Контрабанда
Шрифт:
– Пока то, что он тебе велит, – ответил Чигур, постукивая тростью по асфальту. – Свое дело он знает. А чуть позже и я к вам загляну. Наставлю на путь истинный…
У фонтана «Дружба народов» они расстались. Чигур как-то молниеносно растворился в толпе, и Гильза направился к метро.
Отсматривая добытые практикантом, проявленные и распечатанные фотографии, Хитрук удовлетворенно крякал и похлопывал Гильзу по плечу:
– Вот молодец – можешь, если захочешь! Так, так… Значит, все-таки, «пиявки»…
– Что за пиявки? – спросил Гильза, наблюдая за тем, как сыщик перебирает снимки.
– Обыкновенные «нефтяные пиявки», – детектив собрал фотографии и спрятал в конверт. – Животные из неизвестного мира, попавшие на Землю с каким-то иномирянином, когда карантин зазевался. Ничего им не надо – дай только присосаться к нефтяной трубе или полакомиться продуктами перегонки. Никто до сих пор не знает, разумные они или что-то вроде безмозглых черных медуз. Ходят слухи, что генеральный директор одного крупного нефтяного холдинга – скрытая под личиной эдакого жизнелюбивого дядьки «нефтяная пиявка». Честно говоря, я готов поверить: только «пиявка» может так вести себя в приличном обществе…
Он покрутил ручку телефона и крикнул в трубку:
– Степан Игнатич! Куда там Кроль запропастился? Да, пусть сразу ко мне дует – ему еще фотографии клиенту с отчетом везти…
Бросив телефонную трубку, Хитрук некоторое время грыз трубку курительную и разглядывал Гильзу:
– Так, – сказал он, наконец, – а ты чего скучаешь? У тебя новое задание: поедешь сейчас к одному клиенту и передашь на словах, что я скажу. Запоминай все хорошенько: это очень, очень серьезная персона – довольно известный политик.
– А почему вы сами не поедете, если это такой важный клиент? – немного оробев, спросил Гильза.
– Увидишь… – загадочно произнес сыщик. – Зачем мне лишний раз портить себе нервы, когда у меня на это есть расторопный практикант?
– А что ему передать? – упавшим голосом спросил Гильза.
– Вот этот конверт. И скажи следующее: «Я от ИО. Под вас копает Богомол».
– И все?
– Тебе этого мало?
– Нет-нет! Хорошо, так и скажу.
Детектив придирчиво посмотрел на Гильзу, обошел его и недовольно крякнул:
– Одеть бы тебя поприличнее… Ну, да ладно, сойдет. А поскольку это поручение посерьезнее – возьмешь такси. Вот деньги – все строго под отчет.
Он сунул практиканту пару мятых бумажек, торжественно потряс руку и сказал, заглядывая в глаза:
– Удачи!
Гильзе сразу не понравилось это задание. По указанному адресу, в лесистой местности неподалеку от МКАДа оказался роскошный особняк, скрывавшийся за мощным четырехметровым забором. Куда ни глянь – всюду видеокамеры. На фоне всего этого терялась даже сосновая роща, частично охваченная забором.
Едва такси затормозило возле огромных ворот, у машины возникло двое охранников самого зверского вида. Черные лоснящиеся костюмы на них, казалось, вот-вот лопнут под давлением мускулатуры.
– Як Эдуарду Петровичу… – робко сообщил Гильза.
– Вас ждут, – голосом Терминатора отозвался один из охранников. – Пройдемте!
Гильзу провели через обширный участок, исчерченный дорожками из разноцветной плитки, мимо аккуратно стриженых газонов, фонтанов и бассейнов, мимо стоянки каких-то совершенно невероятных автомобилей.
Дом надвигался величественно, все больше загораживая небо. Сама архитектура его невольно вызывала беспокойство. Здание было трехэтажное, насыщенное ломаными линиями в тщетной попытке совместить барочную классику с чем-то чуждым человеческому глазу. В доме вообще ощущалось что-то не вполне человеческое. Гильза сразу отметил про себя, что ни за что бы не стал жить здесь.
Впрочем, ему никто и не предлагал.
Его пропустили в неприметную дверь «черного хода», поднялись с ним по крутой винтовой лестнице и легонько подтолкнули в спину. Гильза обернулся: сзади, скрипнув, щелкнул замок.
– Да, да? – вяло произнес мужской голос.
Перед глазами была спинка низкого кресла какого-то футуристического дизайна.
– Эдуард Петрович? – проговорил Гильза. – Здравствуйте. Я от ИО.
Кресло бесшумно повернулось.
В нем сидел полноватый мужчина лет пятидесяти, в махровом халате и тапочках. Волосы его были растрепанные и мокрые, по лицу сбегали капельки воды, словно человек только что вышел из душа.
Это лицо показалось Гильзе неуловимо знакомым. Скорее всего, он видел его в новостях.
– Прошу! – хозяин указал на такое же кресло напротив.
Наверное, следовало просто передать то, что сказал Хитрук и поспешить убраться, но предложение хозяина звучало слишком настойчивым. Видимо, он не привык к возражениям.
Гильза послушно уселся напротив.
Хозяин вытер лицо огромным полотенцем, которое тут же небрежно бросил на пол, посмотрел на юношу странным, будто не видящим взглядом.
И заговорил:
– Вот ты – молодой человек. Скажи, только честно, за кого ты голосовал?
Гильза ощутил, как у него вытягивается лицо. Никто еще не задавал ему таких вопросов. Он вежливо ответил:
– Понимаете, у меня с памятью проблемы, и мне…
– Вот! – Эдуард Петрович значительно поднял указательный палец. – Ты даже не думаешь о том, что это – твой священный долг, как гражданина великого государства. Что говорить о тысячах, миллионах твоих сверстников, которые вот так же, как и ты, наплевали на этот священный долг? А потом удивляются, отчего к власти приходят те, кто приходят! Скажи, ты служил в армии?