Чтение онлайн

– Откуда? – синхронно воскликнули братья, хватаясь за ложки.

– Трофеи! – горделиво ответила девушка.

Она разложила перед ними сыр, сухую колбасу и вполне обычные овощи и добавила:

– Ешьте, ешьте! Я уже попробовала, не отравлено.

Мужчины только и сумели промычать в ответ что-то вроде «безмерно благодарны!». Повесив над костром другой котелок, для готовки отвара трав, подруга перечислила, что оказалось во внушительных ранцах каждого из сентегов. Тела преследователей разорвало, словно гнилые тряпки, а вот заплечные емкости для продуктов и личных вещей остались сравнительно целыми. Да и плюс кое-что приличное имелось и у беглеца. Котелки, фляги, крупы, специи, сыры, колбасы, несколько пышных хлебных лепешек, овощи и другая снедь свидетельствовали о завидном аппетите аборигенов и довольно развитом производстве продуктов. Свежие лепешки – об умении хлебопеков или о сравнительно недалеком отсюда населенном пункте с нормальным хлебопечением. Сыры, колбасы и кусок копченой рыбы – о развитом животноводстве и наличии водоемов. Вполне возможно, что не только пресных, но и с морской водой. Весьма интересным оказался и металл, из которого были сделаны котелки, кружки и ложки. Несколько похожий на серебро, легкий и довольно прочный. В остальном мире подобного металла не знали. Ну и сами ранцы не оставили людей равнодушными. Они были сделаны из многослойного материала, который своей структурой очень и очень напоминал кремонит. Кстати, многие ременные пряжки, пуговицы и зажимы тоже были сделаны из этого же материала.

На эту тему Риона высказалась довольно неожиданно:

– Не удивлюсь, если энормиане, создатели кремонита, свистнули научную идею у сентегов! А теперь нагло дерут втридорога за свои фляги, большие канистры и детские игрушки.

Она в жизни бы не догадалась, что именно создатель этого уникального материала сейчас ест приготовленный ею ужин.

– Не нравится, не покупайте, – проворчал Кремон. – И почему это втридорога?

– В порту соседнего княжества они дороже в два раза. А перекупщики продают нам со своей наценкой, вот и получается в три раза больше. У меня просто времени не было самой караван снарядить, могла бы и заработать на этом. Но Яцура приказал купить, и срочно, пришлось брать, невзирая на цены. Сам понимаешь, насколько вес в походе экономится только на флягах.

Тут уже и Восходящий не выдержал:

– Экая ты двуличная! Как самой покупать, так дерут втридорога, а как сама бы караван снарядила, то и вчетверо дороже продавать не погнушалась?

– Так я только для блага ватаги… – смутилась девушка. – Это же разные вещи.

– Конечно! Все вы так говорите!

Чтобы уйти от неприятной темы, подруга принялась осматривать оружие убитых сентегов. Начала с ружья, которое, к сожалению, оказалось разбитым в двух местах. Конец разгонного ложа был отколот, и ружье скорей всего уже нельзя было использовать. Зарядами оказались идеально отполированные мраморные шарики диаметром около пяти сантиметров. Они по три штуки укладывались в специальные футляры, а сами футляры вставлялись в оконечность широкого и массивного деревянного приклада.

Повертев шарики в руках, Кашад подтвердил наличие в них достаточно приличной магической силы. Нечто солидное оказалось и в прикладе, и в направляющем желобе. Скорей всего взаимодействие трех магических векторов и позволяло разогнать мраморный снаряд до огромной скорости. Ну а уж сам момент соприкосновения заряда с целью люди видели два раза собственными глазами.

– Опаснейшее оружие, – сделал вывод Восходящий.

Второе оружие, которое выпускало яркие парализующие искорки, оказалось для девушки неожиданно знакомым. Не по сути, а по внешнему виду. Оказалось, что несколько подобных штуковин, только завернутых в негниющую ткань, находились в горе трофеев, до которой они добрались благодаря сталпню. И пять штук сообразительная подруга догадалась прихватить с собой. Их разглядыванию и изучению троица уделила не менее получаса. Но только и выяснили, что самим пока задействовать артефакты не получится. То ли знаний не хватает, то ли магической силы.

