Чтение онлайн

— Господа офицеры… Не буду скрывать, эта миссия — плохая. Уже завтра наши соратники вступят в бой с бездушными машинами, освобождая от тирании Системы еще один мир — Лахарано Мафана. А мы прямо сейчас вынуждены будем играть роль одновременно полицейских, судей и палачей… — он прищурился, оглядывая своих подчиненных. — Мы будем иметь дело с землянами. И потому я призываю вас к милосердию… К милосердию в отношении гражданских людей, обычных рефаим, которые оказались заложниками мятежников. Освободить их, обеспечить безопасность и медицинскую помощь — вот главная наша задача. Мы знаем, что представляет собой Легион Восходящего Солнца…

Легионеры негромко загудели. Они действительно что-то знали, до чего не докопался я.

— … и не питаем иллюзий о продуктивных переговорах и добровольной капитуляции Даякской ауксилии. Но есть процедура — и мы будем ей следовать, и попробуем договориться. А потом зайдем внутрь и положим их всех! — в его голосе прозвенела сталь. После этого командир центурии указал на миниатюрную девушку в кастомизированной броне, с широкой белой надписью «ПРЕССА» на спине и груди. — С нами под купол отправится сотрудник пресс-службы — госпожа Смирнова, прошу любить и жаловать… Она здесь, чтобы зафиксировать грядущие скорбные события и рассказать всем Иностранным Легионам о произошедшем на Зазавави. То, что мы там увидим и какие действия предпримем — все это послужит уроком каждому легионеру… И тем, кто замыслит мятеж, и другим — кто будет на стороне порядка. Пятая центурия! Вы знаете, почему такую плохую миссию поручили нам. Воинская дисциплина, офицерская честь и долг легионера — для каждого из вас эти понятия священны. Что бы мы ни увидели там, под куполом — уверен, вы будете действовать дисциплинированно, честно, помня о долге. Господа офицеры! Приготовиться к высадке!

Как только он договорил — завыла сирена, замигало красным аварийное освещение. Всё пришло в движение: БДК «Дрозд» шел на посадку. Легионеры рассаживались вдоль стен на специально отведенные места, фиксировали себя ремнями безопасности. ОБЧРы прижимались к палубе, принимая более устойчивые позиции и закрепляясь магнитными зацепами. Наша техника и так была зафиксирована упорами.

Мне оставалось только навести объектив фотоаппарата на коллегу — и пару раз щелкнуть. Уж больно фактурно смотрелось, как она надевала шлем с глухим забралом. Ничего девчонка, симпатичная, рыженькая. Задиристая такая внешность. Про таких говорят — «пацанка», и короткая стрижка тут вовсе ни при чем. Не мой типаж, но объективно — приятная женщина. Выглядит на двадцать пять, но интересно — сколько ей лет на самом деле? Семьдесят? Девяносто? Или — не интересно?

— Ора, что ты там застрял? Давай, к кормовому пулемету, на боевой пост! — дернул меня за ногу Багателия.

Я спрыгнул вниз и продемонстрировал ему фотографию на экранчике фотоаппарата:

— А? Классно получилась?

— Ай, хорошая… — мы понимающе переглянулись, и спустя секунду все люки были уже задраены, а я стремительно перемещался в десантно-грузовой отсек, не вписываясь в дверные проемы и стукаясь шлемом и щитками то о косяки, то о… О «место для удара головой», если изъясняться на языке маршрутчиков. Вот вам и обучении в симуляции: там-то я в дверные проемы всегда идеально вписывался!

«Дрозд» слегка подрагивал, приближаясь к поверхности Зазавави. Корабли крупного размера на планеты (или спутники) сажали очень редко. В основном — как раз в случаях, похожих на наш: атмосфера имелась, но сильно разряженная. Гравитация — 0,7 от земной. Мне очень хотелось бы видеть, как БДК опускается на мерзлый грунт в виду огромного стеклянного купола, но увы, увы! Оставалось ждать высадки — там уже налюбуюсь.

Нас тряхнуло, потом — еще раз, и корабль замер. С лязгом отсоединились упоры от колес «Мастодонта», сервоприводы загудели, приводя в движение башенку со скорострельной пушкой. Я приложился к кормовому пулемету, поводил туда-сюда стволом: камеры кругового обзора, интегрированные с системой прицеливания, позволяли лупить из всех видов оружия, не высовываясь наружу. Как в компьютерной игре: смотришь в экранчик, наводишь крестик на цель и давишь на гашетку.

А если электроника вырубится, или ее зловредный системный вирус сожрет — командир дергает за рубильник, и все вооружение переводится на ручной режим. Вручную же отодвигаются щитки с бойниц, экранчик идет к черту и гасишь врага по-дедовски: через мушку и целик. Главное не забыть отсек изолировать, чтобы остальной медэвак не охренел от такой самодеятельности.

— Аппарель открыта! — раздался в интеркоме голос Палыча.

— Принимаем взвод на броню и движемся следом за ОБЧРами, — скомандовал Багателия.

Взвод, или, если официально — контуберния, состоял человек из тридцати. Три медэвака — это почти сотня легионеров, добавить сюда шагающих роботов — получается серьезная сила. Использовать «Мастодонты» в качестве БМП? Почему бы и нет, в конце концов?

Мы услышали стук и грохот снаружи — легионеры залезали на крышу.

Шлюзы тем временем открылись, аппарели опустились, коснувшись ледяного крошева, покрывавшего долину. Десантный трюм был расположен на БДК как раз таким образом, чтобы обеспечить высадку сразу с борта корабля. Первой на грунт сошла пара ОБЧР, за ними двинулись мы: восьмой, девятый и десятый экипажи.

Моя голова мотнулась из стороны в сторону, когда с ребристого металла аппарели «Мастодонт» скатился на поверхность спутника, и мы покатили вперед. Если не придираться к терминам — я реально оказался НА ДРУГОЙ ПЛАНЕТЕ! Одуреть.

— Маленький шаг для человека, — сказал я. — И пофиг на него всему человечеству.

— Ора, Армстронг, давай, за обстановкой следи, — добродушно прокомментировал мой пафосный спич командир.

— Слежу, слежу. Вижу Девятый экипаж и золотой крест на груди капеллана. Вижу пешие отряды, которые выдвигаются на фланги…

— Фено Ланезу — так называется поселение под куполом, — пояснил Бляхер в интерком. — Переводится как «Снежный» или «Полный Снега». Три тысячи населения и несколько промышленных и сельскохозяйственных объектов вокруг. Думаю, полковник намеревается взять его в осаду — на всякий случай. Пехота займет окрестности.

Словно в ответ на его слова, над нами в воздухе промчались десантные боты — похоже, повезли легионеров на противоположную сторону купола. По всему выходило: именно мы должны были двинуться в лоб, к главным воротам. Остальные подразделения Пятой центурии покидали «Дрозд» следом за нами на универсальных транспортных платформах с антигравами, и, как я понял, выдвигались они к тем самым точкам, о которых говорил Барух: метеорологическим постам, шахтам, фермам.

— Красиво, — сказал Палыч. — Умеют строить, ушастые.

Я сумел понять, что он имеет в виду, только спустя пару минут, когда наш небольшой караван пошел по дуге, огибая нагромождения скальных обломков, которые преграждали путь. «Мастодонт» повернулся к Фено Ланезу бортом, я развернул пулемет под максимально возможным углом, и на моем стрелковом экране открылся вид на поселение под куполом: титаническое сооружение около двухсот метров в высоту и километра в диаметре, прозрачный купол, защищающий поселение от воздействия холодной, агрессивной среды и космических излучений.