Чтение онлайн

Спустившись на первый этаж, я обнаружил, что сегодня Оксаны нет. Просто не ее смена. За стойкой ресепшена сидел тридцатилетний неудачник по имени Василий. Недельная щетина, запах дешевых сигарет, светло-голубые джинсы, белая рубашка и вязаная жилетка – неизменные спутники Василия. А еще – неуемная тяга к примитивным игровым приложениям для смартфонов.

Кивнув администратору, я направился к выходу.

– Господин Мори, – окликнули меня. – Сильно спешите?

Оборачиваюсь.

– Вам оставили записку, – Василий пошарил под стойкой и протянул мне клочок свернутой бумаги в клетку. – От моей сменщицы.

– Спасибо, – я забрал послание Оксаны. Тут же развернул и на пару мгновений залип, перечитывая короткую фразу. Почерк у девушки был летящий, размашистый и очень красивый.

Жду в «Эфиопе», 13.00. Оксана

– Черканете что-нибудь? – Василий помахал перед моим носом пачкой оранжевых стикеров.

– Нет, без надобности. Спасибо.

Кивнув администратору на прощание, я покинул здание.

Вот так и накрываются мечты о гордом ноябрьском одиночестве.

Я не люблю «Эфиоп». В «Барине» с дядей Федей гораздо душевнее, хотя в дизайнерский ремонт владелец явно не вкладывался. «Эфиоп» считался модным в среде местных тусовщиков, чуть ли не оплот провинциальной богемы. Что и отталкивало. Здесь постоянно зависали вычурно разодетые малолетки, аристократы с искривленными в презрительных усмешках губами и неопределенного рода занятий персонажи, претендующие на репутацию интеллектуалов. Из колонок тихо наигрывала этническая музыка, а по залу распространялись запахи кальяна.

Прелесть «Эфиопа» в том, что он находится в двух шагах от гостиницы. Я вышел в открытые ворота, пересек улицу и увидел знакомый спуск в «элитарный» подвальчик. Рядом был припаркован красный мономобиль без руля. Беспилотник, для вождения которого права не требуются. Я сразу узнал машину своей негласной секретарши. И любовницы – по совместительству.

Ступеньки были покрыты каучуковыми накладками.

Редкая в провинциальных городках предусмотрительность.

В «Эфиопе» сегодня играло что-то кубинское. Музыку приглушили, чтобы она не мешала разговорам. Пол дизайнеры сделали наливным, замуровав под прозрачный финишный слой изображения барханов, кофейные зерна и скопления кварцевого песка. Стены были выкрашены в бежевый цвет, из них кое-где проступала грубая каменная кладка. На полочках красовались медные турки, глиняные кружки с причудливым орнаментом и горшочки, запечатанные воском. На дальней стене подвальчика очумельцы подвесили велосипед. С потолка свисали лампы в матерчатых абажурах. Что касается барной стойки, то она приютилась справа. Хозяин ничего общего с африканским континентом не имел. Обычный бурят, напяливший на себя феску, шаровары и цветастую рубаху навыпуск.

Оксана помахала мне рукой.

Угловой столик.

Как и следовало ожидать, запланирована приватная беседа.

– Привет, – сказал я, снимая шапку, перчатки и пуховик. – Извини, что задержался. Мне не сразу передали записку.

Это правда.

В час дня я только подходил к ресепшену. Слишком затянулась неудачная тренировка на полигоне, сдобренная учительскими откровениями.

Столики в «Эфиопе» были низкими и широкими, а посетители сидели в бесформенных креслах-мешках. Кроме нас в кафе обнаружилась только девушка-фрилансер, увлеченно барабанившая пальцами по клавишам ноутбука. Да-да, за неимением коворкинг-центров, сюда порой заглядывают удаленщики.

Верхняя одежда отправилась на вешалку.

– Сделала заказ?

Девушка кивнула на две чашечки кофе.

Поднимающийся пар возвестил о том, что напитки еще не успели остыть.

– Отлично, – я провел браслетом над считывающей панелью, расплачиваясь за кофе-паузу. Оксана и глазом не моргнула. – Что-то срочное?

– Может, я просто соскучилась.

Я заметил, что для свидания администраторша выбрала твидовую юбку до колен и белую блузку, хорошо подчеркивающую пышную грудь. Длинные волосы распущены, челка на две стороны. Легкий шарм, немного хаоса и романтики.

Попал.

Меня явно собираются брать штурмом.

– Как твой гость? – издалека заходит моя пассия. – Еще не уехал?

– Это мой дядя, – выдаю заготовленную легенду. – Мы давно не виделись, так что…

Девушка, склонив голову набок, изучает меня томным взглядом.

Я понимаю, как дико звучит ахинея про «дядю». Мы совершенно не похожи. Азиат-полукровка и русоволосый славянин.

– Он верующий, ездит по святым местам. Пока остановился у меня. Думаю, мне еще придется повозить его по монастырям, он там целый список составил.

Оксана рассмеялась:

– Вот незадача! А я уж думала, ты совсем про меня забыл.

– Как можно.

Снять что ли квартирку на пару часиков? Лучший способ привести мысли в порядок – устроить себе незабываемый трахомарафон. И, вероятно, судьба предоставляет мне шанс.

– Мне предложили более оплачиваемую работу, – Оксана вдруг стала серьезной. – В Иркутске.

– Здорово, – губу приходится закатать обратно. – Поздравляю.

– Я уеду надолго, – вздыхает девушка. – Хочешь со мной?

В «Барине» всё забито.

Обеденное время, ёпт.

Я смотрю на часы и понимаю, что еще четверть часа мне придется терпеть шум, громкие разговоры, тесноту и бесконечное брожение тел по узким проходам между столиками. Свободное местечко обнаруживается у барной стойки, где я и пристраиваюсь. В меню заглядывать без надобности. Едва завидев мою физиономию, хозяин спешит к булькающей кофемашине, что-то химичит и возвращается с чашечкой руссиано. Здесь это фирменный напиток, его заказывают две трети завсегдатаев. Дядя Федя предпочитает скандинавскую версию напитка – сначала льет в стакан горячую воду, а уж затем добавляет эспрессо. Персонально для меня – две порции. Кофе получается мягким и насыщенным, пенка сохраняется.

– Хреновый у тебя денек, – заметил бариста, поставив передо мной чашку. – Что случилось?

Дядя Федя – крепкого телосложения мужик в серой водолазке с закатанными рукавами и черном фартуке. Ему тридцать шесть, он доволен своей работой, женат, имеет троих детей и довольно вредную тещу. Волосы бариста зачесывает назад, усы залихватски подкручивает, следуя тенденциям моды. Несложно догадаться, что анекдоты про тещу – одна из любимых тем обсуждения в кафешке.

– С девушкой расстался.