Чтение онлайн

Тем временем три "Леопарда" выскочили из-под прикрытия своей дымовой защиты и двинулись в сторону, намереваясь обойти с фланга удерживаемую ротой лесополосу. Один за другим они останавливались, наткнувшись на установленные группой "Ад" минные поля. Мощные фугасы разрывали гусеницы танков и проламывали тонкую броню днища.

Ренолдз натянуто улыбался, обнажая зубы. Учитывая узость участка обороны группы, ему не составило труда предвидеть, в каком направлении попытаются уклониться немецкие танки, оказавшиеся под огнем его противотанковых средств.

Некоторые из уцелевших танков открыли стрельбу из своих 120-миллиметровых орудий и крупнокалиберных пулеметов, ведя огонь по роще, оказавшейся на их пути, однако они имели лишь общее представление о том, где находятся позиции противника, и поэтому их огонь был неточным. Несмотря на это, вой снарядов над головой производил сильное впечатление, и капитан, глядя на изрыгающие смерть хоботы немецких танков, снова испытал страх, правда, несколько иного рода.

Все уцелевшие "Леопарды" прибегли к дымовой завесе и теперь маневрировали во всех направлениях, стараясь избегнуть участи своих товарищей. Ренолдз был поражен тем, насколько проворна могла быть пятидесятипятитонная стальная махина, мечущаяся по полю чуть ли не с маршевой скоростью. Одновременно он обратил внимание на то, что танки больше не приближались. Теперь они старались укрыться за неровностями рельефа, за буграми и в лощинах, а так же в других подходящих для этого местах. "Отлично, – подумал капитан. – Ай да мы!"

– Хьюитт докладывает, что из-за дыма он ничего не видит, – сообщил Адамз.

Ренолдз ожидал этого сообщения. Подтвердив получение, он велел Адамзу передать артиллеристам, чтобы они были готовы повторить свой огневой удар. Затем он вытянул шею, чтобы лучше видеть перепаханное, усеянное обломками боевой техники поле битвы.

Группа "Ад" серьезно пощипала германскую танковую роту, нанеся ей такие значительные потери, каких он никак не ожидал. Очевидно, командиры противника не ожидали встретить никакого сопротивления, за что и поплатились. Тем не менее рота была предвестницей танкового батальона, который, в свою очередь, шел впереди целой бронетанковой или мотопехотной бригады. Одному богу известно, что обрушится на них в следующий момент. Ренолдз не мог остановить их всех и не собирался превращать рощу в Форт-Апач. Он и без того заставил противника решать непростую тактическую задачу, которую, в конечном итоге, все-таки можно было решить, однако на это требовалось время, драгоценное для обеих сторон.

В учебниках говорилось, что окопавшегося противника не следует атаковать танками. Для того, чтобы выкурить противника из-под деревьев, боевой устав рекомендовал сковать активность и подавить его артиллерийским огнем, а затем пустить в ход пехоту, чтобы она выбила противника из его укреплений.

Капитан впился взглядом в занятый немцами лес, находившийся от него на расстоянии примерно двух километров. Среди клубов дымовой завесы, разорванной ветром, он увидел разворачивающиеся в цепь, похожие на коробки бронетранспортеры противника, выползающие из-под деревьев. На сей раз их действительно были десятки, а за ними уже показались "Леопарды". На этом расстоянии они казались всего лишь точками, но капитан быстро подсчитал, что первый километр "Мардеры" преодолеют меньше чем за три минуты. Затем они высадят пехоту, которой предстоит преодолеть оставшуюся тысячу метров пешком. Грубо говоря, у него оставалось около десяти минут, прежде чем пехота противника подойдет настолько близко, чтобы вступить в бой.

Пора было уносить ноги.

– Передай командирам взводов приготовить раненых к эвакуации. Начинать собирать имущество. 1-й и 3-й взводы выдвигаются через пять минут.

И в этот момент немецкая артиллерия снова открыла стрельбу. На рощу посыпались бризантные снаряды. Ренолдз услышал грохот, словно на полной скорости мимо мчался товарный поезд, и бросился на дно своего окопа почти одновременно с падением первых снарядов.

