Чтение онлайн

Едва присев к столу, претендент клубничку, видел, что на Ирине ничего нет и спешно принимался поглощать все что было на столе. Ирина могла присесть на колени, расстегнуть брючный ремень и пощупать, что там прячется ниже. Тогда солдат бросал пищу, хватал ее, как волк ягненка и уносил в другую комнату, где слабо горел ночник над роскошной кроватью.

Для многих бугаев это было высшим кайфом и ценилось больше, чем пять тысяч долларов Коломойши.

В этот раз боец Калоша, отсидевший восемь лет за групповое изнасилование несовершеннолетней, принес Ирине не три головы, а четыре и считал, что одной ночи маловато, а Ирина, не спавшая всю ночь, крепко заснула. В двенадцать дня у двери спальной раздался выстрел из пистолета. Оба вскочили и подняли руки кверху. В двери показался командир батальона Мельничук, он сделал еще один выстрел в потолок и сказал:

— Что ж ты, сука, нарушаешь режим. Твои однокашники давно на задании.

— Послушай, капитан, ты того, не очень, а то больше от меня ничего не получишь. Я счас объясню в чем дело. Этот жлоб оказался живучим и сексуальным, всю ночь меня мусолил: сам не спал и мне не давал. Накажи его как-нибудь по- другому.

— Пан купитан, я вчерась четыре головы доставил и потому имею право не только короткую ночь пролежать с богиней Надеждой, но и больше.

— Подойди ближе, — приказал командир. — Стань на четвереньки.

Мельничук достал салфетку, взял нож со стола, схватил за мошонку бойца Калошу и отрезал небольшой кусок, не затрагивая яичка.

— Боец Калоша, съешь кусок сырого мяса! Живо. Это тебе будет легким наказанием за нарушение дициплины.

Калоша проглотил, встал смирно, руки по швам.

— Перевяжи ему хозяйство, — приказал капитан и повернулся к выходу. — Через десять минут жду, поедем на передовую.

Ирина выполнила приказание командира, как медицинская сестра, быстро пожарила яичницу, дала ему порошка, Калоша выпил и даже повеселел.

Через двадцать минут они уже были на передовой. Но Савченко уже находилась возле других солдат, она отслеживала одного двадцатилетнего парня, думая заполучить его на следующую ночь.

Батальон оцепил воинскую часть: солдаты не хотели идти на передовую. Для этого было много причин: их не кормили уже третий день, не выдали бронежилеты, не дали дешевых сигарет, одеял и простыней, они спали по два на одной железной койке. Командир то выходил, то заходил, все давал объяснение и пытался выгораживать молодых бойцов. Тогда Мельничук прострелил ему обе ноги. Два головореза взяли под руки и занесли в казарму.

— То же самое будет и с вами, давайте, ребята, выходите. Будет проверка на прочность.

Человек восемьдесят вышли с охотничьими ружьями и выстроились на плацу.

— Слава Украине! — воскликнул командир батальона Мельничук. Солдаты молчали.

— Слава Украине! — воскликнул во второй раз Мельничук и выстрелил в воздух. — У меня такое впечатление, что я стою перед террористами, а не перед солдатами вильной Украины. Повторяю: Слава Украине!

— Слава…

— За вашими спинами КПП. Оно захвачено российскими террористами. Через это КПП проходят так называемые беженцы, а на самом деле это жены Донецких и Луганских террористов, наших заклятых врагов. Наш президент Пердуске предложил создать специальные лагеря для беженцев во Львове, Тернополе, Ивано-Франковске и других городах. Пусть туда едут, пока мы здесь не наведем порядок. А они тянутся к нашим врагам, русским. Враг к врагу, враг с врагом соединятся, шоб стать сильнее и потом пойти на нашу вильну неньку Украину. Слава Украине. Мы их должны ликвидировать. Из ружей, автоматов, пулеметов. Ясно- Счас вам выдадут новое оружие. Прицелился, нажал на курок, вот и все.

— Убивать мирных граждан- воскликнул один солдат.

— Солдат, как вас, фамилие-

— Черепаненко.

— Солдат Черепаненко, выйти из строя. Три шага, марш!

Солдат подчинился. Мельничук подошел к нему вплотную, приложил ствол к виску и нажал на курок. Солдат упал как подкошенный.

— Уберите эту дрянь, — сказал командир карателей. — Вот так будет с каждым из вас. Направу-у! Шагом, арш!

Солдаты покорно пошли строем, погрузились в придорожную лесную полосу и остановились. Здесь им разрешили рас сосредоточиться и выдали через одного по пачке дешевых сигарет без фильтра. Солдатики покурили. Дым как бы немного притупил чувство голода, но не надолго.

— Матери бы позвонить, — сказал солдатик товарищу, который все еще мусолил окурок, — да телефон отобрали. Вообще когда нас отлавливали и запихивали в автобусы, военком говорил: не беспокойтесь, ребята, скоро все вернетесь по домам. А тут вона оно как.

— Я стрелять не буду в своих. Ни за что, — сказал его товарищ. — У меня один мобильный есть. Как только будет такая возможность, я отзвоню. Порошу маму, чтоб и про тебя передала твоим родителям. Ты из какой деревни-

— Звонарево. Запомни, Звонарево. Ой, что это за лул-

С той стороны лесополосы показались большие грузовые машины: через узкую полосу все было видно. Машины остановились напротив.

— Машины разгрузить! — приказал Мельничук.

Ребята бросились разгружать. Это были в основном автоматы и несколько пулеметов.

После разгрузки грузовики уехали, а ребятам приказали рас сосредоточиться и взять на прицел идущих беженцев, чтоб в районе КПП перейти границу и уехать в Росси.

— Пли, — приказал Мельничук, но не послышалось ни одного выстрела.

— Пли, — приказал он во второй раз. — Изменники Родины, пли!

— Мы не будем стрелять в своих, — произнес один солдат.

— Все так думают-

— Все, — заревела толпа.

— Хорошо. Всем сдать оружие. Комиссар Савченко, организовать прием оружия.

— Есть организовать! — откликнулась Савченко.

Солдат оказалось больше, чем оружия. Савченко приказала пропустить через нее всех. Те, у кого не было оружия, подвергались короткому допросу, потом становились в строй. Оказалось, что пятьдесят бойцов не получили оружия. Их повели в дивизию. В дивизии объявили тревогу. Собралось несколько тысяч солдат.

— Товарищи солдаты! Перед вами изменники родины, которые отказались выполнять приказ, не захотели вступить в бой с врагом и поэтому согласно закону военного времени подлежат расстрелу. Их восемьдесят человек, я называть каждого предателя по фамилии не буду. Они все перед вами. Рота преступников, к брустверу становись.

Двадцать человек покорно стали к брустверу, закинув головы в небеса.

— Пли! — дал команду командир карателей.

Раздались многочисленные выстрелы из пулемета. Солдаты попадали.