В конце концов усталость стала сказываться, и командир отдал распоряжение:

– Спать!.. Всем. Утром будем разбираться с трофеями. Тем более что спешить нам теперь некуда, из-за раненого придется два-три дня оставаться на месте. Скорей всего тут постараемся спрятать и все ценное. Осмотримся по окрестностям, дождемся, пока наш пациент очухается и сможет нам рассказать и о себе, и обо всем. Думаю, что в знак благодарности за свое спасение он не откажет в любезности стать нашим учителем, а то и проводником по местным реалиям. В этом нам повезло…

Они улеглись и провалились в заслуженный и желанный сон.

Уже при дневном свете, отлично позавтракав и еще немного потрудившись над постепенно возвращавшимся к жизни пациентом, мужчины отправились на разведку, а девушку оставили на хозяйстве в рощице.

Первым делом поспешили в ту сторону, откуда сентеги прибежали вчера, на ночь глядя. И правильно сделали, потому что через три с лишним километра обнаружили место кровавого побоища с пятью убитыми и весьма выгодную позицию для засады. Убитыми были два сентега, бедняга похас, который просто попал в центр разборок между разумными существами, и два крупных, неизвестной породы шейтара. Последние не вызвали сильных эмоций – такова судьба подобных, выращенных для охраны животных.

Беглец наверняка знал, что за ним погоня, и поджидал преследователей, затаившись среди россыпи валунов у дороги. Кстати, дорога шла строго параллельно барьеру и являлась явным разделом между пустыней и лугами с отличной травой. У беглеца имелось точно такое же ружье, как и у его преследователей. Но! Зарядов было только три. Одним он умудрился убить сразу и похаса, и восседавшего на нем сентега. Вторым того сентега, который сопровождал всадника. Третий мраморный шарик пропал втуне, видимо, стрелять приходилось по резво двигавшимся мишеням. А потом беглецу пришлось использовать весь свой магический запас, убивая огнем и леденящими молниями обоих шейтаров.

Дальше ему оставалось уповать только на свои длинные ноги. Поэтому он бросил ружье, мешающий меч и решил посоревноваться с оставшейся парой преследователей в скорости. Проиграл… И только встреча с людьми дала ему единственный шанс выжить.

На месте засады напарникам пришлось повозиться. Понимая, что следом за этим отрядом может явиться более многочисленный и мобильный, они принялись лихорадочно прятать все следы. Трупы сентегов и шейтаров, а также часть туши похаса оттащили к пролому в местную сеть катакомб, сбросили туда, завалили камнями и присыпали землей. Один, а то и два дождя не размоют, и грунт не просядет, а потом уже и неактуальной находка станет. Лучшее мясо, а также съестные припасы, оружие и все ценное оттащили в рощу. Причем было замечено, что подобных рощиц в округе предостаточно. Если вдруг начнется облава, то так сразу людей не отыщут. Ну и была надежда на сгустившиеся тучи, из которых время от времени начинал накрапывать дождь.

Окончательно вернувшись в лагерь, соорудили там навес из веток, покрытых непромокаемыми артефактными накидками. После чего дождь был не страшен. Потом пришлось немного повозиться с закапыванием и маскировкой вынесенных с той стороны артефактов и драгоценностей. Остаток дня, да и весь последующий провели, отсыпаясь, отъедаясь да изучая трофейное оружие. Ну и по очереди все больше и больше флиртуя с Рионой. Кстати, девушка откликнулась на флирт с неожиданным жаром и готовностью, не выделяя ни одного из мужчин. Улыбалась на комплименты каждому одинаково. Ну и мужчины таким положением дел были не слишком опечалены. Пока все хорошо? Вот и отлично! Весело? Да еще и в такой обстановке? Прекрасно! Только и надо судьбу благодарить! А если что-то прорастет в сердцах, да обстановка будет более подходящей, вот тогда и решится, кто завоюет любовь Рионы.

Так часто бывает в подобных компаниях. В тяжкой, трудной, боевой атмосфере мужчины рядом никого не замечают. А как отдохнут, выспятся да брюхо набьют, то так и начинают глазками по сторонам постреливать: «А кто тут у нас?..» Порой в таких ситуациях и самая обычная замухрышка королевой начинает казаться. А барышня Чилайс была отнюдь не замухрышкой. И наверняка имела немалый опыт вовлечения в свои любовные сети многих и многих мужчин. Как она не без гордости призналась: «Однажды мое сердце было разбито. Так что теперь я это делаю с удовольствием с мужскими сердцами!»