БАММ! БАММ! БАММ! Земля затряслась, закачалась и задрожала. Сраженные прямыми попаданиями упали, могучие деревья.

Ренолдз беспомощно скорчился в своем неглубоком укрытии, вдыхая адскую смесь, в которой дыма и песка было гораздо больше, чем кислорода. На этот раз огонь был гораздо точнее, чем в первый раз – выдвинутые вперед наблюдатели противника отчетливо видели, куда падают снаряды, и имели возможность откорректировать неточный огонь, сосредоточив всю мощь гаубичных батарей на небольшом участке, и методично вспахивать его из конца в конец. Капитан Ренолдз и его люди оказались чем-то большим, чем просто досадной помехой на пути германской армии, и поэтому заслуживали того, чтобы уделить им особое внимание. На этот раз немцы использовали гораздо больше орудий, может быть, даже целый дивизион своих гаубиц.

Близкий разрыв приподнял его над землей и бросил обратно, тут же следующий снаряд, разорвавшийся неподалеку, отшвырнул его в сторону тугой ударной волной прежде, чем он успел за что-либо схватиться. Ренолдз услышал крики и осознал, что осколки снарядов ранят и убивают его людей. В Майкле вспыхнула ненависть, и он неожиданно почувствовал радость от того, что им удалось подбить столько танков и уничтожить столько танковых экипажей.

Однако пора было уходить. Огневой налет стал чуть заметно ослабевать. Теперь большинство снарядов рвалось в поле, примерно метрах в ста от их линии обороны. Гаубицы вели огонь дымовыми снарядами, прикрывая свою пехоту. Когда дымовой экран будет установлен, "Мардеры" смогут приблизиться на расстояние прямого выстрела, прежде чем начнут высаживать пехоту. Но капитан знал, как решить эту задачу тактически грамотно: нужно было немедленно отходить.

Как и планировалось, 1-й и 3-й взводы его роты уже начали отход. Ренолдз взял из рук Адамза телефонную трубку и с удовлетворением отметил, что линия еще существует. Торопливой скороговоркой он приказал отходить всем, кроме арьергарда.

Ему также необходимо было поговорить со своим командованием.

– Германский мотопехотный батальон наступает под прикрытием дымовой завесы. Они примерно в километре от нас, – доложил он.

– Отличная работа, Майкл, – Коулби помолчал и подтвердил правильность решения, которое Ренолдз уже принял: – Отводи своих парней назад.

Капитан дал отбой и огляделся по сторонам, проверяя, насколько быстро и слаженно отступает его группа. Все больше и больше солдат, пригибаясь, пробегало мимо него на север, подальше от надвигающегося противника. Капитан снова посмотрел вперед, надеясь разглядеть что-то за стелющимся по траве дымом. Никого пока не было видно, однако из-за дымовой завесы все громче и громче доносилось гудение моторов. Пора.

Он повернулся к сержанту, командовавшему его арьергардом из семи человек, и крикнул:

– О'кей, Роббинс! Все в порядке, начинайте отходить!

Низко пригнувшись на случай, если немецкая дымовая завеса вдруг поредеет или прорвется, они побежали по той же самой дорожке, по которой минутой раньше прошла вся рота. Саперы, заложившие мины перед позицией группы, заминировали и поля позади рощи. Если все будет складываться удачно, то еще не один немецкий танк столкнется с этими неприятными сюрпризами.

Район сбора располагался в пятистах метрах к северу от рощи, в глубокой низине, скрытой от глаз противника. Ренолдз мчался так быстро, как никогда раньше, и все равно расстояние казалось ему бесконечным. Но вот они преодолели последний взгорок, прикрывающий место сбора, и вой раскручивающихся турбин стал громче. Грязно-зеленые военно-транспортные вертолеты UH-60 "Блэк Хоук" уже ждали их в низине, лениво вращая винтами. Солдаты еще поднимались на борт последнего, а остальные уже взлетали, беря курс на северо-восток. Отделение пехотинцев из первого взвода распласталось в траве, выставив во все стороны стволы своих автоматических винтовок.