Чтение онлайн

Они нашли два модуля, оба – собственность терминала «Омега». В том, что поменьше, была туристка, а в большем – биологический груз. Но, что самое удивительное, капсулы находились на барже незаконно, по крайней мере, Роб не нашел в накладных и намека на что-то подобное. Как следствие, помощник предложил не трогать их, переложив проблему на плечи тех, кто будет разбирать баржу на запчасти. Но Джон не согласился.

– Сэр, у нас проблема, – сканируя вводные данные капсулы, заметил робот.

– Ты достал! Вернемся на маяк – заблокирую к чертовой матери слово «проблема», – расширяя выход из грузового отсека, возмутился Джон.

– Слово нельзя заблокировать, я могу подобрать синоним. Как вам вариант – «беда»? – повернув металлическую голову, спросил помощник. – Сэр, у нас беда. Беда в том, что система жизнеобеспечения сонных модулей связана. В случае разрыва будет запущено экстренное пробуждение человека, а, учитывая разгерметизацию отсека, вероятность гибели человека девяносто семь процентов.

– Да какого! – развел руками Джон и лично решил проверить данные. – Что значит «связана»? Ты шутишь? Какой дебил это сделал? И как я эти бандуры протисну на маяк?

– Никак, сэр, их надо оставить тут.

– Ну уж нет! – изучая электронную начинку модулей, сказал Вайт.

– И еще, сэр, у туристки есть оружие, – предостерег робот. – Второй контейнер не поддается идентификации.

– Погоди, а во втором что, не человек? – удивился Джон.

Теперь Вайт открыл инфографику второй капсулы, вчитываясь в слова, он хотел найти зацепки. Но, кроме сухих терминов, ничего. Странный груз, а еще более странным было само помещение: громадный отсек с кучей электроники. Непонятная расточительность для космобарж, потому что зачастую их заполняли буквально под потолок, используя каждый сантиметр пространства, а тут целый отсек для двух коконов, да еще с атмосферой.

– Не тратьте время, сэр. Вся личная информация закодирована, мои сканеры говорят о том, что в первом модуле девушка, предположительный возраст 20—25 лет, – пояснил Роб. – Во втором – биологический груз, неустановленной этиологии. Из хороших новостей – все системы защиты сонных модулей работают штатно. Мы можем оставить их тут до починки баржи.

– Так, ладно! – Джон включил резак и стал плавить стыки сонного модуля.

– Что вы делаете, сэр? – попытался остановить его робот. – Зачем вы деформируете сонный модуль? В этом случае девушка не сможет выбраться.

– Вот и нечего выбираться, – буркнул Джон. – Пусть лежит там, пока будем тянуть капсулу до станции, не хочу, чтобы она мне мешала.

– Это нелогично, сэр, – сказал Роб. – Разумней починить баржу, не пробуждая туристов.

– Знаю, – улыбнулся Джон. – Но мне чертовски любопытно, кто эта дамочка и что во втором контейнере, так что либо помогай, либо не мешай.

Робот затряс головой, просчитывая последствия такого действия, а Джон, не обращая внимания на помощника, уже паял края модуля, приговаривая: «Неспроста ей дали целый отсек. Важная дамочка попала в сети. Ничего, скоро узнаем, кто ты такая». Закончив пайку, космонавт покосился на импровизированный выход из трюма. «Должен пройти», – подумал он и всем весом экзоскелета надавил на крепления, под его натиском металл заскрипел, по линии надрыва проступила биоорганическая жидкость, скатываясь в шарообразные сгустки и мгновенно замерзая в куски льда. Но по-другому никак, а когда мощи экзоскелета стало не хватать, Джон рискнул подключить резак, буквально отпарывая установку от пола баржи.

В сонном модуле зашевелилась туристка.

– Черт, она просыпается, – буркнул Вайт. – Роб, помоги мне, отрывай модуль!

– Да, сэр, – ответил помощник.

