Чтение онлайн

– Когда я ещё пешком под стол ходил, я болел за «Чикаго кабз», но в те дни мне не часто приходилось бывать на чемпионатах Большой лиги. А ты всё ещё увлекаешься спортом?

– Нет, – грустно произнесла она. – После папиной смерти это прекратилось. Его убил бейсбол. В семьдесят пятом году борьба между Цинциннати и Бостоном была особенно напряжённой. Они сыграли семь матчей. Из-за дождя игры переносились. Счёт всё время колебался. Шла беспощадная борьба! Превратностям судьбы не было конца! Папа этого выдержать не смог. У него случился инфаркт.

Она вздохнула, а Квиллер пробормотал соболезнования.

Когда парочка бейсбольных болельщиков зашла в «Старую мельницу», их провели к лучшему столику, на котором стояла ваза с букетом свежих цветов. Посетители ресторана встретили вошедших аплодисментами: весь Пикакс знал о свидании за полторы тысячи долларов. Сара залилась румянцем, а Квиллер кивнул улыбающимся посетителям за соседними столиками.

Официант принёс бокал сухого вермута и воду «Скуунк».

– В твоих заметках о Юм-Юм и Коко, Квилл, чувствуется, как хорошо ты понимаешь своих животных. Ты всегда любил кошек? – спросила Сара.

– Нет. Когда я их усыновил, то имел весьма смутные представления о кошачьей субкультуре, но они научили меня всему необходимому. Теперь я и дня без них не могу прожить. Меня поражает их внутренняя, мистическая энергия. С присутствием в доме кота всё меняется.

С появлением Дерека Каттлбринка, который принёс меню, тоже всё изменилось.

– Куриная грудка в соусе карри, с гарниром из тушёных овощей… Жареная баранина в перечном соусе… фетучини из шпината с креветками, шафраном, тушёными помидорами и базиликом, – декламировал Дерек список основных блюд.

– После нашего путешествия в Индию, – сказала Сара, – я очень полюбила карри, так что мой выбор предопределён.

– А вы наверняка захотите бифштекс унции в шестнадцать, да чтобы ещё и с собой унести можно было, не так ли? – пошутил Дерек.

– А индейки у вас, случаем, не найдётся?

– Заходите к нам в День благодарения, тогда и полакомитесь. А из первого у нас сегодня суп из бычьих хвостов. – Дерек был явно в ударе.

– Я его уже ел на ланч в бульонной. Кто у кого украл рецепт?

– Хотите узнать секрет? – доверительно шепнул Дерек. – Наш шеф-повар выписал его из книги «Счастливая стряпня».

Когда официант удалился, Сара произнесла:

– А он за словом в карман не полезет. Но это даже мило.

Квиллер согласился:

– Ему это сходит с рук из-за роста в шесть футов восемь дюймов. Будь он пять футов шесть дюймов его бы немедленно уволили за слишком длинный язык… Итак, на чём мы остановились? Ах да, на котах. Я полагаю, ты тоже небезразлична к животным?

– Я их очень люблю. По субботам я помогаю в приюте для бездомных животных.

– И чем ты там занимаешься?

– Мою собак.

– Надеюсь, маленьких, – сказал Квиллер.

– Всяких. Все поступающие в приют собаки обязательно должны принять ванну. И меня ещё ни одна из них не обидела. Кажется, они понимают, что мы делаем для них что-то очень хорошее. В прошлую субботу я купала датского дога. Он сам запрыгнул в ванну, я засунула ему в уши ватные шарики, закапала в глаза успокаивающий бальзам, затем облила водой из шланга, намылила шампунем, после чего мы немного поговорили, а потом я смыла с него пену и вытерла. Пёс был в восторге!

– Наверняка в вашем доме были собаки.

– Да, у нас всегда жил какой-нибудь пёс. А теперь со мной остался один лишь сэр Седрик. Он всегда встречает меня после работы, и мы с ним подолгу беседуем, – правда, разговоры наши почему-то всегда напоминают монолог… Об этом больше никто не знает, Квилл.

– Я очень хорошо тебя понимаю, – искренне сказал Квиллер.

Когда подали горячее, он сделал глубокий вдох и спросил Сару:

– Если мне не изменяет память, то не так давно ты демонстрировала в библиотеке свою коллекцию пуговиц?

– Ты и это помнишь? Вот здорово! – воскликнула она.

– Почему, где и когда ты стала их коллекционировать?

– У папы была довольно большая коллекция военных пуговиц, и когда мы отправлялись в крупные города на чемпионаты, то он обязательно заходил антикварные лавки в поисках пуговиц времен Гражданской войны, а я тем временем высматривала хорошенькие стеклянные пуговички. Теперь у меня их больше тысячи, все разные. Среди них есть и миниатюрная роспись по фарфору – эти произведения искусства без труда умещаются на ладони. Особенно много у меня пуговиц с изображением животных – на слоновой кости серебре, латуни, меди, есть даже веджвуд. В моей коллекции есть камея с изображением собачьей головы, эту камею сделали индейцы из Кассис-Туберк. Возможно, ты видел её на выставке.

– Да, – невнятно пробормотал Квиллер.

Затем она сказала:

– Надеюсь, с моей стороны это будет не очень бесцеремонно, Квилл, но я бы хотела подарить тебе кое-что на память о нашей встрече.

Она пошарила в своей сумочке и извлекла из неё резную деревянную пуговицу с изображением кошачьей мордочки.

– Спасибо большое. Это очень мило с твоей стороны, – поблагодарил Квиллер.

– Возможно, ты также захочешь посетить собрание клуба коллекционеров пуговиц из трёх округов. В нём немало мужчин.

– Что ж… буду иметь это в виду… Перейдём к десерту?

На десерт подали крем-брюле для неё и яблочный пирог с сыром для него. Расправившись с десертом, Сара провозгласила, что это был самый приятный ужин за всю её жизнь. По дороге в деревню они обсуждали профессиональные вопросы: быстро возрастающий тираж газеты, знаменательную победу Уилфреда на велогонке, новую гастрономическую страничку Милдред.

– Ты заметил, как много ссылок на Айрис Кобб в Гастрономическом форуме? – спросила Сара. – Её всем не хватает.