Шрифт:
Костёр.
Ночь накрыла мир своим звёздным одеялом.
Мир с его житейскими проблемами будто выключили. Где-то в темноте журчал по камням ручей. Здесь же была его власть, власть костра, потрескивали сучья, взвивались вверх потревоженные кем-то искры. Кто-то настраивал гитару, а по кругу уже шла чья-то фляжка. Десяток не знакомых парней просто сидели у огня. Здесь не в ходу были звания и имена, да и разговоров почти не было. Наконец-то гитара была настроена и кто-то затянул:
Мы проснулись на войне.
Нам назначили врагов.
Наказанье по вине.
Наполнение сапогов.
Непонятная война.
Смерть без видимых причин.
Чья сегодня сторона.
Похоронит всех мужчин.
Многие из тех, кто сидел у костра были в форме.
Разной форме, разных армий. Почти ни кто не знал, за что воевал тот, кто рядом. Многие не знали, за что воюют они сами. Это было странное место, это было странное время. Ночь посреди войны. Или посреди всех войн. Просто здесь можно было отдохнуть. Перестать убивать. Спеть под гитару выпить и побыть человеком.
А с рассветом они уйдут в разные стороны, и каждый вернётся на свою войну. Туда где злобный враг и почётный долг. И может так случиться, что кто-то увидит с той стороны знакомые глаза. Но это будет потом, а сейчас костёр, гитара, и спирт, нет ни какой войны потому, что ночь потому, что даже на войне случаются чудеса. Грустные чудеса войны.