Чтение онлайн

Деньги таяли, как снег в солнечный весенний день, и она со страхом думала, что ей делать, когда они закончатся. У неё появлялись мысли поискать временную работу и, преодолевая смущение, она робко спросила о ней хозяина таверны, неповоротливого и громкоголосого данна Линдсея. Тот понятливо кивнул и ответил, вглядываясь в бледное личико и тонкие черты лица парнишки: — моему работнику нужен помощник, данн Стан. Только едва ли у тебя хватит силёнок, чтобы колоть дрова для обогрева комнат и закатывать в погреб привезённые бочки с вином.

Приунывшая девушка понимала, что искать работу прислуги в доме совершенно бесполезно. У неё не было денег, чтобы купить женское платье, она не собиралась устраиваться надолго, а самое главное, у неё не было рекомендаций! При всей своей наивности и неопытности, она понимала, что никто и никогда не примет в дом прислугу, даже и посудомойку, не удостоверившись, что она не ограбит хозяев.

Констанца урезала расходы на питание, лишь обедая в таверне. На завтрак и ужин она покупала с лотков уличных разносчиков по паре пирожков, запивая их колодезной водой. Она думала, что вскоре ей придётся отказаться и от обеда. Она могла бы продать лошадь, но думать об этом не хотелось. Во-первых, они с Вестой очень привязались друг к другу, а во-вторых, ещё неизвестно, как сложится её жизнь. Теперь Констанца уже не была столь уверена в безоблачном будущем.

****

После некоторого размышления Его милость сообщил Ласси, что он отправил десяток стражников в Гваренед. Он приказал им объехать все гостиные дворы, таверны и дома, хозяева которых сдают комнаты внаём. Крому было дано письмо к Градоправителю, в котором тому предписывалось организовать поиск беглянки. Домоправителю городского дома указания были даны более подробные. Он должен обеспечить прибывших стражников питанием и проживанием. После поимки Констанцы отправить её в карете, под охраной и в сопровождении служанки в замок. Проследить, чтобы девушка была тепло одета и ни в чём не нуждалась.

Довольный собой, лорд Нежин вопросительно посмотрел на слугу: — как ты думаешь, я ничего не забыл?

— Нет, Ваша милость, вы всё предусмотрели, кроме одного: едва ли Констанца согласится выйти за вас замуж.

Хозяин фыркнул: — дочь кузнеца откажет лорду?? Ты совсем спятил, Ласси! Кроме того, я знаю, что нравлюсь ей! Как только её привезут, я прикажу привезти священника из храма Всеблагого. Мне надоело гоняться за ней. Я хочу, чтобы она всегда была рядом со мной.

****

Констанца считала дни. Сегодня пошёл шестой. Ещё чуть-чуть, и можно наведаться в дом на улице Принцессы Орланды.

За время, проведённое в городе, она неплохо его изучила. Не раз гуляла по городскому парку, а потом ноги сами несли её к дому данна Отиса. Но окна были темны, а на присыпанной снегом дорожке не появлялось следов.

В один из вечеров она осмелилась пойти к резиденции лорда Нежина. Площадь короля Рихарда IV окружена великолепными большими домами. Но, бесспорно, самым красивым был особняк его милости. Трёхэтажное здание выходило на площадь парадным крыльцом. Две статуи драконов из голубоватого мрамора поддерживали над ним козырёк. Четыре башенки по углам дома, увитые затейливым каменным узором, вздымались в тёмное небо островерхими крышами. Стены из белого, гладко отполированного камня сияли и искрились в свете фонарей. За домом, окружённый ажурным кованым забором, дремал зимним сном заснеженный сад.

Длинный ряд окон первого этажа был освещён, на плотных шторах мелькали тени.

Констанца долго стояла на другой стороне площади, в тени арки, пока её не спугнула въезжающая карета.

****

Этот день был последним в её ожидании. Завтра можно наведаться на улицу Принцессы Орланды. Если счастье не окончательно отвернулось от неё, данн Отис с семьёй не станет задерживаться в гостях и вернётся домой.

Констанца позавтракала в своей комнате вчерашним пирожком с капустой и запила его водой из кувшина на столе. Вздохнув, посмотрелась в маленькое зеркало за ширмой. Волосы отросли, и их приходилось завязывать ленточкой в короткий хвостик. Лицо осунулось, побледнело, под глазами залегла синева. До обеда она занималась тем, что чинила брюки. Выпросив у Косты, подавальщицы, нитки и иголку, подшила обтрепавшиеся штанины, заштопала дырку на колене. Полюбовалась на свою работу: штопку было почти незаметно.

Ей до смерти надоела её одежда с чужого плеча, но, к сожалению, выхода не было. Её природный оптимизм и жизнелюбие не позволяли девушке надолго впадать в депрессию, а потому Констанца подумала, что ей нужно набраться терпения и подождать. Её жизнь обязательно изменится к лучшему.

Она спустилась в обеденный зал и заняла привычный столик у лестницы. Попросив у Косты принести ей самое дешёвое на сегодня блюдо, она осторожно посмотрела по сторонам. Обычно народу в таверне было немного. Что поделаешь — не сезон. Зимой сокращалось количество торговых обозов, наёмники старались не менять нанимателей и не искать лучшей жизни, колеся по лордствам. Даже паломники предпочитали поклоняться святым местам в тёплое время года.

Сегодняшний день не стал исключением. Зал таверны был наполовину пуст. В центре, за двумя сдвинутыми столами праздновали успешное окончание контракта наёмники. Дюжина мужчин с грубыми, обветренными лицами, хриплыми простуженными голосами громко хохотали, гремели пристёгнутыми к поясам мечами, стучали по столу тяжёлыми глиняными кружками с крепким вином.

Чуть подальше от них трое возниц, неизвестно, как забредших в эту таверну и которых можно было узнать по заткнутым за пояс кнутам и характерным островерхим шапкам, чинно беседовали, обгладывая жареную утку.

Напротив Констанцы, за столиком, одиноко сидел мужчина лет тридцати. Навалившись грудью на стол и широко расставив локти, он шумно, с жадностью хлебал густую мясную похлёбку, регулярно откусывая по большому куску от целого круглого хлеба. Констанца не видела толком его лица, но чёрные, как вороново крыло, длинные, грязные, небрежно завязанные таким же грязным шнурком волосы, грязная и мятая, в пятнах, потрёпанная одежда, замызганный плащ с вытертым мехом, брошенный на спинку стула, а поверх него кожаный широкий пояс с длинным и даже на вид тяжёлым, мечом с рукоятью, обмотанной затёртым кожаным же, ремнём — всё просто кричало, что перед ней тоже наёмник. Не самый удачный, не богатый и, вдобавок, смертельно уставший и голодный.

Тем временем мужчина дочиста опустошил немаленькую миску с похлёбкой и с энтузиазмом придвинул к себе тарелку, полную жареного мяса с картошкой. Одновременно он окинул настороженным взглядом зал и наткнулся на любопытные глаза Констанцы. Растерявшись, она не успела их опустить. Наёмник нахмурил чёрные густые брови, обветренные тонкие губы сурово сжались, а глаза, которые оказались такими же чёрными, как волосы, раздражённо глянули на неё. Она почувствовала, что краснеет и поспешно уткнулась в свою тарелку. Когда, некоторое время спустя, девушка посмела осторожно посмотреть на соседа, он уже вымакал куском хлеба остатки соуса, а затем, благодушествуя, откинулся на спинку стула, лениво пожёвывая, в качестве зубочистки, кусочек веточки, отломленной от стоящей на столике. Констанца заметила обломанные, с чёрной каёмкой, ногти.