Чтение онлайн

К нему вернулись остатки прежней ехидной усмешки, но в его голосе послышались нотки раздражения.
– Может, тебе и не придется, - сказал он.
– Одевайся. Сегодня утром они выбирают команды.

– В свете срочной потребности в специализированных материалах мэрия постановила, что переправа будет осуществляться два раза в день.

Объявление Нехны вызвало предвкушающий ропот среди собравшихся в столовой Крестовых. Казалось, они были безразличны к появлению новичков в их среде. Некоторые коротко и без выражения кивнули в знак приветствия, но большинство - нет. Лейле не пришлось долго думать, чтобы объяснить отсутствие явного приветствия. Зачем заводить дружбу с людьми, которых ждет скорая смерть?

Она поглощала впечатляюще сытный завтрак, не пытаясь скрыть своего разочарования, когда обнаружила за столом Питта. Он отвечал на ее возмущенный взгляд своим, но в остальном был так же неразговорчив, как и всегда. Его всклокоченные, немытые волосы были в основном убраны, а лицо, которое можно было бы назвать изысканно красивым, если бы не старые шрамы на лбу и щеках. На челюсти у него красовался синяк, который Лейла расценила как свидетельство того, что его последнее испытание, как и ее, было богатым на события.

Закончив трапезу, они собрались вокруг, пока Нехна забиралась на стол, чтобы обратиться к ним. Стэйв стоял рядом с ней, скрестив руки, с каменным лицом.

– Первую команду возглавит Стэйв, а вторую - я, - продолжила Нехна и, сделав паузу, чтобы подавить дрожь в губах, добавила: - В каждой команде будет по три Крестовых из недавнего набора.

Среди последующего недовольного бормотания Лейла услышала вздохи облегчения и даже несколько вздохов смеха. Было распространено мнение, что эти люди живут ради переходов - элитная группа искателей приключений, пристрастившихся к острым ощущениям, связанным с пересечением Внешнего мира. Рассказывали о бесконечной, смертельно опасной игре в уклонение и преследование, в которую они играли с Кормщиками. Оглядывая окружающие лица, Лейла видела в некоторых из них надежду, ведь вознаграждение за успешный переход было весьма значительным. Помимо личных вещей, которые им разрешалось взять с собой, они получали дополнительные пайки и основные медикаменты. Предполагалось, что они будут переданы семье и иждивенцам, но значительная часть неизбежно попадала к таким, как Велна. Лейла полагала, что именно этим объясняется присутствие Стейва в ее лавке в тот день. Она старалась не чувствовать себя слишком разочарованной. Недолгое знакомство с этой избранной группой дало ей понять, что, несмотря на все их несомненные способности, они всего лишь люди.

– Так, заткнитесь, - приказала Нехна, подняв планшет.
– Команды распределяются следующим образом. Первая команда: Стэйв. Эйлса. Ромер.
– Ее взгляд метнулся к Лейле и ее товарищам по отбору.
– Люс. Питт. Лейла. Вторая команда: я, разумеется. Эллин. Люмин. Смитт. Линкин. Дреш.
– Опустив планшет, она продолжила.
– Вы все знаете правила. Никакого нытья, стонов и попыток убедить нас в обратном. Вот команды и их выбор. Команда один отправляется в путь через два дня. Команда два - как только они вернутся. Вот и все.
– Нехна махнула планшетом в знак отказа.
– Члены команды остаются, все остальные уходят. Помните, что через неделю будет проверка физической подготовки, так что будьте готовы.

Пока кафетерий опустел, они со Стэйвом слезли со стола и подошли к своим командам.
– Вы все со мной, - сказала Нехна и жестом приказала своим товарищам следовать за ней, направляясь к выходу. Лейла попыталась поймать взгляд Дреша, чтобы обменяться с ним каким-нибудь признанием, прежде чем они разойдутся, но он, следуя за Нехной из здания, даже не взглянул в ее сторону.

Стэйв стоял, глядя на них, со скрещенными руками и таким же нечитаемым лицом, как и раньше. Он поприветствовал Эйлсу и Ромера, двух ветеранов Крестовых, коротко приподняв брови, а затем сосредоточил все свое внимание на троице послушников.

