Чтение онлайн

Успокоившись, и поняв, что я никуда не собираюсь, наконец, Даниил отпустил меня.

— И чтобы ты знал, ночевала я здесь, — и ущипнула его за носик. — Поэтому, получается, я не соврала тебя. Утром проснулась рано, а ты спал. Не хотела тебя будить.

Переодевшись, и пообедав, мы с Даниилом решили немного позаниматься. Он вел себя воспитанно, внимательно слушал меня, хотя иногда не понимал некоторые моменты. И тогда я пыталась терпеливо объяснять ему заново. Потом немного отдохнули, Даниил ушел к себе в комнату, поиграть немного в планшет. Он прям был в нетерпении. А я пошла к себе.

Татьяна

— Неужели у уважаемой Татьяны Николаевны нашлось времени на встречу с нами? — язвит Лера, когда я подхожу к ней. На это я только закатила глаза, конечно, когда мы обнялись. И естественно, она этого не увидела.

— Привет, я тоже соскучилась, — Лера надула губы, и всем своим видом показывала, как обиделась.

— Вообще-то, прошло уже почти неделя с того вечера, когда ты пьяная, вдруг исчезла в клубе. А после сутки не отвечала на мои звонки. Я вообще-то волновалась за тебя, зараза! Даже к тебе в квартиру пошла. Но мне дверь никто не открыл. Признайся, где ты была все это время, и почему ты каждый раз отказываешься встретиться со мной? — Лера подалась вперед, схватила мою руку и давай не отпускать. — Тань, ну ты чего, обиделась за что-то? Я сделала что-то не так? Или сказала? — и тут же она ударила себя по губам, вызвав у меня улыбку. — Я знаю, иногда за языком не слежу. Но я же не со зла.

— Лер, успокойся, всё со мной в порядке.

— Тогда почему ты молчишь? Почему ты избегаешь меня?

— Ну, что касается первого вопроса, ты не даешь мне открыть рот. И я не избегаю тебя. Я же по телефону говорила, просто со свободней времени сейчас туго.

— Ну чем ты так занята, если сейчас у тебя в школе весенние каникулы, — выпучила она глаза. — И потом, куда ты тогда запропастилась? Когда ты исчезла, я несколько раз звонила, но твой телефон был недоступен. Подруга, колись быстрее, пока у меня инфаркт не случился. Надеюсь, ты не влипла в неприятности?

Лера болтала и болтала. И каждое предложение жестикулировала руками. Что было неизменным, так это то, что подруга и не думала прерваться, когда к нам подошел официант.

— Лера! — покачала головой, с трудом сдерживая смех. В последние дни такое происходит со мной чаще, чем раньше. — Можно мне, пожалуйста, кофе и тирамису, — я немного подумала, пожевала губу, а потом тыкнула ногтем на меню: — Нет, мне классический наполеон.

Лера пробубнила что-то о диете и фигуре, которой ей надо беречь. Когда официант удалился, записав наш заказ, подруга снова начала свой допрос.

—Ты же сама сказала, весенние каникулы, — сказала я, обрывая её монолог. Знала ведь, она не успокоится, пока я не расскажу всё, как есть.

Вообще Валерия и я были, как небо и земля. Она яркая, целеустремленная, красавица карьеристка до мозга костей, конечно, это снаружи она такая стерва. А вот внутри она очень добрая, отзывчивая. И очень ранимая, как я сама.

Когда мы с ней ещё дружили в старшей школе, все недоумевали, как так. Даже в университете, учась на разных факультетах, наши общие друзья смеялись над нами и завидовали нашей дружбе. Многие не верили, что мы пронесём нашу дружбу через годы.

Но пока мы сумели. Я рада, что она есть у меня. Такая бойкая, и такая болтливая.

— Ты меня за дуру держишь, Гончарова? Колись давай, что стряслось? Опять Виктор этот твой? — и носик сморщила.

Я закатила глаза, с трудом сдержавшись от того, чтобы не скривиться от горечи и боли.

— Давай не будем о нем, хорошо? Я пришла сюда, чтобы посидеть и поболтать с тобой о чем-то приятном. Не порти мне настроение, Лер.

— Мы могли и у тебя встречаться. Ну или у меня.

В этот момент вернулся официант с нашим заказом. Я поспешила сменить тему, отвлечь внимания подруги другим. Мне пока не хотелось рассказать ей про Александра и о нашем с ним контракте.

Прошло уже несколько дней, как я живу у него. С мужчиной мы почти не видимся, утром, когда я спускаюсь на завтрак, его уже и след простыл. Вечером слишком уставшая, спать ухожу рано. И мне бы радоваться, но не получается. Не получается не думать о том, куда он пропал, почему избегает меня.

С удовольствием пробую наполеон, пока Лера возмущается. Неясно, почему я так не хочу, чтобы она узнала про мужчину. Не то, чтобы я ревную, но пока не хотелось бы ни с кем делиться этим. Да и про контракта тоже говорить.

В итоге с подругой посидели хорошо, если не считать того, что мне пришлось немного приврать, почему я отсутствовала эти дни. И неизвестно, когда в следующий раз нам удастся встретиться так. Сегодня с трудом нашла время, да и пора мне уже собираться.

— Куда ты так спешишь? Мы даже нормально не посидели, ты все время на телефон свой заглядываешь! — возмущается Валерия.

— Мне пора. Я, — пытаюсь быстро собраться с мыслями, — записалась в салон, хотела маникюр обновить, — нахожусь. И конечно, вру.

Мы выходим вместе, но мне приходится немного подождать, когда водитель приедет за мной. Взяв с меня обещание, что мы устроим пижамную вечеринку. Это наша традиция, которую мы с ней и ещё несколькими подругами устраиваем несколько раз в году. Но в этот раз мы решили, что будем только мы вдвоём. Уходя, подруга выглядит немного озадаченным, и тут я заметила, как улыбка её натянутая, фальшивая, а сама Лера чем-то обеспокоена. Мне становиться стыдно, что я не поинтересовалась её делами.

Когда машина уже останавливается во дворе дома Волкова, и я оказываюсь у себя в комнате, эти мысли покидает мою голову. И теперь все, что я могу думать, это о том, увижу ли я сегодня его.

Переодевшись в удобную домашнюю одежду, первым делом иду проверить Даниила, который уже уснул. Когда я смотрю на него спящего, у меня сердце щемит. И стоя у его двери, со скрашенной рукой у груди и обколотившись о косяк двери, я позволяю себя фантазировать, что он мой сын. И это мой дом, и я нет у меня никакого дефекта, я счастлива.

Вспоминаю, как второй день ночью проснулась и в первый момент не поняла, почему мне не по себе. Но когда мою икру неожиданно схватили маленькие пальчики, словно я собираюсь удрать оттуда, сердце ушло в пятки. Я не знала, что и думать, потому что испугалась. Внятно мыслить не могла. А когда поборов страх, включила лампу у кровати, увидела Даниила, который скрутившись калачиком, лежал у моих ног, и как мягкую игрушку, обнимал ручонками ногу. Тогда я прослезилась, так и сидела, молча глотая слезы, который ручьем текли. Конечно, об этом никто кроме меня не узнал. А Даниил после третьей ночи перестал ко мне идти. Походу он поверил, что я не оставлю его.