Чтение онлайн

– Ордер на освобождение? Ордер на освобождение? У таких подонков, как вы, есть друзья на высоких местах! Но они не помогут вам, если я еще раз увижу перед собой ваши мерзкие рожи!

Двоим из стражников было приказано принести им их одежду, и все трое поспешно оделись. Их сумки, ПСГ и даже оружие были им возвращены; затем Малыш Менестрель подписал целую кипу бумаг. Наконец, их отпустили, и они вслед за Малышом Менестрелем вышли на улицу. Оказавшись снаружи, Билли подошел к нему.

– Так куда мы направляемся теперь?

– К баракам.

– К баракам? К каким баракам?

Малыш Менестрель избегал смотреть Билли в глаза.

– Это одна из вещей, которые мне пришлось сделать, чтобы вытащить вас оттуда. Чтобы получить ордер на ваше освобождение, мне пришлось записать вас в Добровольческий Корпус.

– Добровольческий Корпус? Это еще что за чертовщина?

– Это… э-э… это одно из подразделений армии.

Билли остановился посреди улицы, как вкопанный.

– Армии? Ты что, хочешь сказать, что ты записал нас в долбаную армию в этом Богом проклятом местечке?

Он повернулся к Риву и Человеку Дождя.

– Этот идиот взял и засунул нас в армию!

Малыш Менестрель взял Билли за локоть.

– Не останавливайся, если не хочешь, чтобы тебя снова арестовали. Пойми, Билли, другого способа не было. Перед вами был выбор – или тюрьма, или Добровольческий Корпус.

Они двинулись дальше. Билли покачал головой.

– Ничего не понимаю. Лучше начни с самого начала.

– Хорошо, слушай. Это Дур Шанзаг, и он находится очень далеко от Кладбища или Псодуха.

Она/Они медленно поднималась сквозь угрожающие клубы тумана. Ее/Их ум не требовался для того, чтобы продолжать восходящее движение, и Она/Они позволила ему углубиться в воспоминания своего почти бесконечного прошлого. Он скользил вспять, к почти забытому моменту Ее/Их рождения – смешению цветов и форм, уплотнявшихся и сливавшихся друг с другом до тех пор, пока они не образовали Ее/Их троичную форму. Дальше троичной формы Она/Они вернуться не могла. До этого тоже было что-то, некий приказ, позволивший Ей/Им переступить границы и избегнуть хаоса, поглотившего все остальное.

За достижением троичной формы последовали века размышлений, в течение которых Она/Они наводила порядок и стабилизировала пространство, которое занимала. Это был долгий период спокойствия, которому был грубо положен конец с приходом первых разрушителей.

Приход разрушителей знаменовал собой начало долгой битвы, которую Она/Они вела против вторгавшихся в ее область извивающихся, клубящихся щупалец хаоса.

Это было началом периода ненависти и поисков, когда Ей/Им приходилось беспрестанно продвигаться вперед вдоль структуры, пытаясь стабилизировать каждый сектор, попадавший в зону Ее/Их воздействия.

Разрушители избрали Ее/Их постоянной жертвой своих нападений, и в течение очень долгого времени Она/Они направляла силы своего интеллекта на разрешение проблемы того, что они собой представляют и откуда произошли. Ей/Им никогда не представлялось возможности подойти к этому предмету достаточно близко без того, чтобы Ее/Их объективность не была повреждена процессом разрушения. Все Ее/Их наблюдения вели к заключению, что разрушители были некой странной срединной точкой на полпути между животным и машиной.

Она/Они так и не разрешила проблемы их прихода. До разрушителей Ее/Их троичная форма не существовала. Была форма и было сознание, но помимо этого вся Ее/Их память о том времени была туманной и обрывочной. Ее/Их происхождение было неумолимо связано с их приходом. Словно они дали Ей/Им рождение, впервые прорвавшись сквозь структуру реальности.

Она/Они была порождена процессом разрушения. Логическим противопоставлением разрушителям и пробужденному хаосу. Из той же логики должно было следовать, что Она/Они равна им. Это положение могло быть опровергнуто, лишь если бы они разбили Ее/Их, растворив Ее/Их форму в клубах дестабилизированной структуры, либо если бы Она/Они распространила состояние неизменного порядка по всей области своего восприятия.

В течение тысячелетий своей борьбы с разрушителями Она/Они наблюдала за их поведением и теми закономерностями, что, как казалось, скрывались за их атаками. Временами Она/Они выдвигала предположение, что разрушителей направляет некая разумная сила. Временами, на протяжении нескольких долгих периодов, передвижения разрушителей казались достаточно упорядоченными, словно находились в соответствии с направляющей их логикой. В течение других периодов, однако, их действия становились совершенно хаотичными, и Она/Они отвергала идею о направляющем их интеллекте как продукт порожденной хаосом паранойи.

Она/Они вновь обратила свои мысли к настоящему. Туман постепенно становился все более равномерным и начинал сиять глубоким электрическим синим светом. Ее/Их восходящее движение прекратилось. Две Ее/Их головы медленно повернулись. Где-то глубоко в голубом тумане, казалось, двигалось некое твердое тело.

– Дур Шанзаг – это город Сущего. Похоже, никто не знает толком, откуда взялся этот Сущий. По всей видимости, он – или оно – находится здесь уже несколько тысяч лет.

– Он или оно?

Билли шагал рядом с Малышом Менестрелем, недоуменно поглядывая на него.

– Говорят, что когда-то он был человеком, но, судя по всему, теперь это уже не человек. Он… ну, в общем, теперь это просто Сущий. Говорят, он одержим идеей быть правителем. Господином всего. Говорят, он создал четыре или пять империй на протяжении сотен тысяч лет.

Билли покачал головой.

– Как один человек может жить сто тысяч лет? Этого просто не может быть!

Малыш Менестрель пожал плечами.