– Откуда взялся лед? Что это за дрянь такая? – отгоняя рукой сгустки замерзшей жидкости, пробасил Джон. Неожиданно один из ледяных шариков от соприкосновения с резаком заискрил, и Джон резко выключил инструмент. – А ну, проверь состав льда, горит он или нет?

– Принято, – включив анализатор, ответил Роб.

– Ну что там? – отгоняя льдинки, спросил Вайт.

– Вероятность воспламенения высокая, для более детального анализа потребуется десять минут времени.

– Нет у нас десяти мнут, – убирая в сторону резак, ответил Вайт. – Рви трубки! Работаем вручную.

– Да, сэр, – сухо ответил Роб и надавил на кокон.

Не сразу, но они выдрали сонники. Внезапно туристка ударила ногой в крышку модуля. Вайт с роботом переглянулись, и на лицевой маске Роба появился белый смайлик ужаса.

– Пути назад уже нет, – резюмировал Роб.

– Испугался, железяка? – улыбнулся Джон. – Не бойся, все будет хорошо, тянешь дамочку максимально быстро! Пусть тарабанит, не обращай внимания, главное – затащить сонник в маяк.

– Приказ принят, сэр, – сухо ответил Роб, протискивая модуль сквозь дырку в барже.

– А я разберусь со вторым, – пробубнил Вайт. – Какой идиот его сделал? Трудно было один размер для всех сонников разработать, нет, им надо выпендриться, – двигая кокон к выходу, ругался он. – Ладно, надеюсь, бандура пролезет в маяк.

Самое время пояснить, что такое космомаяк. Обычные обыватели не сталкиваются с технической стороной путешествия к Марсу, безмятежно спят в сонных модулях и не задумываются, как именно корабль добирается к Марсу. Их интересует комфорт, состояние модуля и исправность оборудования. Сам факт существования космомаяков – второстепенная деталь, но в космосе нет второстепенного. Раскиданные на пути следования дрейфующие станции выполняют важнейшую функцию. Они глаза и уши капитанов космических кораблей. Сначала эту работу делали машины. Впрочем, как показало время, наличие хотя бы одного космонавта, живущего на станции, экономит огромные суммы мегакорпорациям. Банальная солнечная буря за пару минут способна превратить маяк в бесполезную груду железа, красиво парящую где-то на полпути к Марсу. А вот если там живет человек, то он способен устранить неполадку, и работа маяка не остановится. Удобно и, главное, экономично. С этической точки зрения, конечно, есть вопросы, жить в условиях невесомости не каждый согласится, но рекламщики не зря едят свой хлеб. В некоторых уголках планеты на должность смотрителя космомаяка существует даже конкурс.

Как выглядят маяки? Ничего сверхъестественного: круглая станция на атомном реакторе, с замкнутым жизненным циклом обеспечения, для одного-двух человек. Дешево и практично.

– Какого черта ты делаешь, Роб, – залетев в модуль стыковки, закричал в рацию Вайт. – Почему не открыл кокон? Ты нормальный? Она же испугается!

– Приказа не было, сэр, – сухо ответил помощник.

– Где не надо, там ты первый, без приказа, – зло буркнул Вайт и закрыл вход в маяк.

Автоматика включила подачу воздушной смеси, и Джон снял шлем. Следом поспешил достать из ящика инструментов небольшую кирку и уверенным движением стал один за другим раскалывать спаечные швы, острые осколки корпуса отлетали, зависая над коконом. Услышав стук, девушка изнутри надавила ногами на крышку, и та, крутясь, отлетела в сторону. Испуганная, она вытащила импульсный пистолет и потребовала объяснить, что вообще происходит.

– Сер мне одному показалось, или данная особа похожа на Джул?

– Показалось! – в грубой форме осек его Вайт.

– Кто такая Джул? Где мы? Я требую объяснений! – размахивая пистолетом, уже кричала незнакомка.

– Да убери ты пушку, – прикрикнул на нее Джон. – Еще ненароком выстрелишь, и все погибнем.

Конец ознакомительного фрагмента.