Король Крыс
Шрифт:
Когда обе машины, и черная «ауди», и добитые «Жигули», скрылись из виду, Петров, выждав контрольные полчаса у открытого капота своей «Волги» и переложив видео- и аудиокассеты в спортивную сумку, переоделся, аккуратно стер со щеки нарисованный шрам и покатил обратно в столицу. На лице Вадима Андреевича играла самодовольная усмешка: он и сам не ожидал, что начало слежки станет таким многообещающим.
Теперь предстояло вернуться домой, просмотреть записи и на свежую голову проанализировать собранный материал. А главное — выяснить: кто же этот странный тип в золотых очках и почему ему так знакомо его лицо?
Бывший майор «конторы» жил один в типовой двухкомнатной «хрущевке» на Новочеремушкинской улице, и никто не мог помешать ему заняться анализом подсмотренного и подслушанного. Однако этим планам Петрова не суждено было сбыться: вмешался случай.
Не доехав до своего дома всего несколько кварталов, Вадим Андреевич вспомнил, что в холодильнике пусто. Да и в баре тоже — как и многие чекисты старой закалки, Петров любил приложиться к рюмке. А потому пришлось свернуть к ближайшему супермаркету.
Наступил час пик. Люди возвращались с работы, и в магазине было многолюдно. Стоя в очереди у кассы, бывший майор КГБ с тоской вспоминал так называемые «столы заказов» Большой Лубянки. Там не было ругани и толкотни, там не приходилось терять время в изматывающих очередях, а закуска и хорошая выпивка стоили несравненно меньше не только по тем временам, но и по нынешним.
Ну ты, старый козел, давай проходи, — прозвучало над самым ухом.
Бывший чекист, инстинктивно обернувшись назад, увидел высокого, крепко сбитого амбала лет двадцати двух, в потертой кожаной куртке и спортивных штанах с алыми лампасами.
А повежливей нельзя? — устало буркнул Петров, которому совершенно не хотелось вступать в пререкания с этим скотом, и тут же вспомнил, что уже где-то видел его.
Видимо, тот также обладал неплохой зрительной памятью, потому что, отступив на шаг назад, тут же процедил:
А–а-а, дружбан Сытого! Сабуровский!
Вдруг вспомнились и офис очень солидной фирмы в Тушине, и переговоры с «крышниками» из Внукова, и неопровержимый аргумент, представленный сабуровским бригадиром по кличке Сытый, — кассета с видеозаписями, скрытно отснятыми им, Петровым.
Кажется, это было месяца два тому назад. И кажется, этот урод был водителем внуковского авторитета. Видеокассету демонстрировал он, Петров, и все закончилось отлично: оппоненты в борьбе за денежные знаки спорного бизнесмена мгновенно ретировались.
Но это было тогда.
А сейчас…
Амбал в спортивных штанах поднял руку, выискивая кого-то взглядом, потом выкрикнул:
Валек, Минька, быстро сюда!
В подмышечной кобуре Вадима Андреевича лежал ПМ со снятым предохранителем, но не устраивать же пальбу в набитом людьми супермаркете! Да и эти уроды наверняка были вооружены не перочинными ножиками.
Правильное решение пришло мгновенно. Бросив в лицо внуковскому бандиту корзину с продуктами, Вадим Андреевич, расталкивая недоумевающих покупателей, побежал назад, в торговый зал. План его был прост — пока к замешкавшемуся товарищу подоспеют Валек и Минька, он наверняка успеет скрыться через служебный вход.
Руку оттягивала спортивная сумка с аппаратурой, но Вадим Андреевич ни при каких обстоятельствах не бросил бы ее на произвол судьбы.
Оттолкнув толстую продавщицу, спешившую к месту происшествия, Петров помчался в сторону открытой двери служебного выхода. Позади послышалось злое сопение и не менее злобные выкрики:
Стой, сучонок, или я тебя порву, как грелку!
Недолго думая, бывший комитетчик выхватил из груды лежавших на прилавке консервов несколько упаковок, по одной запуская ими в голову преследователя, — позади послышался звон разбиваемого стекла, глухой удар падающего тела, испуганные возгласы покупателей и ругань разъяренного бандита.
Боковым зрением Петров успел заметить, что гнавшийся за ним бандит опрокинул на себя витрину.
Сто–ой!.. — заорал внуковский.
Стой, падла! — вторил ему другой голос.
А преследуемый тем временем уже успел нырнуть в спасительный проем служебного выхода.
Горы картонных упаковок, истерические визги насмерть перепуганных продавщиц, небритые грузчики в синих халатах, вновь картонки, вновь грузчики и — желанное светлое пятно выхода во двор.
Бежать к машине не было смысла, и Вадим Андреевич решил уходить своим ходом.
Неожиданно позади прогремел выстрел, и что-то горячее больно ударило в спину — Петров отлетел на несколько метров вперед, упал на четвереньки, но драгоценную сумку так и не выронил. Спустя секунду он, поднимаясь с сырого асфальта, сунул руку в подмышечную кобуру, достал из нее «Макаров» и выстрелил в преследователя навскидку — тот свалился навзничь.
А из проема служебного выхода выбегали еще двое — видимо, это и были те самые Валек и Минька.
Петров выстрелил вновь, но на этот раз промахнулся — а жаль, потому что первый преследователь уже доставал из кармана пистолет.
Внезапно острая боль обожгла поясницу, и Петрова переломило пополам. Но силы его не покинули. Спустя минуту он стрелял во внуковских бандитов.
Петров так и не понял, попал он или нет, но преследователи отстали.
Сунув пистолет в карман, Вадим Андреевич медленно, пошатываясь, двинулся в сторону дороги — кровь стекала с одежды на сумку и грязный асфальт, тоненькой дорожкой обозначая его путь. Удивительно, но на его пути не попался ни один человек — видимо, все разбежались, услышав стрельбу.
План дальнейших действий был прост: остановить какую-нибудь тачку и попросить отвезти себя к дому.
Петров понимал: это следует сделать как можно быстрей, пока он еще не истек кровью и не потерял сознание.
Выйдя на дорогу, Вадим Андреевич медленно поднял руку — удивительно, но, на его счастье, его подобрала первая же проходившая мимо машина.
Новочеремушкинская улица, дом 22 «г», — простонал он, ставя сумку на заднее сиденье.
Конечно, называть водителю домашний адрес было чистым безумием, но сейчас ничего другого не оставалось. Петров чувствовал: еще пять минут, и он провалится в холодные воды беспамятства.