устало откинулся на сиденье.

С экскурсии к эйхорниевому пруду мы вернулись, когда уже рассвело. Любе и капитану Васятке при одном взгляде на чудодейственную эйхорнию явно полегчало, они уже строили планы, как массово перебазируют ценную растительность в свои пенаты. Я поняла, что предполагалось одолжить у темрюкского рыболовного кооператива машину с цистерной для перевозки живой рыбы.

Я откровенно зевала и грустила оттого, что поспать не удастся, пора идти на работу.

Все тот же «Вольво» подбросил меня к дому, чтобы я могла хотя бы переодеться и что-нибудь перекусить перед началом трудового дня. А времени осталось — совсем чуть! Пришлось взбодриться.

На ходу раскланиваясь с бабульками на лавочках, я галопом пробежала через двор, прыгнула в подъезд, взлетела по лестнице до площадки между первым и вторым этажами и тут застыла, как журавль, на одной ноге: с некоторым запозданием меня настигла тревожная мысль, что во дворе что-то было не так. Не опуская ногу, я некоторое время соображала, что к чему, но ни до чего не додумалась, поэтому просто выглянула в окно. Пошарив по двору, взгляд мой уперся в розовый куст с висящей на нем спортивной курткой. Это что же, кто-то белье вздумал сушить у нас на цветочных шпалерах? Странно, конечно, но все же не настолько, чтобы я затормозила на полном ходу. Кажется, было что-то еще…

Я внимательно осмотрела двор: лавочки с бабульками в ассортименте, кривобокие качели и песочницу с гомонящими карапузами, примятую траву под розовым кустом и глинистый откос клумбы со следами шин…

Мама дорогая!!! А где же моя машина?! То есть не моя, а Иркина, но все равно — где?!

Преодолев первый порыв сигануть для скорости в окно, я кубарем скатилась с лестницы, вылетела во двор и курицей заметалась по нему в поисках утраченной «шестерки». Обежала дом, сгоняла на площадку для сушки белья и, совсем уже обалдев, последовательно заглянула в водосточную канаву и под лавочку — не закатилась ли?

— Чегой-то потеряла, Алена Ивановна? — вылезая из-под древнего «Москвича», поинтересовался сосед.

Я с подозрением посмотрела на его помятую колымагу, опомнилась и спросила:

— Василий Петрович, вы тут машину не видели? Белую «шестерку»? Вот здесь, под кустом, стояла?

— Никак угнали? — сочувственно присвистнул сосед. — Ну, дела! Так ты не стой, дуй в милицию, пусть скорее объявят в розыск! У них там есть программа «Перехват», иногда и впрямь успевают перехватывать!

Благодарно кивнув, я стартовала, даже не подумав, что проще и быстрее было бы позвонить по телефону. Добежала до трамвая, проехала в нем, перебирая в нетерпении ногами, до окружного УВД, ворвалась в пропахший табаком длинный коридор с рядами облезлых дверей и, вцепившись в первого попавшегося человека в форме, заверещала:

— Товарищи, караул, у меня машину угнали!

— А у меня новый сотовый сперли, — со злостью сказал мужик, с трудом отцепляя мои пальцы от своего мундира. — И что же теперь, мне тоже на людей бросаться?

— Пардон, — запоздало смекнув, что на расстроенном товарище форма летчика гражданской авиации, я благородно вернула ему оторванную пуговицу и огляделась.

— Что, с машиной проблемы? — сочувственно произнес у меня над ухом приятный мужской голос.

Я поглядела на говорящего: симпатичный парень лет тридцати, прилично одетый и невыразимо скорбный. Запросто мог бы работать наемным плакальщиком на похоронах!

— Угнали, — коротко пояснила я.

— Так это пустяк, — заявил мой собеседник. — Тут все просто, либо найдут, либо нет. Бывает и хуже…

— Что же может быть хуже? — невольно заинтересовалась я.

Тяжело вздохнув, парень вытащил из кармана плоский металлический портсигар и предложил мне сигаретку.

— Не курю, — отказалась я, машинально отметив, что с дымящими цигарками в коридоре стоит каждый второй. Очевидно, МВД пренебрегало предупреждением Минздрава о вреде курения.

— Меня Мишей зовут, — сказал мой грустный собеседник. — У меня «Тойота».

— Хорошая машина, — похвалила я.

— Была хорошая, — согласился Миша. — Весной мне привезли ее прямо из Страны восходящего солнца, на ней всего-то два года ездила какая-то страшно аккуратная японка. Машинка была — как игрушечка…

Хорошенькой, как новая игрушечка, Мишина машинка была примерно неделю. Потом на открытой автостоянке рядом с Мишиным офисом в «Тойоту» въехала раздолбанная «Ока», помяв любимому детищу японской автопромышленности правый бок.

Разъяренный Миша успел выглянуть в окно и запомнить номер «Оки», так что найти горе-водителя не составило труда. Как выяснилось, за рулем «Оки» сидела шестидесятилетняя дама, экс-преподаватель вуза, ныне пенсионер и инвалид умственного труда. Компенсировать нанесенный Мише ущерб интеллигентная старушка, в принципе, не возражала, однако сделать это была решительно не в состоянии. Миша, сам бывший студент, привыкший почитать уважаемых стариков, проявил гуманизм и отремонтировал машину за свой счет: это стоило ему пятьсот баксов.

«Тойота» снова стала игрушечкой, но опять не надолго: не прошло и пяти дней после возвращения злосчастной японки из автосервиса, как на той же самой стоянке кто-то помял ей левый бок. Кто это сотворил, установить не удалось, и Миша, сделав ремонт, поменял место парковки.

На выбранной им платной автостоянке к машинам клиентов относились максимально бережно. Парковали автомобили исключительно опытные служащие, сверху над всей площадкой для защиты от солнца и осадков был натянут огромный тент, сама площадка чернела свежим асфальтом, и даже прилегающую к территории паркинга сторону улицы начали выравнивать. Но призванный это сделать дорожный каток в один прекрасный момент сам по себе покатился куда не надо и… «поцеловал» в передний бампер одиноко стоявшую Мишину «Тойоту». А задняя часть отлетевшей от удара машины крепко влипла в кирпичную ограду.

— А чего же ты сюда пришел? — поинтересовалась я у убитого горем тойотовладельца. — Тебе в суд надо, вытрясать из владельцев стоянки компенсацию.

Миша кивнул и снова издал долгий вздох.

— С них взятки гладки, живо перевели стрелки на водителя катка, а он простой пролетарий, работяга-доходяга, собственности — ноль, живет в общежитии! Ты только не подумай, что я идиот, — сказал он. — Я сюда пришел потому, что мне цыганка нагадала: будет, мол, у тебя покупка дорогая, со всех сторон плохая! Со всех сторон, понимаешь? А машину мне так и помяли: и спереди, и сзади, и справа, и слева!