Королевский крест
Шрифт:
— Пушть что хотят, то и думают! Мне по фигу! У меня петля на шее!! А Шлужба утилижации…
Свое отношение к этому славному учреждению уйбуй решил изложить развернуто, ибо чувствовал, что ругается, возможно, последний раз в жизни. Копыто уселся на капот автомобиля и, перемежая свою речь глотками виски, припоминал все новые и новые ругательства.
— …копчики шпаренные! Вонючки!
— Уйбуй!
— Готофо? — Копыто огляделся, пытаясь рассмотреть вихрь грузового портала. — Чего орешь?
— Там челы приехали, — доложил Иголка.
— Афигительная нофошть! — Уйбуй глотнул еще виски. — Ты, боец, шофшем очумел? Ты еще рашшкажи, что ф этом доме ф карты играют!
— Странные такие челы: вышли из машины, посмеялись, а потом открыли багажник и из тайника автоматы достали.
— Афтоматы?
— У них там стенка фальшивая в багажнике, — уточнил Иголка. — А за ней пушки — «Аграны». Челы их под плащи сунули и пошли наверх.
— Грабить! — Глаза уйбуя вспыхнули. — Они кажино грабить приехали!
— А нам-то что? — угрюмо осведомился Контейнер. — Нам-то какая радость?
— Как это что?! — Копыто соскочил с «Мазератти». — Нам федь кажино грабить нельжя, так?
— Так.
— А челам можно. — Уйбуй торопливо запихивал фляжку в карман штанов. — Фот пусть они грабят…
— А мы деньги заберем! — понял Иголка. — Пусть потом на челов думают!
— Фперед! — И дикари припустили за бандитами.
Проникновение в подвал не вызвало у Анны затруднений. Дождавшись ухода Никиты и Жан-Жака, девушка приняла свой обычный облик, вызвала по интеркому сидящего внутри дежурного и попросила открыть дверь. Охранник, прекрасно знающий Анну, выполнил просьбу и немедленно пострадал за столь вопиющее нарушение должностных инструкций: прямой удар в голову стал для него билетом на пятнадцатиминутное посещение черной дыры. Девушка же, завладев ключами, быстро отыскала нужную камеру, открыла дверь и сразу, не дав Ахметову опомниться, произнесла:
— Я рада, что тебя не убили.
Решение отправиться за Эльдаром пришло спонтанно. Увидев, как его, связанного, несут по коридору, Анна почувствовала острую, щемящую боль. Так нельзя! Неправильно! Он не должен умереть! Какое-то время девушка сдерживалась, убеждала себя, что будет лучше, если Никита и второй вампир уйдут, оставив ее наедине с бароном, но в итоге, так и не закончив расставлять «сюрпризы» на третьем этаже, бросилась в подвал.
— Ты?! — По глазам Ахметова было ясно, что, не будь он связан, одним прыжком отскочил бы от девушки ярдов на пятьдесят. — Ты жива?!!
— Надеюсь, ты рад?
Анна перевернула Эльдара на живот и разрезала веревки. Ножа у нее не было, поэтому пришлось на мгновение превратить один из пальцев в длинный и острый, как бритва, коготь. Ахметов этого не заметил, иначе бы вряд ли справился с потрясением так быстро.
— Что происходит? Почему ты жива? Почему Никита пачкает карты кровью? — Эльдар поднялся на ноги, размял затекшие кисти. — Что за люди его сопровождают? Гипнотизеры? — Незаметное для посторонних путешествие на плече холодного громилы заставило рассматривать самые фантастические гипотезы. — Поэтому ты жива? Загипнотизировала меня? Заставила подумать, что я тебя убил?
Он хотел услышать ответы, но времени не было.
— Мы в дерьме, — сообщила девушка, решив использовать для описания сложившейся ситуации максимально простые понятия.
— Это я знаю, — спокойно ответил Ахметов.
— Кит хочет тебя убить.
— Тоже не новость.
— Но он не виноват.
— У него крышу снесло, — кивнул Эльдар. — Я уже видел его в таком состоянии.
— Он не виноват, — повторила Анна. — Его загнали. Его довели. Это все еще наш Кит, Эльдар, наш! Просто… он почти не понимает, что делает.
— Кто эти люди? — снова спросил Ахметов.
— Их надо убить.
— Я уже пробовал убить тебя.
— Они тоже… гипнотизеры. — Девушка улыбнулась. — Но я надеюсь справиться. Поможешь мне?
Черные глаза Эльдара встретились с черными глазами Анны. Черные, горящие бриллианты.
— Ты хочешь вытащить Никиту?
— Да.
— А почему пришла за мной? Почему помогла?
— Ты знаешь почему, — твердо ответила девушка.
Ахметов вздрогнул, отвел взгляд, сделал шаг в сторону, склонился над телом Рустама и вытащил из кобуры телохранителя пистолет.
— Ты со мной? — тихо спросила Анна.
— Никита мой друг, — жестко ответил Эльдар.
— Ему можно доверять? Твое мнение?
— Не знаю. — Клаудия закусила губу, помолчала, покачала головой: — Не знаю, отец, действительно не знаю. И сейчас я думаю совсем о другом.
Барону нечасто приходилось видеть дочь в такой растерянности.
— Что случилось?
— Появление Захара спутало все карты, все мои прогнозы. Грядущее смешалось.
— Ты не видишь будущего? — насторожился Александр.
— Вижу, — помолчав, произнесла девушка. — Но не столь явно, как раньше.
— И оно… — Бруджа не стал продолжать: вопрос был ясен и так.
— Будущее пока благоприятно, — ответила Клаудия. — Но я бы рекомендовала уехать из Москвы как можно скорее. Не следует играть с огнем.
— Я понял, — кивнул барон. — Я немедленно иду к Крылову. Постараюсь его поторопить.
Никита еле сдерживался. Посмотреть, что скрывает выпачканная в крови карта, хотелось настолько сильно, что Крылов даже укусил себя: вцепился зубами в большой палец, надеясь, что боль отрезвит. Так и вышло. Опомнился. Но не унялся. Бегом добежал до кабинета, до стола, на котором красовался расклад «Королевского Креста», дрожащей от нетерпения рукой достал карту.
Перевернул.
И тупо уставился на восьмерку пик.
На ВОСЬМЕРКУ ПИК.
На ЧЕРНУЮ карту!
— Не может быть! Нет!!
Бумажный прямоугольник выскользнул из окровавленных пальцев. В голове зашумело, ослабли ноги — Крылов опустился на стул. На мгновение показалось, что он спит, что он внутри кошмара. Никита встал. Но тут же вернулся на стул, обхватил себя за плечи и замер, слыша, как стучат зубы.
И холодным потом его накрыло ощущение близкого конца.
В первый раз им пришлось убивать в лифте. Помпезный подъемник — почти комната, площадью чуть ли не в девять квадратных ярдов, отделанная блестящей сталью с позолотой, зеркалами и миниатюрами, — готов был поднять людей Шишнанадзе на третий этаж… но только после того, как их снова досмотрят охранники. Разумеется, металлоискатель сразу же среагировал на спрятанные под плащами автоматы, и на зеркала брызнула кровь.