Чтение онлайн

Гуднайт прибавил увеличения биноклю, и она превратилась в Мичел Рисс. Он еле сдержал возглас: «Проклятье! Почему именно мне суждено играть в эти дьявольские игры в эти дьявольские времена!»

Доу вышла из шлюза «Бупи-бупи-дупи» с таинственным выражением на лице и чемоданчиком в руке.

Корабль находился на одном из главных космодромов Глейса, и рядом были еще три патрульных корабля.

Печальная Жасмин Кинг сидела за компьютером, пальцы бегали по клавиатуре.

— Готовишь платежную ведомость? — спросила Доу.

Кинг, которая высчитывала вероятность того, что Мичел Рисс и Динсмор застрелены, натужно улыбнулась.

— Угадала, — сказала она. — Что тебя принесло на Глейс?

— Да знаешь, яркие огни, большой город… И хочу кое-что выбить для наших шахтеров у этих идиотов, которые называют себя правительством. Ну, и Мичел повидать. Как она?

— Ее здесь нет, — сказала Кинг. — Занята делом. Могу я тебе чем-нибудь помочь?

Доу внимательно осмотрелась внутри корабля, словно предполагая увидеть прикрепленное где-нибудь к переборке большое подслушивающее ухо.

— Есть одна мыслишка.

— Что ж, садись. Сейчас я тебе налью рюмашку, и ты мне все расскажешь, — предложила Кинг, подходя к буфету и доставая два стакана и пузырек с кокаином.

Доу села, осторожно поставила у ног чемоданчик и выпила полстакана. Вид у нее был удивленный:

— Черт возьми, это же настоящее веганское бренди!

— Когда к нам приходят хорошие люди, мы наливаем только самые лучшие напитки, — сказала Кинг.

— Хорошая традиция, надо перенять, — Доу достала из чемоданчика бумагу с напечатанным текстом и два камня неправильной формы. — Это с участка Дмитрия Херндона. Еще до вашего прибытия нашли.

Кинг нахмурилась, потом просветлела:

— Шахтер, которого убили… шесть или семь месяцев тому назад… почти наверняка эти бандиты.

— Проклятье! Ты все про все знаешь, как говорила Рисс. — Доу положила на стол один из камней. — Это алмаз, немного очищенный после того, как его нашли. Херндон обнаружил камешки, судя по записям в его журнале, который налетчики потеряли. И он думал, что напал на кимберлитовую трубку. Это…

— В природе образование алмазов происходит на большой глубине, под воздействием огромных температур и давлений, — сказала Кинг. — А на взорвавшихся планетах их можно найти где угодно.

— Ты не преувеличиваешь?

— Немного, — усмехнулась Кинг.

— Держу пари, ты на этом собаку съела, — пробурчала Доу. — И в любом случае я хочу узнать, чего добиваются эти уроды. Предположим, Херндон и другие шахтеры нашли выходы алмазов. А подонки их выследили. Разве этого не достаточно, чтобы спровоцировать этих свиней? Не обязательно убивать, лишь бы заставить как-то раскрыться.

Кинг поразмыслила, но потом отрицательно покачала головой:

— Я так не думаю. Даже если у шахтеров очень много алмазов, спровоцировать преступников не удастся. Потом, цены на алмазы такие же высокие, как на золото. Об этом заботятся торговцы, пропуская на рынок лишь редкие и крошечные партии бриллиантов. А сейчас никто, тем более криминальные элементы, больших партий бриллиантов к продаже не предлагает.

— Проклятье. Я думала, что найдется решение попроще.

— А мы все что, не думали? — хмыкнула Кинг. — Я тут прикинула: даже если бы пираты завладели всеми полезными ископаемыми пояса астероидов, прибыль была бы весьма скромная. Если бы здесь существовала еще какая-то компания кроме «Транскотина», они могли бы работать на нее. Но такой компании поблизости не наблюдается.

— Черт бы их всех побрал, — рассудила Доу. — Если я не могу быть гением, то, по крайней мере, могу быть счастливой в этом большом городе. Пойду напьюсь. Присоединишься ко мне?

Кинг посмотрела на стенные часы:

— Конечно. Подожди минут десять, а я разбужу Грока — скоро его вахта.

Тролль коснулся рукой Мичел, что-то прочирикали показал на юг.

«В этом направлении идет патруль с базы», — объяснил ей знаками другой тролль.

Мичел сознательно встала так, чтобы ее было хорошо видно, надеясь привлечь внимание патруля, и, очевидно, это сработало.

Она провела так четыре томительные минуты, а потом бросилась бежать со всех ног, ожидая свиста приближающихся снарядов, ракет или, того хуже, глухие шлепки мин.

Но ничего этого не произошло, и она решила, что можно передохнуть.

Ее шесть спутников находили игры больших людей презабавными, особенно когда в этих странных играх получили возможность убить несколько врагов.

Может, и эта игра приведет к такому же результату.

— Как много? — спросила Рисс, потом вздохнула, присела на корточки и подняла несколько веточек. Она указала на юг, и тролль кивнул, по крайней мере склонил голову таким образом, что Рисс без достаточных на то оснований истолковала знак как «да». Она положила одну веточку, и тролль кивнул, потом положила другую, он снова кивнул… Положила уже девять — и он каждый раз с энтузиазмом кивал.

Она положила еще одну веточку, но на этот раз никакой реакции не было.

Значит, в патруле девять человек.

А может, и не девять.

Она знала, что считать больше чем до восьми — бесполезно. У троллей была арифметика. На восьмеричной основе. По количеству пальцев на каждой руке.

А все, что больше восьми, — это «много».

Тролль, который сидел в засаде в пещере, называл это же число.

Она попыталась жестами изобразить рацию, которую носят в ранце за спиной, и получила в ответ кивки, означающие «да».

Это тоже можно было расценивать как «может быть».