Королевна
Шрифт:
За окном закричал сокол.
– Тебе пора, уже полночь, – выдохнула Ая.
– Я не уйду. – Ответил он и вновь приник к её губам, трепетным и горячим.
Сокол крикнул еще раз.
– Ромэн…
В третий раз сокол забрал его с собой. Ая осталась одна, в разгоряченном теле и разуме, она улыбалась и смеялась сама с собой, касаясь точек своего тела, где были запечатлены его поцелуи. Когда волнение поутихло, девушка подумала, что это даже хорошо, что сегодня не свершилась близость: в следующий раз они будут желать друг друга во сто крат сильнее.
– Что с вами? Что произошло? – Лицо Плэмери выражало искреннюю тревогу, она сидела около него. Тонкс пришел в сознание и, увидев совсем рядом женщину, рывком повалил её на себя и впился поцелуем в шею.
– Что вы… не надо!
Чародей с силой перевернул её с себя и сел сверху, нахально расстегивая плащ, скрывающий темное бархатное платье, так плотно облегающее пышную фигуру.
– Твой сын угодил в очень скверную историю, – прохрипел он, – но помочь ему можно. И ты сделаешь это. Ты все сделаешь ради него. Ты все сделаешь.
Леди была напугана и взволнована, но сейчас же поняла – она и вправду все сделает. Даже сейчас она оставила попытки отбиться от наглого озабоченного ведуна и позволила ему обнажить себя. Дрожь по телу разогревала внезапно охватившее, необъяснимое желание. Она тоже хотела его. Близости с крепким, здоровым мужчиной у нее не было с тех пор, как супругу стукнуло 60 лет, и он как-то сразу заметно «сдал» по мужской части. Чародей жаждал полного удовлетворения, особенно сейчас, в эту самую минуту, он получал сразу два удовольствия: пышную, страшно соскучившуюся по ласке «покорную» женщину и извращенную месть, он ведь сразу понял, что за девушка была ТАМ, и чувство приближающегося возмездия насыщала и злила его одновременно. Он представлял, что этот сынок-«сосунок» делал сейчас с ЕГО женой, в меру своих фантазий и помыслов. За долю секунды, до обессиленного обморока, Тонкс придумал некий план. И истинную цель этого плана нельзя было знать матери «магического ублюдка».
После любовной утехи, леди безумно смутилась своей наготы, и поскорее оделась. Тонкс не спешил, его довольное лицо растянулось в ухмылке.
– Не жалей, душенька, о содеянном, это было неизбежно.
Леди пробормотала:
– Это… это случайность, не подумайте, что я…
– Шлюха? Нет, как можно! Вы милейшее создание, попавшее в руки мерзавца. Так вы думаете, я полагаю?
– Не такой уж вы и мерзавец, – ответила она.
– Звучит как комплимент, Дорогая, как мед из ваших уст. Из греховных сладких уст. Которые я, только что, имел совесть лобызать.
– Но никто не должен узнать, прошу, умоляю вас, ни одна душа – в глазах леди промелькнуло отчаяние.
– Конечно, – кивнул Тонкс, – иначе эта связь запятнает вашу чистейшую репутацию. А жаль. Так хотелось разболтать всем белкам и зайцам в округе.
Он говорил с ядовитым сарказмом, издевался, заставляя леди чувствовать себя «грязной» с головы до ног. Плэмери едва находила в себе силы и гордость выслушивать все и находится в доме этого человека.
– Так что с моим сыном?
– А вот это, голубушка, наша с тобой печаль: ты была права, магия тут замешана, и причем темная. Сильная, смертельная.
Сердце забилось с новой тревогой.
– Что теперь делать? Это проклятье? Что это значит?
– Видать, связался парнишка с ведьмой. Темной. Она его заколдовала, дрянь. Надо действовать быстро. Иначе заберет его сердце и проклянет весь род. Как пить дать, эта девка все может…
Он задумчиво почесал бороду.
– Девка? Я думала, речь о ведьме.
– Ну, так, ты что, милая, считаешь, что ведьмы – только старухи на метле? Тем-то и опасны молодые, что прикидываются красными девицами, а потом вырывают сердце и сжирают на глазах у жертвы.
Плэмери стало дурно.
– Что можно сделать? И откуда он ее взял? Я знаю всех жителей в округе, а на наши званые вечера приезжают только проверенные гости.
– Так это ж ведьма, что ей стоит принять облик соседки? И это она нашла его, а не он. И птица – ее рук дело.
– А что, если птицу…ну…
– Убить? Нет уж, это не поможет. Она возьмет, да и мышь заколдует, или собаку. Лучше всего – принести птицу мне, сюда. Будет под наблюдением.
Леди замотала головой.
– Нужно действовать, наблюдать уже поздно. Где эта мерзавка?.. Если надо, я сама вырву ей сердце и подожгу…
Чародей подошел к Плэмери и грубо взял ее за подбородок, заставляя смотреть в глаза.
– Запомни, милочка, с этой минуты, без моего разрешения ты и пикнуть не смеешь, не то чтобы делать что-то. Это не твоя территория, это магия, опасная, темная. Влезешь туда – и поминай, как звали, вместе с сынком. Так что я сам буду решать, что, когда и как делать. Ясно?
Леди кивнула, он отпустил её лицо.
– А теперь иди домой, и думай, как стащить эту проклятую птицу. Сын ничего не должен подозревать. И не вздумай ляпнуть что-то про ведьму или магию, она может следить. Придешь через ночь, расскажешь, что придумала.
Плэмери оставалось лишь согласиться и уйти.
Глава 10
Ромэн выбежал на залитую солнцем террасу и крикнул оттуда матери, она усаживала отца пить чай.
– Доброе утро!
Родители помахали в ответ. Отец выглядел лучше, правда еще сам не мог передвигаться, и местный лекарь посоветовал больше бывать на воздухе и делать разминку для суставов.
Парень был одет в парадный костюм, на губах играла лучистая улыбка, он сам был солнцем в это погожее утро.
– Доброе утро, папа, мама, – он подошел к ним и расцеловал.
– Как спалось, милый? Я вижу, ты в отличном настроении?
– Да, все прекрасно. И знаете, я вот что подумал: поскольку папе уже гораздо лучше, а не устроить ли нам шикарный бал?! Созовем всех в округе, да что там в округе – со всех королевств мира! Будут танцы, песни, пригласим лицедеев, организуем пир, каких свет не видывал, повеселимся?..
И рассмеялся, глядя на озадаченные лица матушки и отца.
– Ты уверен, сынок?