Чтение онлайн

Сегодня с утра дул ветер, сильнее обычного, и каждый соленый порыв раздражал мою кожу. Я приветствовал это, желая, чтобы меня вовсе смело. Смыло. Дни, подобные этим, казались слишком длинными, заваленными слишком большим количеством возможностей блуждать в своих мыслях. Что опасно для меня. Опасно для окружающих. Быть в дороге – отстой. Но пребывание в одном месте, в ловушке моих воспоминаний, с моей виной...

Чёрт, даже пляжный домик в Малибу не делает это терпимым. Из полуоткрытой двери я слышу свой телефон. Узнав рингтон, направился обратно внутрь, чтобы ответить на звонок моего агента. Он засыпает позже меня, а это что-то да значит.

– Привет, Тревис.

– Звоню, чтобы просто удостовериться. Ты ведь придешь сегодня вечером? – Тревис обладал одним качеством: оказывать давление.

– Дай угадаю, – от моего недовольного вздоха запотел экран. – Ты хочешь меня кое с кем познакомить.

– Конечно. Вообще-то с несколькими. Ты сможешь выбрать.

Агент. Адвокат. Сваха. Тревис для меня – единый центр. Он уже какое-то время подыскивал мне следующую спутницу, но я все ещё один. Никто из нас не был счастлив по этому поводу. Будь моя воля, проблема была бы уже закрыта.

– Договорились. Скоро буду.

Завершив вызов, сделал первый глубокий вдох за весь день. У нас с Тревисом была договоренность. Он подбирал кандидаток, достойных быть «девушкой Шейна Хоторна», но окончательный выбор всегда оставался за мной. Я не имею в виду проституток. Черт, мне практически приходилось отбиваться от цыпочек палкой. Куда бы я ни пошел, везде были девушки, умоляющие трахнуть их у ближайшей стены или мечтающие опуститься передо мной на колени на грязный пол общественного туалета. Триста шестьдесят пять дней в году были моим единственным ограничением, когда дело касалось секса.

Но жизнь в дороге была другой, а первые несколько недель тура бывали особенно нервными. Так много новых людей, так много движения. Это нелегко – войти в ритм. Мне необходимо, просыпаясь в новом городе каждый день и оказавшись окружённым морем новых лиц, чтобы круг близких мне людей оставался прежним. Мой агент, коллеги по группе, турменеджер... и моя девушка.

Знаю, как это звучит. Грязно с большой буквы «Г». Но секс – не часть сделки. Не то чтобы этого конечно не было, просто это было не то, за что я им платил. Быть девушкой рок-звезды не должно было быть трудным, но было.

Сексуальная, красивая, достаточно умная – основные требования для кого-то, с кем я буду проводить месяцы в тесном контакте. Она должна быть без заморочек, ей должна нравиться моя музыка, но не супер-фанатка или навязчивая цыпочка. Мои «подружки» были тонкой броней против полчищ поклонниц, которые когтями пробивались мне навстречу, предлагая все, чего я мог бы захотеть. А я не нуждался во многом.

Честно говоря, ничего не имел против фанаток. В глубине души я тоже мошенник. На каждые пять футов веса около десяти футов проблем. Но я сделал это, я пробил себе путь к вершине гребаной пирамиды. Вокалист «Nothing but Trouble». Список хитов настолько длинный, что татуировщик не уместил бы их на мою руку, если бы попытался. Такая куча денег, что я просто не представляю, что с ними делать. Дюжина «Грэмми» по последним подсчетам, и даже «Оскар» за лучшую оригинальную песню в прошлом году – единственная золотая статуэтка, присвоенная ничем не примечательному фильму.

Я нанял Тревиса много лет назад, чтобы построить свою карьеру, а теперь мы находимся в режиме защиты, просто пытаясь не разбиться и не сгореть. «Шейн Хоторн» – бренд, стоимостью в миллионы. И все же, потерять все, над чем мы работали, было бы так легко. Единственное, перед чем я не мог устоять: мудак по имени Джек Дэниелс и великолепный белый порошок, который заставлял мой мозг чувствовать себя как в том потрясном снежном шаре с блестками внутри.

Так что, возможно, сегодня вечером я встречусь со своей следующей девушкой. Кто-то по контракту будет рядом со мной на каждом шоу и вечеринке, каждом пресс-релизе и фотосессии. Кто-то будет сопровождать меня днем и ночью, достаточно симпатичная на мой взгляд. Кто-то веселый, в кого невозможно не влюбиться.

Я делал много глупостей в своей жизни, но была черта, которую я не пересекал. Черта настолько далекая, что даже не видно пятнышка на горизонте. И я не собирался направляться в её сторону в ближайшее время. Желательно никогда.

Любовь была единственной роскошью, которую я не мог себе позволить.

Предполагается, что сегодня вечером я почувствую искру связи с одной из женщин в доме Тревиса. Он так крепко насядет на нее с соглашением о неразглашении, что пресса никогда не узнает, что она всего лишь сотрудник, реквизит. Что наши отношения только фейк.

Она не будет в курсе того (никто кроме Тревиса не знает), что между нами будет что-то общее.

Потому что все во мне – фальшивка.

Шейн Хоторн, король рок-н-ролла и причина мокрых трусиков повсеместно, от визжащих подростков до скучающих домохозяек, является обманом. Больше миф, чем человек.

Шейна Хоторна не существует. Его сценическим именем впервые я воспользовался в шестнадцать лет, ожидая, что буду схвачен парочкой копов, если обмолвлюсь своим настоящим именем.

Иногда мне интересно, что подумают мои поклонники, если узнают правду. Называли бы меня после этого самым сексуальным мужчиной по версии журнала «People», если бы кто-нибудь знал, кто я на самом деле?

Кто я? Даже я не знаю.

Мошенник.

Беглец.

Наркоман.

Убийца.

Не очень сексуально, да?

Делэни

– Делэни? Делэни Фрейзер, это ты?

Я застыла, когда знакомые нотки голоса, которые я не слышала годами, практически побежали по моей спине, оставляя после себя жгучие следы крапивницы. Голос и человек, кому он принадлежал, были из жизни, которую я оставила несколько лет назад.

Бронксвилл, изолированный пригород Манхэттена, где я выросла, был не просто в трех тысячах миль от Лос-Анджелеса; он был в совершенно другой галактике. И все же, именно этот метеорит упал в высококлассный стейк-хаус, где я работаю, не разрушив ничего, кроме моего душевного спокойствия.

Я поворачивалась специально медленно, поскольку нуждалась в минуте, чтобы твердо прикрепить улыбку на лицо и собрать каждую унцию концентрации, чтобы не провалиться.

– Пайпер! Ничего себе, мир тесен. Я не узнала тебя.

– Меня? – Пайпер Гастингс, бывшая королева из школы Бронксвилля, сделала шаг назад и оглядела меня сверху донизу, будто манекен в приглянувшемся ей наряде.

– Я едва узнала тебя.

– Мы все изменились после выпуска, мне кажется, – я пожала плечами.