Чтение онлайн

Разложив на столе нужные мне предметы, я принялась разглядывать сидящих передо мной людей. Но, заметив их любопытные взгляды, тут же оставила эту затею.

Первая пара прошла тихо, не считая едва долетавших до меня перешептываний, которые, впрочем, не могли испортить мне настроение. Для каждого из них я всего лишь новенькая, а не дочь ректора. А потому я смогу завести себе настоящих друзей, а не подхалимов, превозносящих меня до небес лишь для того, чтобы иметь авторитет.

От мыслей меня отвлек стук в дверь, в которой через секунду появилась уже знакомая мне копна жутко-красных волос. Она тихо подозвала к себе Наталью Анатольевну и стала что-то быстро ей объяснять. Спокойно выслушав женщину, преподаватель кивнула, и в дверном проеме появился парень в стильных черных кроссовках, светлых полинялых джинсах и темной кофте. Из-под черного капюшона, надетого на голову, выбилась прядь каштановых волос.

– Очевидно, сегодня день новичков, – подавив смех, сказала препод. – Прошу любить и жаловать, Егор Богданов. – Затем она обратилась конкретно к парню. – Можешь идти садиться.

Его напряженное лицо разгладилось: кажется, ему тоже претила перспектива распинаться перед группой. Он, как и я ранее, поднялся на последний ряд, и кинув на меня быстрый взгляд, разместился через проход от меня. За всю пару он ни разу не отвел глаз от доски, старательно записывая лекцию. Я последовала его примеру.

Едва прозвенел звонок, преподаватель записала на доске задание и вышла, а я стала спешно собирать вещи.

Оглядываясь на меня, мои однокурсники разбивались на минигруппы и, тихо переговариваясь, покидали аудиторию.

Когда я поняла, что никто из них не собирается меня допрашивать, облегченно выдохнула, проведя рукой по лицу. Проходя мимо Егора, я заметила усмешку, которую он пытался спрятать от меня. Он, как никто, понимал, каково мне.

Я от чего-то покраснела и быстро вышла в коридор.

Пробираясь к очередной аудитории, я настороженно озиралась по сторонам, чтобы нигде не наткнуться на папу. Но, на мое счастье, дорога была свободна.

Две оставшиеся пары прошли спокойно, я бы даже сказала, скучно. Из всей группы познакомиться со мной решили лишь три человека: Соня Кудрявцева, она же староста группы и активистка; Полина Шестакова – лучшая подруга Сони, она не являлась активисткой, но была довольно хороша в фигурном катании и конном спорте; и, наконец, Антон Колесников – плейбой и похититель девичьих сердец, он попытался произвести на меня впечатление, но я не поддалась его чарам. Но, не смотря на слегка ветреный характер, его эрудиция и аналитический склад ума сделали его чемпионом по шахматам. Так что, к концу дня у нас сложилась отличная компания, которой мы и решили проводить время.

Я чувствовала себя счастливой от того, что нашла друзей, не прибегая к популярности, но все же становилось немного грустно, когда я смотрела на Егора. Он вполне комфортно чувствовал себя в одиночестве, но меня это почему-то расстраивало.

Две оставшиеся пары пролетели довольно быстро, в основном благодаря хорошей компании. К концу дня я немного обвыклась, но проходя каждый раз мимо кабинета, на двери которого висела табличка «Приемная ректора», у меня останавливалось сердце.

Когда пары остались позади, группа стала разбредаться кто куда. Я же, незаметно ото всех ускользнув, вышла из университета и направилась в сторону парковки, на которой меня должен был ждать Вадим.

Еще издали узнав машину, я припустила бегом, чтобы поскорее скрыться от холода в теплом салоне авто.

Завалившись на заднем сидении, я откинула рюкзак и, стащив с головы шарф, блаженно вздохнула.

– Как успехи? – спросил Вадим.

Я улыбнулась.

– В общем-то неплохо. Даже получилось не попасться на глаза папе.

– Это хорошо, – как-то невесело отозвался он.

Улыбка моментально спала с моего лица.

– В чем дело?

Вадим провел рукой по волосам.

– Твой папа видел, как ты шла в университет пешком. Естественно, у него возник вопрос, который он тут же задал мне по телефону. – Он вздохнул. – Дома и тебя, и меня ждут серьезные неприятности...

Я махнула рукой.

– Это вполовину не так страшно, как если бы кто-то узнал, что я его дочь. Я со всем разберусь.

До дома мы добрались в рекордно короткие сроки, а так как у папы сегодня было запланировано совещание, у меня было достаточно времени для того, что бы как следует подготовиться к разговору с ним. Он наверняка будет недоволен и назовет мои выходки детским садом, но ведь он никогда не был и не будет на моем месте, так что в этой ситуации я ему не уступлю.

Наш дом располагался за городом в малонаселенном, но довольно респектабельном районе. Позволить себе жить здесь могли только достаточно обеспеченные семьи. В сравнении с маминой квартирой, в которой я прожила почти десять лет, папин дом казался королевским замком.

Вадим загнал машину в гараж, и я, выбравшись из машины, вошла в дом через специальную дверь, соединяющую гараж с кухней. После невероятно суетного и шумного учебного дня тишина, царящая в доме, действовала на меня как обезболивающее на ноющие мышцы.

Устало скинув в пороге обувь и избавившись от пальто, которое вдруг стало весить целую тонну, я поплелась на второй этаж, наслаждаясь прохладой широкой мраморной лестницы. Сумка, висящая на плече, неприятно давила на мышцы, из-за чего хотелось сбросить ее прямо тут, но воспитание не позволяло мне разбрасывать вещи там, где мне заблагорассудится.

#3

Поднявшись, наконец, на второй этаж, который представлял собой небольшую площадку с двумя ответвлениями, каждое из которых заканчивалось большим окном во всю стену, я завернула в первый коридор и прошла в самый конец до белоснежной двери слева. Комната, которая с прошлого месяца официально стала моей, была слишком велика для меня одной, а огромное зеркало в серебряной раме от пола до потолка только усугубляло ситуацию. Основное пространство заполняла широкая двуспальная кровать из красного дерева с бардовым бархатным балдахином и полупрозрачной москитной сеткой. Возле стены напротив входа рядом с зеркалом располагался высокий темно-шоколадный шкаф для одежды, к счастью, с обычными, не зеркальными дверцами. Светлый деревянный пол покрывал большой темно-вишневый круглый ковер с длинным ворсом; я любила валяться на нем, накидав сверху декоративных подушек с кровати, уткнувшись в какую-нибудь интересную книгу. К слову сказать, они и сейчас беспорядочно валялись на нем.

На стене напротив кровати располагалось большое окно и стеклянная дверь, ведущая на просторный балкон. Я сама просила папу не застеклять его, когда он делал здесь ремонт, – мне нравилось дышать свежим воздухом.

В левом углу возле окна стоял туалетный столик с зеркалом и кучей полочек и ящичков для всякой мелочевки вроде косметики или украшений. Так как я не увлекалась особо ни тем, ни другим, мои ящички были забиты письменными принадлежностями, цветными карандашами и красками, а на полочках в небольших горшочках росли миниатюрные растения, чьи нежно-зеленые листочки были усыпаны мелкими цветочками разных цветов и оттенков. Исключением были разве что несколько флаконов духов с любимыми запахами.