Шрифт:
Возносясь всё быстрее и выше, я словно парил над головами слепых и глухих прохожих. Я неустанно двигался в пустоте, покуда меня ещё вело за собой сияние яркой звезды. Повинуясь сакральному зову, я стремительно приближался к тому самому заветному и недосягаемому. Вдруг за мной захлопнулась дверь.
Я медленно открыл глаза и перевёл свой взгляд слева направо. До моего разума дошло понимание, что я нахожусь в длинном, светлом коридоре. Главной его особенностью было огромное количество дверей по обеим сторонам. Белые и однообразные, они рядком вырисовывались на стенах, убегая в какие-то невообразимые дали. Можно было бы сравнить данный коридор с больницей, но ни в одной больнице даже ночью вы не услышите такой тишины. Пугающей и одновременно манящей.
Ни страха, ни волнения, ни скорби. Пожалуй, только смирение и спокойствие… а ещё интерес. Я с интересом рассматривал светлые арки в проходах и колонны, что держали на себе цилиндрические своды. Вперемешку с гладкими жёлтыми стенами уединённый коридор больше напоминал опустевший музей, однако мне было всё равно где я нахожусь. Хоть я никогда не видел этого места, но чувствовал, будто уже бывал здесь. И ни раз.
Осознав, что коридор не имеет ни начала, ни конца, я повернул круглую ручку у одной из этих многочисленных дверей. В глаза ударил яркий свет из двух окон напротив. Небольшая серая комната была полностью пустой, за исключением нескольких далеко расставленных друг от друга музейных витрин, в каждой из которых находилось ровно по одному экспонату. Я приблизился, дабы внимательнее рассмотреть их.
За стеклянной дверцей две радостные головы, одна бронзовая, другая медная, слились губами в поцелуе. Сразу стало ясно, что этот 22-летний парень уже не первый год встречается с этой 20-летней девушкой и до сих пор старается всячески продемонстрировать свою любовь. Казалось, будто они счастливы, однако меня отпугнула трещина у их губ, свидетельствующая о скрываемом за масками расколе отношений.
Конец ознакомительного фрагмента.