Чтение онлайн

«Погоди, я тебе это припомню».

Хинар, как истинный кедисэйтху, рассуждал о том, что безнадежная война – вполне достойное времяпрепровождение, и мрачный вид собеседницы его ничуть не удивлял.

– …Но речь сейчас о тебе, – Лиргисо сменил насмешливый тон на вкрадчивый. – Несмотря на свою холодность, Тина дьявольски привлекательна, и твое равнодушие к ней кого хочешь озадачит.

– Тина – девушка Стива.

– Поль, Тина не может быть чьей-то. Неужели ты этого не понимаешь?

«Ага, вспомнил о том, что я могу эту галиматью услышать, и решил чуть-чуть подсластить…»

– Тебе она не сказала бы «нет», – продолжил Лиргисо. – А Стив не знает, что такое ревность. Так в чем же дело? Чем она тебе не нравится?

– Я не снимаю чужих девушек.

– Ты вообще не снимаешь девушек, – Лиргисо снова засмеялся. – Это они тебя снимают, а ты уступаешь их домогательствам или бегаешь от них, как от Вероники Ло. У тебя так было всегда, не правда ли?

«Какое все это имеет значение? Господи, да совершенно никакого, если разобраться. Но для них, похоже, имеет, и я их тут не очень-то понимаю».

– Тебе-то что за дело? – напряжение в голосе Поля нарастало.

– Я всего лишь пытаюсь тебя понять, это ведь не запрещено? Мне сдается, ты не хочешь быть понятым, и этим ты похож на Живущего-в-Прохладе.

– Понять – значит уничтожить, так у вас говорят?

– Для могндоэфрийцев это прописная истина, но ты ведь человек. Еще шампанского?

– Хочешь напоить?

– Тина рядом, через комнату от нас, так чего ты боишься? Твоя романтическая влюбленность в Ивену… Поль, меня восхищает твоя изобретательность! Вроде бы ты влюблен, как все, но объект недосягаем в силу своего слишком юного возраста, и посему любовь не обязывает тебя к активным действиям. Прелесть!

– Ты даже представить не можешь, что для меня значит Ивена, – голос Поля задрожал от ярости.

– Она значит для тебя очень много, не сомневаюсь, – голос Лиргисо оставался спокойным и обволакивающим, как предательски теплая вода. – Но скажи, ты ее хочешь?

– Я люблю ее.

– Ты ее хочешь? Да или нет?

И после новой паузы, на этот раз долгой, Лиргисо сам же ответил:

– Значит, нет. Так я и думал.

– Я «сканер». Призрак, по ошибке родившийся человеком.

– Ты очень красивый призрак.

На это Поль ничего не ответил.

Стук, словно что-то упало. Шум драки.

Тина вскочила и бросилась в ту комнату, где звучала музыка.

Их разделял опрокинутый лярнийский столик с волнистой лакированной столешницей из сулламьего панциря. Из откатившейся бутылки вытекало шампанское. В руке у Поля поблескивал стилет, Лиргисо был без оружия.

– Что это значит? – спросила Тина сквозь зубы.

– Тина, нельзя же так бесцеремонно вторгаться! А если бы мы целовались? Позволь нам довести эту маленькую дуэль до конца. Я обезоружу его голыми руками, не прибегая к магии. Смотри, как я это сделаю!

Лиргисо медленно двинулся к подавшемуся в сторону Полю, его желтые глаза одержимо светились.

– Никаких дуэлей, – шагнув наперерез, Тина сгребла его за отложной ворот шелковой темно-синей рубашки. – Сейчас телепортируешь нас обратно, понял?

– Фласс, придушишь ведь… – он преувеличенно страдальчески скривился.

– Убери нож, – обращаясь к Полю, Тина постаралась говорить мягче. – Все в порядке, сваливаем отсюда.

– Не я начал первый.

Стилет исчез. Взяв Поля за руку, Тина почувствовала его дрожь – едва ощутимую, с виду не заметишь. Еще больше разозлившись, она встряхнула Живущего-в-Прохладе.

– Телепортируемся!

– Тина, ты бы видела, как провоцирующе он на меня смотрел! Разве я мог устоять? Но стоило мне к нему прикоснуться, как он сразу выхватил стилет и перевернул стол. Фласс, сколько еще может продолжаться эта пытка?!

Они находились уже в доме на Канпеи, Стива в комнате не было.

– Вот и я хочу спросить: сколько это будет продолжаться? – Тина выпустила рубашку Лиргисо. – Мы воюем с «Конторой» или что? На моей так называемой родине считают, что все беды от женщин, – черта с два! С девочками у нас никаких проблем, со мной – тем более, это ты создаешь проблемы!

– А может, кое-кто другой? – Живущий-в-Прохладе расправил воротник, взглянул мельком на свое отражение в настенном зеркале и повернулся к Полю. – Ты думаешь, меня можно дразнить?

– А почему нельзя? – Поль усмехнулся напряженно и вызывающе, его глаза потемнели почти до черноты. – Когда ты отвергнутый влюбленный, это такой цирк!

На две-три секунды Лиргисо онемел. Потом опомнился и презрительно улыбнулся.

– Поль, ты, по-моему, переутомился.

– В Могндоэфре про тебя анекдотов не рассказывали?

– Среди энбоно не было настолько сумасшедших. Надеюсь, что до завтра здравый смысл к тебе вернется.

Тине показалось, что он готов взорваться, но вместо этого он просто исчез.

На другой день они снова собрались в штаб-квартире на Канпеи. Стив к этому времени успел побывать на дюжине спутников Норны, прогуляться по их компьютерным сетям и обнаружить несколько объектов, которые вполне могли принадлежать «Конторе».

Пока шло сканирование окрестностей перед генеральной разведкой: Поль искал живых наблюдателей, Стив исследовал технику. Устроившись в сторонке, чтобы не мешать им, Тина изучала данные о спутниках на экране карманного компа. Ивена с Лейлой, упросившие на этот раз взять их с собой, прилипли к окну и разглядывали фиолетовый пруд – белеющие на его поверхности куски грязноватого пенопласта походили на недотаявший снег, и это придавало до последней черточки искусственному пейзажу ореол слякотного межсезонья.

Чуть позже появился Лиргисо, отвесил насмешливо-галантный поклон Тине, та поморщилась, в ответ он, передразнивая, тоже скорчил гримасу (такой обмен приветствиями уже вошел у них в привычку) и присоединился к девочкам. Теперь Тина то и дело косилась на них, прислушиваясь к оживленной болтовне.

Вот что ее поражало: перед Ивеной Лиргисо как будто слегка заискивал (надо неплохо его знать, чтобы это заметить), словно старался ее задобрить, при случае делал мелкие подарки, рассказывал что-нибудь такое, что вызывало у нее улыбку. Почему? Ну, во-первых, потому что это бесило Поля, но Тина считала, что есть и другие причины. Для энбоно, при их демографическом дисбалансе, кхейгла-ребенок – это святое, а Лиргисо, сменив тело и расу, сберег все свои драгоценные лярнийские стереотипы, хоть и не желал этого признавать. Наверное, он подсознательно видел в Ивене маленькую кхейглу и вел себя подобающим образом. Интересно, что на Лейлу это не распространялось, но ведь та была его созданием – это разбивало стереотип.