– Прежде чем мы начнем, вы должны кое-что понять, - произнес он с мягким хрипом в голосе, - мне все равно, зачем вы здесь. У каждого из нас есть свои причины, но причины не помогут вам выжить во Внешнем мире. Только слушая то, что я скажу тебе, сможешь это сделать.
– Он повернулся и зашагал прочь, Лейла и избранные последовали примеру ветерана и поспешили за ним.
– Урок номер один, - сказал Стэйв.
– Кормщики.

Оказалось, что у Крестовых был свой проектор. Он был меньше, чем тот, который Таксо постоянно приводил в рабочее состояние, но с еще более обширной и неопрятной коллекцией проводов и отработанных схем. Стэйв привел их в большую комнату в одном из зданий рядом с кафетерием. Над дверью висела пыльная, но целая вывеска: - Лекционный зал гуманитарного факультета.
– Они уселись в первом ряду, пока он приглушал свет, а затем включил проектор и подключенный к нему ноутбук, также подвергшийся значительным изменениям. Изображение, появившееся на экране, было в основном обесцвечено и слишком размыто, чтобы различить детали. Прищурившись, Лейла решила, что на нем видна часть высокого здания и участок потемневшего неба.

– Кормщики бывают трех типов, - начал Стэйв.
– Альфа, бета и гамма. Эти...
– он постучал по кнопке на ноутбуке, - гамма.

Изображение развернулось, и на нем появился отрывистый вид города с уровня земли. В отличие от многих изображений ночных городов эпохи Мира, на окружающих зданиях отсутствовали мириады огней, которыми удивлялись глаза Лейлы в детстве. Камера проследила за беспорядочной группой людей, одетых в снаряжение типа «крашер» и держащих в руках винтовки. В отличие от крашеров, их броня имела пестрый вид, а оружие было однотипным. Кроме того, судя по количеству выпущенных пуль, у них было гораздо больше боеприпасов.

Поначалу камера слишком сильно поворачивалась, чтобы можно было разобрать, во что они стреляют. Тот, кто ее нес, обошел какой-то автомобиль и присел, чтобы увидеть асфальт, усеянный стреляными гильзами. Затем он взмахнул рукой, открывая вид на какой-то барьер, пересекающий широкую аллею. Барьер был высотой около двенадцати футов и, похоже, состоял из нагроможденных друг на друга автомобилей. Звука не было, но Лейла увидела, как камера переключилась на паникующее, забрызганное кровью лицо под шлемом. Лейла увидела, как он умоляюще смотрит на оперативника, как его губы произносят слова «надо, блядь, уходить, - а затем камера снова переключилась на барьер.

Тогда она увидела их: десятки бледных фигур преодолевали барьер, двигаясь со звериной стремительностью. Их встретил град трассирующих пуль, барьер содрогнулся от серии небольших взрывов. Некоторые из бледных фигур упали, разлетевшись на куски или взорвавшись от выстрелов, но еще большее количество продолжало перепрыгивать через стену из сгрудившихся машин. Экран залило желтым, стробирующим светом, и Лейла поняла, что это вспышка винтовки оператора, а значит, оптика должна быть пристегнута к шлему. За годы работы в Подземке она нашла несколько таких камер, которые называла GoPros Велна, всегда поощряя ее к поиску новых. Теперь Лейла понимала, что ценность заключалась не в самих устройствах, а в содержащихся в них изображениях.

Когда вспышка выстрела угасла, изображение снова сместилось, превратившись в коллаж из панических лиц и бегущих ног, прерываемый вспышками взрывов. На мгновение все превратилось в хаос, вихрь из перепутанных света и тьмы, а затем резко остановилось. Камера находилась почти вровень с тротуаром, не двигаясь, за исключением небольших ритмичных рывков каждые пару секунд. Толчки становились все более ощутимыми по мере приближения фигуры. Одна из бледных фигур остановилась в нескольких футах от него, и в этот момент Стейв нажал на паузу.