Чтение онлайн

Уже через несколько ударов у меня заболела рука, но я продолжала упорно считать каждый удар, пока не досчитала до пятнадцати. Затем, застыв с камнем в руке, я дотронулась пальцем до монеты. Ее поверхность и впрямь нагрелась, удовлетворенно подумала я, но она еще не обжигает и тем более спичка не вспыхнет от нее.

Я снова принялась бить… на сей раз быстрее. От камня полетели осколки, но я остановилась только тогда, когда по лицу крупными каплями потек пот и мои натруженные пальцы запросили пощады. Я опять дотронулась до монеты и тут же отдернула палец назад. Жжет! Я схватила одну спичку и приложила ее к металлу.

Ничего.

Закусив губу, я снова принялась бить по монете, гадая, успеет ли монета достичь необходимой для моей цели температуры, прежде чем оба металлических предмета превратятся в ничто. Но это единственный способ добыть огонь, угрюмо напомнила я себе. Без света я буду просто бесцельно слоняться по гробнице до рассвета, когда, возможно, луч солнца проникнет внутрь погруженного во тьму склепа. Но к тому времени архиепископ будет уже давно мертв… и Леонардо, возможно, тоже. Я не буду ждать до утра и покину свою тюрьму сейчас.

Моя рука налилась свинцом, и каждый удар отдавался болью. Тем не менее я упорно била по монете, потеряв счет ударам, но не сдаваясь. И вот когда я не смогла снова поднять руку, я взяла спичку и приложила ее к раскаленной поверхности монеты.

Спичка вспыхнула крошечным, но величественным пламенем, почти ослепившим меня в кромешной тьме. Радостно воскликнув, я поднесла спичку к свечному огарку. Тот тоже загорелся, и целое мгновение они вместе освещали маленький подземный мир, где я была пленником. Спичка быстро горела, и ее пламя оказалось в опасной близости от моих пальцев, поэтому мне пришлось, чтобы не обжечься, бросить ее. Впрочем, она была уже не нужна, ибо тьма вокруг меня была разогнана.

Вспомнив про вторую спичку, я осторожно засунула ее вместе с расплющенной монетой в кошель, а затем робко подняла свечу. Этого огарка хватит ненадолго… уж точно не до рассвета. Кроме того, ее слабый, хоть и приятный, свет разгонял мрак лишь на расстоянии вытянутой руки. С одной свечкой мне будет трудно найти дорогу к лестнице, а затем подняться к двери. Но поскольку в гробницу регулярно наведывались — то приносили, то навещали покойников, — и, следовательно, на стене где-то обязательно висит один или два факела.

Я встала и пошла вдоль одной стены гробницы. Я не видела мертвецов и была благодарна даже за такую малость; кроме того, я поняла, что утратила прежний страх, внушаемый мне этим местом. Хоть и была заключена сюда вопреки своей воле, оставлена на верную смерть негодяем, осмелившимся осквернить последнее место упокоения. Мертвые Сфорца, несомненно, если кто-нибудь из них по-прежнему находится здесь, сочувственно отнесутся ко мне. И, если бы могли, они, наверно, помогли бы мне выбраться, чтобы я покарала того человека.

Я прошла всего несколько шагов, когда при слабом свете свечи блеснула железная, прикрученная к стене скоба, державшая факел, который, видимо, никогда не зажигали. Я поднесла к нему свечу, и он вспыхнул, осветив часть пространства гробницы вокруг меня. Погасив свечу, я вынула факел и высоко подняла его.

Забавно, что к гробнице привыкаешь, подумала я, увидев знакомое место. Я стояла недалеко от того места, где мы с учителем нашли Лоренцо. При свете факела я заметила в нише что-то белое и сразу узнала жакет убитого разносчика, который мы оставили здесь. Я взглянула на свой наряд пажа и увидела, что нож Ренальдо оставил в нем спереди дыру, сквозь которую было видно порванное белье. Если я выберусь из склепа и явлюсь в замок, мой вид, возможно, вызовет лишние вопросы, на которые у меня нет времени отвечать.

Повинуясь порыву, я схватила мятый сине-белый наряд и стряхнула с него грязь, затем внимательно осмотрела его при свете факела. Он был измят, в грязи, но крови Лоренцо на нем не было; его еще можно было носить… не то что мой распоротый костюм. И он был довольно плотным и, следовательно, приятно согреет меня, ибо ночной холод начал уже всерьез пробирать меня. Подавив дрожь отвращения, пробежавшую по мне при мысли, что мне придется носить одежду мертвеца, я набросила его жакет поверх своего.

Но хотя я и согрелась, мой прежний оптимизм пошел на убыль, когда, добравшись до вытесанной из камня лестнице, я поднялась по грубым ступеням наверх. Я увидела то, что и ожидала: тяжелые деревянные двери были закрыты. Если они к тому же заперты на замок, мне не стоит даже и рассчитывать на то, чтобы без посторонней помощи выбраться наружу.

Сделав глубокий вдох, я уперлась в том месте, где двери сходились вместе, и со страшной силой толкнула их. Я почувствовала, что они немного сдвинулись, но затем замерли. Следовательно, Ренальдо проявил осмотрительность и запер склеп. Конечно, я предвидела такое препятствие, и тем не менее меня захлестнула волна отчаяния.

Собравшись с духом, я поднесла факел к двери и посмотрела сквозь узкую щель. Я заметила металлический блеск, должно быть, задвижки, соединявшей обе двери. Если мне удастся что-нибудь просунуть между ними, тогда, пожалуй, я смогу ударить с силой по железной полосе и сбить ее. Но чем?

Мне пришлось спуститься вниз и направиться к каменному возвышению, на котором покоилось тело графа Феррара. Хотя я уже довольно долго пробыла в склепе и привыкла к смрадному запаху гниения, приблизившись к разлагающемуся трупу, все же испытала настоящее потрясение. В желудке снова появилась тяжесть, но мне удалось справиться с этим, хотя и пришлось остановиться, чтобы прошло головокружение.

Свободной рукой приложив ко рту край жакета, я встала рядом с мертвецом. Я была благодарна, что темнота и саван скрывают его разлагающееся, лежащее на постаменте тело. Впрочем, интересовал меня не граф.

«Просто расточительство, что такой клинок ржавеет здесь, в темноте» — эти слова эхом отдались в моей голове, когда я вспомнила шутливый разговор стражников, принесших тело графа в гробницу.

Орландо принадлежал к знатному роду, и поэтому его должны были похоронить вместе с мечом. Если я осмелюсь вытащить его из гниющих рук, то Получу инструмент, с помощью которого выберусь из склепа.