Чтение онлайн

Наш Конструктор был способен следовать наш прогресс перемещение. Они словно бы ждали на берегу с удочкой, пока мы подплывем и сглотнем их наживку и крючок — 1891 год! Ничего себе! Они как бы удили глубоководную рыбу, которую не видно за толщей слоистых вод, но крючок уже ждет ее.

— И только поэтому мы сейчас живы, а не вморожены навечно в эти льды.

Я посмотрел на морлока.

— В самом деле.

— В самом деле.

И что дальше?

Он отлип, наконец, от Конструктора.

— Думаю, — медленно проговорил Нево, — они занимаются этим именно потому, что понимают важность вашего появления здесь — и ваше значение в истории.

— Что вы хотите сказать? Я не Наполеон.

— Они знают, кто вы такой. И поэтому хотят взять нас с собой. На их гигантские корабли времени — к Пределам Времен.

Путешествие к Началу Времен… Душа содрогалась перед такой перспективой..

Вы можете упрекнуть меня в робости и малодушии. Возможно, это и так. Справедливо. Но не забывайте, что я уже был свидетелем конца мира — в самом первом из своих путешествий. Когда я увидел умирающее Солнце над пустынным пляжем. Помню охватившие меня тогда чувства: я еле смог забраться на машину времени, которая отправила меня назад, в прошлое, к истокам этого Апокалипсиса.

Я знаю, что картина, которую я найду на рассвете мира, будет совсем иной, возможно, даже полной более оптимистической, но что-то удерживало мен от столкновения с такими крайностями как начало и конец Света.

Я человек — и горжусь этим! Но мои эксперименты мой экстраординарный опыт привел меня к тому, что я понял ограниченность человеческой души — во всяком случае, моей души. Я мог иметь дело с наследниками людей, вроде морлоков, и тут не спасовал, мог ввязаться в схватку с каким-нибудь доисторическим пристикампусом — в простоте и удобстве системы Линнея я мог вести долгие дебаты о Конечности Времени или о взглядах фон Хельмгольца о неизбежности тепловой смерти вселенной.

Но как я убедился на собственно опыте, реальность оказывается намного ужаснее того, что ожидаешь в ней встретить.

Как я уже говорил, я всегда считал себя человеком дела — но я был в руках металлических созданий — которые могли разговаривать со мной вести беседу как я с флягой, наполненной бактериями. Пробиркой, в которой плавают бактерии! Мне вообще нечего было делать на Белой Земле — Универсальный конструктор все уже сделал!

Сколько раз я кусал локти, вспоминая, как поддался уговорам Нево и не остался в палеоцене! Там я был бы хотя бы среди своих, частью развивающегося общества и мои способности, мой интеллект — да и физическая сила, в конце концов — могли бы найти достойное применение. Я мог бы остаться в этом идиллически-гостеприимном веке и там коротать свои дни, убеленный сединами, в окружении уважающих меня сограждан, и кто знает, быть может, и домочадцев. Я вспоминал о покинутой Уине в мире 802701 года, с которой меня связала судьба в моем первом походе хронавигатора. Где ты, девочка-подросток, к которой я не терял надежды вернуться — и вернулся бы, когда б на проклятые бифуркации истории! И кто знает, может, мне бы удалось вытащить ее из огня, пусть ценой собственной жизни. А кто знает, если бы я уцелел, может, я смог бы навести порядок в той первоначальной истории, нетронутой разложением, которое вносит в мир нарушение причинно-следственных связей.

И вот достойный конец — сидеть в четырех-пяти комнатах с механическим синтезатором и видеть из окна лишь краешек оледеневшей земли и беззвездного опустевшего неба. И в такой обстановке мне суждено покончить дни. Благодаря природному здоровью и крепости организма запасу энергии мне еще хватит на несколько десятков лет — а может и больше. К тому же эти друзья — Конструкторы умеют замещать молекулы и клетки, так тот поди, еще и приостановят процесс старения!

Великолепная перспектива!

И что дальше? Жизнь, растянутая на века, у коробки с песком и кормушки, как у старого коту, отправленного за выслугу лет на покой.

Навсегда лишенному человеческого общества, в компании с Морлоком, которому ничего не надо, кроме информации, которую он вампирически высасывает из Конструктора. И который скоро окончательно уплывет в свое информационное море.

Словом, передо мной распахнулась перспектива продолжительной и комфортной жизни в клетке. Жизни, лишенной тревог, но зато и достижений. Страшная, нелепая картина будущего. Так что неизвестно чего я боялся больше, если как следует поразмыслить.

Но, с другой стороны, путешествие в бездну, куда меня зазывали Конструкторы, могло окончательно лишить меня разума.

Я поделился своими сомнениями с Нево.

— Понимаю ваши опасения. Да, сейчас вы заметно выросли в моих глазах со времени нашей первой встречи.

— Избавьте меня от ваших комплиментов, Нево!

— Но вас никто не торопит с решением.

— То есть?

Нево принялся описывать проект Конструкторов в подробностях. Он был действительно грандиозен. На то, чтобы закачать емкости платтнеритом, требовалось время.

— Для них время движется по-другому, — пояснил Нево. — Это существа, медлительные как слоны и трудолюбивые как муравьи. Они не привыкли решать и строить с кондачка. Пройдет еще миллион лет, прежде чем корабли сойдут со стапелей.

— Миллион лет?

— Нам не придется ждать столько времени. У нас сохранились старые обломки машины, достаточно попросить у них немного платтнерита…

— И мы перепрыгнем туда, где корабли уже готовы!

— А как же. Иначе нам их никогда не дождаться. Ресурсов наших организмов просто не хватит, даже при стопроцентном клонировании клеток — мы устанем не физически, но духовно и уже не будем способны ни на какое путешествие.

— Еще бы! Миллионолетние старики! Да еще прибавить к этому миллиону мои законно прожитые во времени годы…

Мы переглянулись.

— Вообще-то с платтнеритом вы сможете вернуться и туда, где вам так понравилось…

— ?

— В палеоцен. — Морлок многозначительно посмотрел на меня единственным глазом. — Если вы пожелаете.

— Слушайте, Нево, а вы не боитесь, что ваш друг Конструктор может нас подслушать?

— И что с того? Мы же здесь не заключенные. Они просто находят нас занимательными в плане исследования — и все. Так что Конструкторы надеются на ваше добровольное согласие.

— А если его не будет? Не наступит ли тогда «добровольное принуждение»?

— Успокойтесь. Никто вас не насилует. Вы сами запутались во времени и запутали других. Неужели вы им — и себе не поможете?

— А как же вы, Нево? — осторожно поинтересовался я.

— Я еще не принял решения. Моя дорога в будущее пока не определена. Мой главный интерес — открыть как можно больше вариантов будущего.

Это был чрезвычайно важный совет — и я, после размышлений, согласился с Нево. Мы немедленно приступили к обсуждению, что понадобится для машины времени.