Чтение онлайн

– Броуди на аппарате, – прогрохотал главный полицейский города. – Слышал новости? Они убрали одного из свидетелей.

– Не может быть! Кого?

– Я заеду к тебе по дороге домой, если ты ещё не спишь. И не прочь буду пропустить стаканчик!

Через несколько минут Коко навострил уши и побежал к кухонному окну, чтобы узнать, кто пожаловал в гости. Спустя секунду в лесу появились скользящие между деревьев лучи фар. Квиллер включил лампочку над входной дверью и вышел навстречу другу.

– Они прикончили Франклина Пикетта, – на ходу выложил Броуди, – Бедняга умер, зажав в руке букет цветов.

Квиллер налил рюмку виски и стакан воды «Скуунк», после чего друзья уселись у бара неподалеку от столика, на котором стояла тарелка с сырами.

– Касса была взломана и ограблена, – продолжал Броуди. – Но ограбление – отвлекающий маневр. Главная цель преступников – заткнуть свидетеля. Обрати внимание, когда они это сделали! Никто ничего не видел и не слышал. Гремел салют, и все глазели на небо. В это время на Мейн-стрит можно было стрелять из пушки. Все были у конюшен или у большой стоянки. К нам снова понаехало сыщиков из ФБР, это уже второй раз за неделю.

– Кто обнаружил труп?

– Дежурил Дэнни. Он обходил район Мейн-стрит и увидел, что в лавке Пикетта горит свет. В это время все магазины уже закрыты и никакого освещения в них, за исключением контрольных лампочек, быть не должно. Дэнни подошёл к лавке – дверь оказалась не заперта, на крик никто не отозвался. Затем он увидел открытую кассу, а в подсобке рядом с холодильником для цветов – лежащего лицом вниз самого Пикетта. Дверца холодильника была нараспашку.

– Как ты думаешь, если это был тот же преступник, который купил цветы перед взрывом в гостинице, то Пикетт узнал бы его? – спросил Квиллер.

– Он мог изменить внешность или подослать своего сообщника из местных, того, что помог ему скрыться из гостиницы. Не забывай о времени. Только здешние могли знать о салюте. Этот человек мог смешаться с толпой, а ближе к девяти зайти в магазин Пикетта и долго что-нибудь выбирать. Мог даже купить какую-нибудь открытку за пятнадцать центов. И выбирал её бог знает сколько, а Пикетт был из тех, кто готов ждать хоть до полуночи, лишь бы продать что-нибудь, пусть даже грошовую открытку.

– Что за цветы сжимал бедняга в руке? – мрачно полюбопытствовал Квиллер.

– Какой-то тёмно-красный букет.

– Угощайся сыром, Энди.

– Это та же вкуснятина, которой ты угощал меня в прошлый раз? Я забыл, как она называется.

– Это швейцарский сыр. Называется «грюйер».

«Йау!» – незамедлительно последовал громкий комментарий из-под стола. Коко по собственному опыту знал, где лучше всего дожидаться сырных крошек.

– Если они охотятся на свидетелей, – осенило Квиллера, – то надо что-то делать с Ленни Инчпотом. В воскресенье – веломарафон. Все три призера будут участвовать в нём. В газете напечатали их фотографии и стартовые номера. И указали маршрут гонок.

– Мы ищем его. Сегодня вечером его видели на танцах. Но домой он не вернулся. Его мать уехала к сестре в Дулут [11] , и я готов спорить, что Ленни куролесит где-нибудь со своими дружками-велосипедистами. Мы можем задержать парня на старте и отправить в Дулут. Только вряд ли ему это понравится – я слышал, у него много спонсоров.

– ФБР удалось хоть что-нибудь узнать о человеке, взорвавшем гостиницу?

– Нет. Им по-прежнему не известно ни его имя, ни номер его водительского удостоверения, у них нет даже отпечатков его пальцев. Можно сказать, они работают в крайне тяжелых условиях. Но… если подождать, то наверняка всплывут какие-нибудь улики. Сегодняшнее убийство тому подтверждение.

Броуди залпом выпил ещё одну рюмку и заявил, что ему пора домой.

– Почему бы твоему симпатичному коту не подбросить нам ключик к разгадке преступления? – добавил он полушутя-полувосхищённо.

– Он знает, что к чему, Энди, – серьёзно ответил Квиллер.

У Квиллера не выходили из головы неистовство кота во время салюта… распотрошенные им хризантемы… зловещий вопль, который кот издал ни с того ни с сего. Неужели он каким-то таинственным образом предчувствовал выстрел на Мейн-стрит?

Теперь опасность нависла над Ленни Инчпотом. Он был младшим сыном Луизы. Она не вынесет, если с ним что-нибудь стрясется.

Квиллер решил проверить, не потерял ли он свои зелёные спонсорские карточки, и нашёл только две из них. А на телефонном столике под латунным пресс-папье он оставлял три: одну – для Гарри, вторую – для Уилфреда и, наконец, третью – для Ленни. Не хватало карточки Ленни. Отправившись на поиски, он обнаружил зажеванную карточку на полу в коридоре. Сиамцев как ветром сдуло.

В субботу проходил конкурс выпечки. Утром, накладывая своим подопечным еду, Квиллер произнёс:

– Везёт же вам, ребята. Никто вас не просит быть судьями на конкурсе, ходить на аукционы или писать по тысяче слов дважды в неделю, когда писать-то по сути, не о чём!

В половине второго он приехал в выставочный зал на ярмарочной площади, где проходил конкурс. У входа он представился судьей, и его направили в самую дальнюю комнату павильона; объяснения служащего тонули в шквале громыхающей музыки и возгласах публики. Местные кулинары выставили на всеобщее обозрение домашнюю выпечку, варенья и всевозможные овощные консервы. Некоторые из экспонатов уже были премированы, о чём говорили прикреплённые к ним голубые ленточки. Посетители ярмарки молчаливо прогуливались между рядами, оглушённые невероятно громкой музыкой.

Помещение для судей представляло собой мрачноватую, убого обставленную комнатку, которую оживляло разве что радушие и шутливая болтовня Милдред Райкер. Увидев Квиллера, она заключила его в крепкие объятия и прикрепила ему на грудь судейский значок.

– Квилл, ты молодец, что посвящаешь столько своего драгоценного времени Вкуснотеке! – попыталась перекричать музыку Милдред.

– Пустяки, – выкрикнул он в ответ. – Я не дурак перекусить. Но не могли бы мы убавить громкость, или вывинтить розетку, или задушить диск-жокея?