Чтение онлайн

— Нарушители закона? — переспросил Азаки.

— У них нет значков хозяина, которому они служат, но каждый, кого я видел, носит браслет из трех, пяти или десяти хвостов. Так что это действительно следопыты или охотники, и притом из лучших.

— У них есть шалаши?

— Нет. Здесь у них нет живущих во внутренних дворах, — ответил Нумани, используя этот необыкновенно вежливый термин для обозначения женщин своей расы. — Я сказал бы, что они сюда пришли только на время охоты. И на ботинках одного из них я видел корку соли.

— Корку соли? — заскрипел зубами Азаки, даже чуть привстав. — Так вот что за приманку они используют! Для этого здесь должна быть солевая трясина.

— Сколько там инопланетников? — прервал их Джелико.

— Трое охотников и еще один, другой.

— В чем другой? — спросил Азаки.

— Он одет в какую-то странную форму, а на голове у него круглый шлем, какой обычно носят инопланетники с космических кораблей.

— Космонавт! — резко засмеялся Азаки. — А почему бы и нет? Они же должны как-то вывозить добытые шкуры.

— Вы что же, хотите сказать, будто кто-то способен посадить корабль в такую трясину? — удивленно спросил Джелико. — Но это невозможно! Он просто останется похоронен здесь навсегда.

— Но, капитан, что за космодром нужен свободному торговцу? — спросил Азаки. — Разве вы не сажали свой корабль на планетах, где не было ни приемных устройств, ни подзарядных станций, вообще никаких элементарных удобств, присущих космодрому. Такому, например, как космодром «Комбайна» на Ксечо?

— Конечно, сажал. Но для этого необходим достаточно ровный и твердый участок, желательно свободный от растительности, чтобы кормовое пламя не вызвало пожара. Здесь же после посадки вам даже не вытащить хвост из болота.

— Отсюда можно сделать вывод, что неподалеку отсюда есть какое-то место, где приземлился их корабль, — подытожил Азаки. — К нему наверняка ведет хорошо протоптанный след и это может сослужить нам неплохую службу.

— Но они знают, что мы здесь, — заметил Тау, — и могут замаскировать его.

Теперь рассмеялся Нумани.

— Не бывает столь хорошо замаскированного следа, космонавт, чтобы лесничий заповедника с него сбился. Да и любой охотник, если он ветеран с пятью или хотя бы двумя хвостами, способен на то же самое...

Дэйн внезапно потерял интерес к аргументам Нумани. Все это время он находился на краю их расположения м смотрел на пятна призрачного света, возникавшие в тумане над зарослями болотной травы. В течение нескольких последних минут эти частицы света образовали растущий массив, повисший над болотом в нескольких футах от них, и теперь его туманные очертания приобретали более конкретные формы. Дэйн смотрел, не в состоянии поверить в то, что чудилось в этих неопределенных туманных очертаниях. Это напоминало скальную обезьяну, но у видения, обернутого к нему профилем, не было ни торчащих над головой ушей, ни свиного рыла.

Все новые и новые клочья болотного свечения собирались к этой прозрачной фигуре и вливались в нее. Но то, что теперь балансировало и как бы прогуливалось по предательской поверхности болота, не было животным.

Это был человек или его подобие, маленький и тощий человек — тот, кого они видели уже однажды на террасе горного форта Азаки. Видение, медленно формируясь, стало вскоре почти законченным. Оно стояло со склоненной головой, как бы прислушиваясь.

— Ламбрило! — вскричал Дэйн, узнав в этом существе колдуна и в то же время понимая, что тот не может стоять здесь и слышать их.

Но, словно для того, чтобы еще сильней потрясти его, голова колдуна обернулась, реагируя на крик. Только то, что можно было принять за лицо, оказалось белым пространством, лишенным и глаз, и других человеческих черт. И в какой-то степени это делало его еще более угрожающим, заставляя Дэйна вопреки доводам рассудка подозревать, что это существо все-таки шпионит за ними.

— Демон! — закричал Нумани.

Перекрывая этот внезапный крик, нарушивший охватившее их мгновением раньше оцепенение, прозвучало требование Азаки:

— Что это там стоит? Скажи нам, врач!

— Кнут, которым нас хотят согнать с этого места, и вам это известно так же хорошо, как мне. Если Нумани сумеет их выследить, то и они, полагаю, помогут нам ответить еще на один вопрос. Если есть на Хатке тревожащая вас язва, то Ламбрило, без сомнения, очень близок к ее корню.

— Нумани! — голос главного лесничего прозвучал как удар хлыста. Забудешь ли ты опять, что ты мужчина? Побежишь ли и сейчас с плачем искать убежища, зная, что это всего лишь галлюцинация? Ведь по словам этого врача-инопланетника, это всего лишь хитрость Ламбрило, которая должна отдать нас в руки наших врагов!

Туманное видение на болоте двинулось по направлению к ним. Оно делало шаг, затем другой по поверхности трясины, которая наверняка бы не выдержала веса человека, и таким образом постепенно приближалось к кустарнику, где, скрываясь, лежали беглецы.

— Тау, вы можете с этим справиться? — спросил Джелико обычным резким голосом, каким всегда говорил на борту «Королевы».

— Я лучше попробую добраться до его источника, — ответил врач со зловещими нотками в голосе. — И мне бы хотелось посмотреть на их лагерь...

— Отлично! — сказал Азаки и пополз вглубь кустарника, а остальные последовали за ним.

Привидение, только внешне похожее на человека, достигло островка и теперь стояло, повернув к ним свою безликую голову. Каким бы жутким оно не было, теперь, когда первый шок от его появления прошел и космонавты поняли, что это такое, они преодолели страх перед ним, чего не могли сделать при встрече с фантомом скальной обезьяны.

— Если эта штука была послана, чтобы нас прогнать, — отважился сказать Дэйн, — то не сыграть ли нам в их игру, отправившись сейчас не вперед, а назад, вглубь местности?