Корсар
Шрифт:
Полный грустных размышлений, я поплёлся к себе. Зашёл в комнату, сбросил пояс с ножом и калитой на лавку. На душе кошки скребли. Подошёл к сундучку, достал тряпицу с сокровищами, развернул. Холодный блеск камней и золота не радовал глаз. Я поворошил безразлично драгоценности. Среди них блеснула золотая брошь с крупным бриллиантом. Да это же подарок Марии, дочери герцога Франческо Медичи из Флоренции, которую я на ноги поставил! Славная девушка! Нашла ли ты своего Финиста Ясна Сокола?
Воспоминания о Марии мне были приятны. Я бережно взял брошь и положил за пазуху – ближе к сжавшемуся сердцу.
В комнате постоял у зеркала. Что-то оно пыльноватое, или отражение потускнело – серебро с изнанки состарилось?
Я провёл ладонью по гладкому стеклу, и кисть руки внезапно прошла сквозь стекло. Неужели…
Захватило дух! С бьющимся сердцем я шагнул вперёд и… оказался в прихожей нашей хрущёвки. Передо мной висело старинное зеркало из Неаполя, которое я приобрёл во время свадебного круиза с Наталией по Средиземноморью четыре года назад. Я видел в нём своё отражение – загорелое после Каспия лицо, только почему-то моложе на несколько лет.
Внезапно меня охватило озарение: только теперь я понял, почему все мои прежние попытки вернуться из прошлого через зеркало, разделяющее времена, были без проку. И натолкнули меня на это не сложившиеся отношения с Варей. Как всё, оказывается, просто – счастье в том, чтобы тебя ждал дома любимый человек! Только это наполняет жизнь смыслом! И шёл я к этому через свои «медные трубы, огонь и воду». Только постигнув эти уроки жизни, смог пройти сквозь зеркало. Ну прямо как в Писании: «Столь многое претерпели вы – неужели без пользы?» Теперь-то я знал, что в жизни стоит ценить!
Я смотрел на причудливые завитушки древней надписи на раме, вспоминая перевод с уйгурского, о котором мне говорил профессор Марков. «Судьба решит, кто… пройдёт». Так вот чего не смог разгадать профессор в полустёртой надписи – затёрлось слово «когда»: «Судьба решит, кто когда пройдёт»! Всему своё время.
Мне стало легко и радостно.
Из кухни неслись запахи жарящегося мяса, лука, скворчало что-то на сковородке, слышалось тихое пение. Неужели я дома, в своём времени?
– Юра, это ты вернулся?
Наташа вышла из кухни и удивлённо остановилась, осматривая мой диковинный наряд.
– Ты чего так вырядился?
Я машинально скользнул руками по рубахе. Блин, пояс-то на лавке остался! «С боевым ножом…» – вспомнил я. Жаль! Впрочем, зачем он мне здесь, в этом времени? А брошь Марии? Я полез рукой за пазуху. Вот она!
Я подошёл к Наташе и приколол золотую брошь на кофточку.
– Где ты достал такую прелесть? – В её сияющих глазах прыгали чёртики.
– Это тебе… талисман, – выдавил я из себя – пересохло в горле – и крепко обнял свою Наташку.
Дома, я дома, чёрт побери! И никуда больше не собираюсь! Я был счастлив.