Копия
Шрифт:
Сейчас, глядя на осунувшегося вмиг брата, только сильнее убедилась она в правильности своих недавних суждений. Подмигнув ему и шепнув Хил сбавить обороты, Энн взяла телефон и отправилась в свою комнату, чтобы найти верные слова для отца и максимально обезопасить брата от его гнева.
Разговор с отцом получился весьма странным. Тот не кричал, не срывался, не угрожал. Просто слушал, как Энн пыталась выгородить брата, а после и вовсе разрешил вернуться вместе с ним домой на пару дней. Что заставило Ларуса быть деликатным в общении с дочерью, Энн не знала наверняка, но могла предположить: скорее всего мужчина был не один. И этот кто-то рядом явно не мама, и даже не Кристоф.
Адам Ваха.
Именно его присутствие и желание Ларуса пустить пыль в глаза спасли Хинрика от неминуемой беды.
Что ж! Раз так, Энн решила простить этому напыщенному индюку его недавнюю грубость в общении с ней.
Еще долго сидела она в своей маленькой комнате фисташкового цвета, обдумывая поведение отца, свою возможность повидать маму и братьев и, конечно, предстоящую встречу с алмазным королем.
Когда Энн решилась выйти в гостиную, Хил уже ушла к себе, а Хинрик спал на диване, свернувшись клубочком. Укрыв брата пледом, она ласково провела рукой по его жестким и непослушным волосам. Отчего-то в ее беспокойном сердечке пронеслось подозрение, что таким умиротворенным и домашним видеть парня ей осталось недолго.
Вытряхнув печальное наваждение из головы, Энн тоже отправилась спать. Но в отличии от ребят, сколько бы ни крутилась в кровати, ни пыталась погрузиться в желанный сон, ничего не выходило. Только ближе к утру ее сознание провалилось в бездну беспокойных и тревожных сновидений.
Яркими вспышками перед глазами проносились образы жутких , разъяренных мужчин, одетых как недавний гость отца, женщин с закрытыми лицами и печальными глазами, караваны уставших верблюдов и бескрайние мили раскаленного песка. И этот голос будто за кадром нараспев : " Таба. Таба. Таба…"
Конечно, Энн проснулась совершенно не отдохнувшей, с тяжелой свинцовой головой. Обрывки сна то и дело вспыхивали в памяти, мешая как следует подготовится к отъезду. Да еще и Хил, которая с самого утра суетилась и прихорашивалась то ли для того, чтобы позлить Хинрика, то ли , чтобы покорить сердце алмазного короля.
Наспех перекусив, ребята вызвали к дому такси и все дружно отправились в родные края. Хинрик уселся впереди, уступив место на заднем сидении девчонкам, и молча смотрел в окно. Ему предстоял непростой разговор с родителями, даже несмотря на сдержанную реакцию отца. Энн тоже не была настроена на болтовню. И только Хилдер, как заведенная, вертелась и все время пыталась разговорить подругу. Не воспользоваться случаем съездить домой, да еще и воочию увидеть португальского миллионера, конечно, она не смогла. Поэтому сейчас вместе с друзьями все ближе и ближе подъезжала к дому.
– Я отцу сказала, что сразу к вам пойду. Он не против. Сегодня у Хельги игра в школе, им все равно не до меня. Энни, мне так не терпится его увидеть, – без умолку тараторила Хил, от предвкушения встречи с алмазным королем напрочь позабывшая о стеснении рядом с Хинриком.
Энн лишь крепче сжала ее ладонь в своей и больше не отпускала до окончания поездки.
Стоило автомобилю притормозить возле дома Ларуса, как все трое тут же заметили его самого. Он стоял неподалеку, явно ожидая прибытия детей.
– Хинрик, – позвала Энн, заметив как сильно напряглись мышцы на шее брата и заострились черты его лица. – Не давай себя в обиду, ладно?
– За себя переживай, – как обычно огрызнулся парень и резко покинул салон автомобиля, не оборачиваясь, быстрым шагом направляясь к отцу.
– Пойдем, – прошептала Хил, нервно перебирая пальцы подруги.– Не волнуйся за Хинрика. Этот не пропадет. Вон какой вымахал.
Не размыкая ладоней, девчонки выбрались на свежий воздух. Такой родной, чистый, с ароматами трав и морского бриза. Даже двигаясь в сторону дома, Энн продолжала неотрывно следить за отцом и братом, которые в этот самый момент говорили на повышенных тонах, пока не ощутила толчок в бок. Обернувшись в сторону удара, она заметила потерянный и завороженный взгляд подруги, устремленный чуть выше, в направлении окон на втором этаже дома. Проследив за ним, взор Энн натолкнулся на крепкую мощную фигуру мужчины, стоявшего у окна и с диким, каким-то нездоровым интересом наблюдавшего за ними.
– Это он, – едва слышно произнесла Хил. – Боже мой, в жизни он еще симпатичнее!
Энн.
Взгляд мужчины прожигал насквозь. Монотонный. Тяжелый. Испепеляющий. Издалека казалось, что он и вовсе не дышал, сконцентрировав всю энергию, всю силу свою во взгляде, в котором смешались и крайняя степень удивления, и сумасшедший интерес, и открытое непонимание.
Нет, Адам не смотрел на Энн, он пожирал ее глазами, с неистовой жадностью впитывая каждую черту, каждое мимолетное движение, каждый взволнованный вдох. А она волновалась. Боже, как же она волновалась, кожей ощущая его пристальный взгляд, который обжигал похлеще кипятка и путал в голове все мысли.
– Странный, – прошептала Энн, невольно сжимая руку подруги. – Чего он так смотрит?
– Может одна из нас ему приглянулась, – улыбаясь кокетливо незнакомцу, с легкостью прощебетала Хилдер. Она, не стесняясь разглядывала незнакомого мужчину, которого до этого видела только на снимках из интернета. И то, что она видела, кружило ей голову. Еще один взгляд: томный, заигрывающий, зовущий. Вот только ответной реакции, именно той, на которую рассчитывала Хилдер, конечно же, не последовало. Напротив, ощутив на себе откровенное внимание незнакомой девушки мужчина скривился в отвращении.