Чтение онлайн

— У тебя просто жуткий вид, — сказал Грейтхауз без обиняков. — Во что ты влез?

— Хадсон! — упрекнула его миссис Герральд.

— Ничего, — ответил Мэтью. — Говоря коротко, меня вчера взяли в некоторую поездку, и я ночевал в одной усадьбе примерно пятнадцать миль вверх по реке.

— Правда? — прищурился вопросительно Грейтхауз. — И в чем там дело было?

— Не уверен, что до конца понимаю, и не могу объяснить. Но кто-нибудь из вас знает человека по имени Саймон Чепел?

Миссис Герральд покачала головой, Грейтхауз сказал:

— Не слышал даже.

— А о женщине по имени Чарити Ле-Клер? Или о человеке, которого называют граф Дальгрен?

— Тоже впервые слышу.

Миссис Герральд подошла к Мэтью чуть ближе:

— Скажите, пожалуйста, к чему вы все это?

Мэтью посмотрел на Грейтхауза:

— Вы ей не сказали еще? Про ферму Ормонда?

— Нет, не сказал. — Лицо Грейтхауза окаменело.

— А вы не думаете, что надо было? У меня есть некоторые подозрения насчет Саймона Чепела. Не очень понимаю, какие цели он преследует, но именно из его имения могло взяться тело.

— Тело, — повторила миссис Герральд и повернулась к Грейтхаузу. — Что за тело?

Грейтхауз посмотрел на Мэтью взглядом, ясно говорящим: «Спасибо, кретин. Вовремя вспомнил». Потом полез в карман и достал сложенный лист бумаги.

— Я хотел это обсудить с тобой потом, — сказал он, обращаясь к Мэтью, — но раз ты выбрал именно этот момент, чтобы поднять вопрос, я тебе скажу, что нашел в Сити-холле. — Он развернул бумагу — Мэтью увидел, что это перечень имен, написанный черными чернилами. — К северу от Ормонда, как он нам и говорил, расположены фермы Густенкирка и Ван-Гуллига. Потом идут несколько миль леса, принадлежащего англичанину по имени Айзек Адаме. Он живет в Лондоне. Непосредственно выше по реке имение и виноградник, принадлежащие…

— Саймону Чепелу, — перебил Мэтью. — Там я и провел эту ночь.

— Неверно. — Грейтхауз не отрывался от бумаги. — Согласно записям в Сити-холле, имение принадлежит также англичанину по имени Гарретт Стиллуотер. Он купил имение у его голландского владельца в тысяча шестьсот девяносто шестом. Выше виноградника на три мили находится ферма Уильяма Вейла, еще выше — яблоневый сад и фабрика сидра Зофера Роджерса. Дальше уже паром и оконечность острова. — Он поднял глаза. — Ни одно из этих имен не совпадает ни с одним известным мне псевдонимом, который используют сообщники…

Он замолчал, но Мэтью знал, что он прямо чувствует устремленный на него взгляд миссис Герральд.

— Договаривай. — По ее голосу Мэтью понял, что она уже знает. — Сообщники — чьи?

Грейтхауз снова неспешно сложил бумагу и убрал ее.

— Он здесь, — сказала миссис Герральд. — Это ты хотел сообщить? — Не ожидая его ответа, она возмущенно вздернула подбородок. — Ты подозреваешь, что он здесь, и не сказал мне? Потому что не был уверен — и не уверен сейчас — и хочешь разузнать подробнее? Или ты решил избавить меня от чувства страха?

Он помолчал, думая, потом ответил:

— Да. И то, и другое.

— Значит, ты нашел тело? В том состоянии, о котором мы знаем?

— Да.

— Хадсон, Хадсон… — Она покачала головой, и в глазах ее был не только гнев, но и печаль. — Отчего же ты не сказал мне? Ты же знаешь, я не тепличное растение. Я этого ожидала, но… не так рано. Почему же ты мне не сказал? — Ее голос чуть подсел, едва заметно.

— Если я скажу тебе, что пытался тебя защитить, это…

— Защиты здесь нет и не может быть, — снова покачала головой миссис Герральд. Говорила она негромко, но твердость ее голоса заставила Мэтью вздрогнуть. — Есть только упреждающее знание и постоянная готовность.

— Да, конечно. — Грейтхауз предпочел опустить глаза к полу. — Моя вина.

Миссис Герральд подошла к окну и выглянула на север, будто пытаясь разглядеть за горизонтом своего врага. Не меньше пяти секунд прошло, пока она заговорила снова:

— Я полагаю, что полной уверенности нет?

— Нет, но на теле следы. Я говорил Мэтью о твоей теории.

— Да, сквозь строй. — Она глянула на Мэтью и снова отвернулась к окну. — Кстати, теория не только моя. Сколько на этом трупе колотых ран?

— Восемь. Молодой мужчина, руки связаны за спиной. Почти три недели назад его примыло к ферме Джона Ормонда. Ты знаешь, это куда я за продуктами езжу. Коронер уже похоронил тело, так что нам с Мэтью пришлось… гм… немножко поработать лопатами.

— Да, это наверняка было незабываемо.

— Способ казни тот же, если не считать одного интересного отличия, — продолжал Грейтхауз. — Во всех известных нам случаях черепа жертв разбиты сзади. Очевидно, когда их ставили на колени на пол, чтобы истекли кровью. В этом же конкретном случае череп проломлен спереди.

— Твои теории? — спросила дама в сером.

— Это, конечно, может ничего не значить. С другой стороны, это может быть кто-то из учеников профессора, а выполнение казни таким образом — его подпись. Или же это может значить, что прогон сквозь строй выполнялся не в помещении. Я думаю, что убитый удрал от клинков, прыгнув либо упав с высокого обрыва, и по пути разбил себе череп. — Он поднял документ. — Я достал список землевладельцев, надеясь узнать, откуда могло приплыть тело. И снова-таки: в этом списке нет имен, которые я мог бы узнать.

— Новый Свет, — сказала миссис Герральд, прикрывая тяжелые веки, — требует новых имен.

— Кстати об именах, — сказал Мэтью. — Чепел знает ваши. У него есть экземпляр местной газеты с объявлением, и он хочет узнать больше. Мне поручено узнать в «Док-хаус-инн» и сообщить ему в ближайшие дни.

Миссис Герральд поджала губы и выдохнула тихо и коротко.

— Это мне не нравится. Как вообще получилось, что вы встретились с этим самым Чепелом?

— Из-за Маскера. Точнее, из-за блокнота Эбена Осли.