Чтение онлайн

– Вот с чего, – старушка снова принялась копаться в своей бездонной сумке и вытащила на свет божий еще одну помятую бумажку.

Записка, напечатанная на принтере:

«ТВОЯ КИСКА У НАС. ЕСЛИ ХОЧЕШЬ ЕЕ УВИДЕТЬ, ГОНИ 100 000 РУБЛЕЙ».

Я хмыкнула, это уже все меняет.

Одно дело, сама кошка сбежала, а другое – когда у пенсионерки деньги выманивают и угрожают.

– У меня нет таких денег, пенсия небольшая и занять не у кого, – Лидия Степановна, закрыв лицо руками, зашаталась на стуле.

Я побежала в комнату, накапала в стакан воды валерьянку и заставила бабульку ее выпить.

Клацая зубами о стакан, она снова взмолилась:

– Танечка, по-соседски молю – помоги! На тебя одна надежда.

Мне очень не хотелось браться за это дело, но надо наказать придурков, которые издеваются над старушкой.

– Хорошо, я вам помогу. Когда пропала Виолетта? Как это произошло? Как вы получили эту записку, от кого?

Старушка немного повеселела, даже отпила свой чай. Видимо, валерьянка начала действовать.

– Виолетточка пропала третьего дня как, а записку я нашла в почтовом ящике сегодня с утра.

– Как кошка пропала? – снова спросила я.

– Я утром в понедельник вышла в магазин, вот в «Восьмерочку», – купить для Виолетточки рыбки, она лососика очень любит…

Я про себя хмыкнула. Однако… Интересные у кошки запросы, я «лососика» тоже очень люблю, но с ценами на него нечасто могу себе позволить. А тут, судя по размерам кошары, покушать она ой как любит.

– Я вернулась из магазина где-то через полчаса, а у меня дверь приоткрыта и кошки нет, – сокрушенно качая головой, промолвила соседка.

– Что-нибудь еще из дома пропало?

– Нет, все на месте. Даже деньги, тысяч десять под бельем на месте, и колечко мое золотое, обручальное в серванте – все на месте, а Виолетточку украли!

– Дверь была открыта?

– Да, приоткрыта.

– Вы ее перед уходом закрывали на ключ? – поинтересовалась я.

Лидия Степановна помедлила, принялась мяться, потом со вздохом сказала:

– Я, если честно, не помню, Танечка. Как собиралась в магазин, помню, как выходила, помню. А вот, как дверь закрывала, не помню. Я на лестнице Зинаиду Петровну встретила, она тоже в магазин шла, вот языками и зацепились с ней. Наверное, я все-таки закрыла дверь, я всегда ее закрываю на автопилоте. Но в этот раз не помню.

Она развела руками.

– Виолетта когда-нибудь раньше убегала на улицу?

– Нет, ты что, Танечка. Виолетточка – домашняя кошечка, она никогда на улице не была. Там блохи, инфекция и вообще.

– Кстати, про вообще. Извините за бестактность, но я должна спросить, для дела, конечно. Виолетта стерилизованная кошка? Как у нее в плане секса?

Лидия Степановна в мгновение ока покраснела до кончиков ушей, она замахала руками.

– Нет, нет. Ни в коем случае. Никакого секса у нас нет и никогда не было. Виолетточка – порядочная девочка.

«Так, все понятно, – про себя подумала я, – кошка не стерилизованная и вполне могла загулять. Любовь не по расписанию. Вот принесет она в подоле Лидии Степановне котят, вот интересно, что старушка потом скажет?»

– Кошка породы мейн-кун, это достаточно дорогие котики, откуда она у вас? – спросила я.

Лидия Степановна с громким вздохом отпила из своей чашки чая и ответила:

– Это мне Толя, мой внучок, подарил. Ему ее котенком кто-то пристраивал, а он мне принес. Я взяла, она еще крохой была, но уже крупной, думала, больше не вырастет. А она вон какая красавица стала.

Тень печали пробежала по лицу бабушки.

– Ты найди ее, Танюша, Христом Богом прошу.

– Я сделаю все от меня зависящее. – Я отпила снова кофе и спросила: – Следующий вопрос: кто бывает у вас в квартире, у кого есть ключи от нее?

– Ой, гости у меня редко бывают. Вот Толя иногда забегает, но редко, он студент, учится еще, да Зинаида Петровна на чай заходит. Сын мой Павлуша с женой в Канаде живут, здесь из родственников у меня только Толечка.

– Да, только Толька, – грамматически пошутила я.

Лидия Степановна мой экспромт не оценила, а снова принялась мять в руках носовой платочек.

– Танечка, обещай мне, что ее не убьют, я не выдержу просто этого. Я телевизор смотрю, я знаю, что творится у нас в городе, вон и в лифте девок убивают.

Еще один обреченный вздох.

– Я сделаю все от меня зависящее, не волнуйтесь, Лидия Степановна. Я оставлю у себя эту записку и фотографию?

Старушка обреченно кивнула.

– Дайте мне контакты вашего внука, на всякий случай.

– Толечки? А он-то каким боком к этому замешан, он студент, у него экзамены, зачеты, не хотелось бы его отвлекать.

– Я не буду его отвлекать, но на всякий случай дайте его номер телефона. У него ключи от вашей квартиры есть?

– Да, – протянула соседка. – Есть, кажется, я когда-то еще давно ему на всякий случай оставляла. А то – мало ли чего.

– Ну да, мало ли чего, – я согласилась и записала мобильный внука Анатолия. – А он где живет?

– Он в обжещитии при вузе, – ответила старушка.

– А почему не у вас? – не подумав, ляпнула я.

Старушка снова замялась, покусала губы, но все-таки ответила:

– Понимаешь, у меня места не так много, он человек молодой, всякие там друзья, девушки, а ко мне нельзя. Да и нам с Виолеттой еле хватает места.

Про себя я подумала, что я бы на месте Толика ненавидела эту кошку, которую бабушка, по-видимому, любит больше, чем родного внука.

Я поблагодарила соседку, проводила ее к выходу, села на диван и задумалась.

Вот еще одно дело нашло меня прямо в родном доме. Соседям помогать надо, тем более что я ненавижу киднеппинг – похищение любимой домашней зверушки для многих сравнимо с похищением родного ребеночка.