Королева
Шрифт:
– Естественно, я же причащался!
– Сколько же у Вас силы воли и духа мой супруг, я горжусь Вами.
– Ну Вы же знаете, что умервщляя плоть мы спасаем душу.
Дверь отварилась, и в комнату вошли пажи, неся на подносах дымящиеся блюда. Они ловка поставили всё на стол перед Людовиком и вышли из комнаты. Алеанора и Людовик остались вдвоём.
– Прошу Вас мой супруг, кушайте – Алеанора подвинула дымящуюся тарелку к Людовику и наполнила кубок вином.
– Благодарю Вас миледи – Людовик с жадностью набросился на еду.
– Итак, мой дорогой супруг, Вы не смотря на свою молодость, разгромили в пух и прах Тибо и отняли у него Шампанию, я думаю нам не следует возвращать её ему обратно. Будет правильно если Вы оставите её за собой под своим прямым управлением!
– Что ж, пожалуй это будет правильно. Я так и сделаю – сказал Людовик уминая куриную ногу.
– И Вы знаете, будет не плохо, если Вы теперь назначите Рауля де Вермондуа сенешалем Франции.
– Вы думаете это будет хорошо?
– Конечно, Вы спасли его от лютой казни. Благодаря Вам он теперь счастлив с моей сестрой. Он благодарен Вам и будет верно служить. К тому же лишившись Вашей поддержки, он может запросто угодить на костёр, как прелюбодей, да и моя сестра за ним присмотрит если что.
– Будь по Вашему Алеанора!
– Как хорошо, что у меня есть такой храбрый, мудрый и дальновидный государь. Я думаю, что теперь Вы сможете осуществить мою заветную мечту.
– Что за мечта, дорогая? Я сделаю для Вас всё что будет в моих силах!
– Помните, я Вам рассказывала, что моя бабушка Филиппа была графиней Тулузской в своём праве, и графство принадлежало ей, но потом его у неё отняли, подлостью и интригами, и ни мой дед, ни отец так и не смогли его отвоевать. Но теперь, когда у меня есть такой муж как Вы, справедливость будет восстановлена!
– Дорогая Алеанора, я верну Вам Ваше графство!
– Я не сомневалась в Вашем ответе! Давайте дождёмся весны и в мае двинем войско в поход. Нанесём стремительный и неожиданный удар, застигнем противника врасплох!
– Вы же знаете Алеанора, я люблю Вас!
Глава 7. Внешние силы
Алеанора начала деятельную подготовку к предстоящей войне. Тщательно разрабатывался план вторжения. Составлялись подробные карты будущего театра военных действий.
А тем временем граф Тибо II, по прозвищу Великий, писал письма Папе римскому, кардиналам, королю Англии, императору Германии, королю Арагоны, королю Кастилии и многим-многим другим, возмущаясь что Королева и Король Франции покровительствуют и защищают развратников и прелюбодеев, а истинных христиан убивают и сжигают заживо. Что в городе Витри Король согнал в церковь больше тысячи честных христиан и всех сжёг заживо. Тибо негодовал: доколе христианские государи и святая христианская церковь будут терпеть эти безобразия?
И грянул гром, из Рима в Сите пришло письмо от Папы римского. Он отлучил Алеанору и Людовика от церкви. Когда письмо зачитали, Людовик потерял сознание и едва не свалился с трона, если бы Алеанора вовремя не поддержала его. Бесчувственного Короля по приказу Алеаноры отнесли в опочивальню и бережно положили на кровать. Вскоре он пришёл в себя, но продолжал неподвижно лежать, не реагируя на людей, которые были рядом и обращались к нему. Людовик так лежал, глядя в потолок до вечера, а когда стемнело, встал и поплёлся к выходу, вышел из дворца и направился в собор. Там он упал на пол у распятия и зарыдал, а потом принялся молиться. Король плакал и молился одновременно.
Четыре дня Алеанора управляла государством, решала текущие политические и хозяйственные дела. Её ум напряжённо работал, ища выход из сложившегося положения и не находил его. На пятый день, когда Алеанора вместе с Изабеллой разбирала письма, в дверь постучали.
– Войдите! – крикнула Королева.
В комнату вошёл паж и низко поклонился.
– Ваше Величество, Ваш казначей Риккардо де Винченцо, кастелян Пьер де Обюжон, мессир Карл де Клер, а также Ваши придворные дамы Торкери де Люзи, Рогеза де Буазье и Флорина Тулузская просят их принять. Капитан Вашей личной стражи Роланд де Муазье сопровождает их!
– Пусть войдут!
Двери распахнулись и люди вошли в комнату. Даму сделали низкий реверанс, а кавалеры низко поклонились. Вслед за ними в комнату без приглашения вошли Агнесса, Жан де Лур и слуга мальчик Бертран.
– Ваше Величество, – начал синьор Риккардо – я прошу Вас освободить меня от обязанностей Вашего казначея и позволить мне вместе с семьёй уехать в Аквитанию?
Королева пристально посмотрела на Риккардо.
– Ваше Величество, простите меня, но я боюсь за свою семью. Я не хочу, чтобы её сожгли на костре вместе со мной.
– Так! Остальные тоже, наверное, просят позволения уехать? – воскликнула Алеанора.
– Да, Ваше Величество!
– Убирайтесь!!! – крикнула Королева, закипая от ярости – Пошли все вон!!!
– Ваше Величество, мы Вас любим и ценим… – начала было Флорина.
– Убирайтесь вон! – перебила её Алеанора.
Все поспешно выскочили из комнаты, кроме Агнессы, Изабеллы. Жана, Роланда и мальчишки Бертрана.
– А вы что стоите? Вы тоже убирайтесь!
– Я никуда не уйду, я буду с Вами до конца, – сказала Агнесса – даже если мне с Вами придётся взойти на костёр!
– И я! – сказала Изабелла.
– И я! – воскликнул Жан де Лур.
– И я! –крикнул Роланд де Муазьен.
– Я буду драться за мою Королеву! – гордо произнёс мальчик Бертран и в его руке блеснул кинжал.
Алеанора обняла Бертрана и погладила его по волосам.
– Господин Роланд, как настроены аквитанцы из моей личной стражи?
– Они преданы Вам! Уверен, что никто не уйдёт!
– Ну что же, крысы сбежали с корабля, оно и к лучшему. Идёмте, надо прибрать и закрыть документы, которые они оставили.