Чтение онлайн

Артур обернулся со своим вопросом к Ланселоту, но ответил Борс.

— Я ошибся, — смиренно сказал он, — и рад, что это была ошибка.

— Я тоже, — звучным голосом произнес Ланселот.

— Вот и хорошо! — обрадовался Артур и с улыбкой поглядел на нас троих. — Теперь, друзья мои, вложите ваши мечи в ножны. Здесь у нас не будет никакой вражды. Вы все герои, все!

Он подождал, но никто из нас не двинулся. Пламя факелов играло на наших шлемах, скользило по клинкам обнаженных мечей, готовых к схватке во имя правды. Улыбка стерлась с лица Артура, он словно распрямился, вытянулся во весь рост.

— Я приказываю вам! — сурово произнес он. — Это мой дом. Ты, Кулух, и ты, Дерфель, вы давали мне клятву. Хотите ее нарушить?

— Я защищаю свою честь, лорд, — твердо сказал Кулух.

— Твоя честь у меня на службе, — резко отпарировал Артур, и металла в его голосе было достаточно для того, чтобы заставить меня вздрогнуть. Доброта Артура часто заставляла забывать, что он стал военачальником вовсе не по мягкости характера. Он много говорил о мире и примирении, но в битве его душа освобождалась от миролюбия и с ожесточением предавалась убийству. Теперь он угрожал убийством нам, положив руку на рукоять Экскалибура. — Вложите ваши мечи, — приказал он, — если не хотите, чтобы я вынул свой.

Не могли же мы биться со своим лордом! Оставалось подчиниться. Галахад, свободный от клятвы, последовал, однако, нашему примеру. Мы покорились, чувствуя, что нас обманули, но Артур, восстановив мир в своем доме, опять улыбнулся. Он раскрыл объятия и шагнул к нам. Радость его была столь искренней, что обида моя тут же улетучилась. Он обнял своего кузена Кулуха, затем заключил в объятия меня, и я ощутил на щеке горячую слезу своего лорда.

— Дерфель, — сказал он, — Дерфель Кадарн. Это в самом деле ты?

— И никто иной, лорд.

— Ты выглядишь старше, — сказал он с улыбкой.

— А ты нет.

Лоб его пересекла горькая морщина.

— Я не был в Инис Требсе. Жаль, что меня там не было. — Он обернулся к Галахаду. — Я наслышан о твоей храбрости, лорд принц, и приветствую тебя.

— Но не оскорбляй меня, лорд, веря моему брату, — насупился Галахад.

— Нет! — горячо возразил Артур. — Я не стану спорить. Мы будем друзьями. Я настаиваю на этом. — Он взял меня под руку и повел нас троих вверх по ступеням террасы, он потребовал, чтобы мы обнялись с Ворсом и Ланселотом. — Достаточно было бед, — тихо сказал он, когда я отпрянул, — и без этого.

Я покорно шагнул вперед и развел руки. Ланселот поколебался, потом сделал шаг мне навстречу. Его напомаженные волосы пахли фиалками.

— Мальчишечка, — шепнул он мне на ухо, целуя в щеку.

— Трус, — прошептал я в ответ, и мы разошлись, улыбаясь друг другу.

У епископа Бедвина, когда он обнимал меня, в глазах стояли слезы.

— Дорогой Дерфель!

— У меня есть для тебя новость и получше, — прошептал я. — Мерлин здесь.

— Мерлин? — Бедвин ошалело уставился на меня, не осмеливаясь поверить моим словам. — Мерлин тут? Мерлин!

Новость мгновенно распространилась в толпе. Мерлин вернулся! Великий Мерлин возвратился! Христиане крестились, но даже они понимали важность этой новости. Мерлин пришел в Думнонию, и внезапно беды королевства, казалось, уменьшились.

— Но где же он? — требовательно спросил Артур.

— Он отлучился, — туманно произнес я, указывая на распахнутые ворота.

— Мерлин! — громко позвал Артур. — Мерлин!

Никто не откликнулся. Стражники кинулись искать его, но не нашли. Позже часовые у западных ворот сказали, что старый горбатый священник с повязкой на глазу и серой кошкой на шее действительно покинул город, но никакого седобородого мудреца они не видели.

— Ты был в водовороте ужасающей битвы, Дерфель, — сказал мне Артур, сидя рядом в пиршественном зале, где нам подавали свинину, хлеб и хмельной мед. — У людей, претерпевших такое, иногда бывают странные видения.

— Нет, лорд, — настаивал я, — Мерлин был тут. Спроси у принца Галахада.

— Спрошу, — успокоил он меня, — конечно спрошу. — Он оглядел длинный стол, на мгновение остановил взгляд на Гвиневере, которая, опершись на локоть, внимательно слушала Ланселота. — Вы все много претерпели.

— Но я не оправдал твоих ожиданий, лорд, — признал я, — и за это прошу прощения.

— Нет, Дерфель, нет! Это я не оправдал надежд Бана. Но что я мог поделать? Здесь так много врагов. — Он помолчал и, услышав громкий смех Гвиневеры, улыбнулся. — Рад, что, по крайней мере, счастлива она.

Потом он встал и отошел к Кулуху, который сосредоточенно расправлялся с жареным поросенком.

Здесь же в зале оказалась и Линет. Волосы ее были заплетены в косы, уложены вокруг головы и увиты цветами. На Линет было платье из красного полотна, и вся она была увешана торквесами, брошами и браслетами. Линет улыбнулась мне, смахнула пыль с моего рукава и поморщилась, вдохнув застоялый запах мужского тела.

— Шрамы идут тебе, Дерфель, — сказала она, легонько касаясь пальцами моего лица, — но ты слишком рискуешь.

— Я воин.

— Я не о воинском риске, а о выдуманной истории с Мерлином. Ты просто ошарашил меня. А твое объявление себя сыном раба? Неужто тебе в голову не пришло, как это неприятно мне? Я знаю, мы больше не вместе, но люди помнят об этом, и думаешь, мне доставило удовольствие напоминание о том, что я была связана с человеком, рожденным рабом? Ты должен бы иногда думать и о других, Дерфель.

Я заметил, что она больше не носит наше кольцо, что и понятно: она давно нашла мужчин, которые могли позволить себе быть щедрее меня.

— В Инис Требсе ты, по-моему, слегка порастерял разум, — продолжала она. — Иначе отчего же ты вдруг решился вызвать на бой Ланселота? Я знаю, Дерфель, ты хорошо управляешься с мечом, но он — Ланселот, а не какой-нибудь простой воин. — Она повернулась и посмотрела туда, где король сидел рядом с Гвиневерой. — Разве он не прекрасен? — спросила она меня.

— Бесподобный, — кисло пробормотал я.