Чтение онлайн

— Да, мисс Декстер. Должно быть, он сильно торопился. Отнеси, говорит, эту шляпу рыжеволосой леди.

— Да, наверно, торопился.

Взглянув вдоль улицы, она увидела, что незнакомец слез с лошади, привязав ее к коновязи. Подобрав уздечку, она вступила в стремя, легко прыгнула в седло, тронула Панчо серебряной шпорой и помчалась в клубах пыли мимо черной лошади, бросив в сторону незнакомца взгляд как раз в тот момент, когда он входил в мелочную лавку.

«Манеры у него грубые, — подумала она. — Недурно было бы его проучить».

Незнакомец вошел в лавку, не обращая внимания на взгляды покупателей, приказчиков и просто любопытных. Самый разнообразный товар наполнял полки и грудами был свален в углах. Трудно было бы придумать какую-либо принадлежность фермы, сарая, хлева, конторы, кухни или гостиной, которой бы не было здесь. Два ковбоя сидели на прилавке, вылизывая содержимое жестянок со сливами. Одежда, провизия, седла, сбруя и сельскохозяйственные инструменты, ружья, сети, скобяные товары, веревки, шляпы и бутылки с фруктовой водой представляли странное для непривычного глаза смешение.

Незнакомцу был нужен непромокаемый плащ. С трудом удалось найти подходящий ему по росту. Но он был удовлетворен.

— Мне он, собственно, нужен, чтобы скрыться от пыли, — сказал он. — У кого лучший постоялый двор в городе?

— Лошадь или авто? — спросил содержатель лавки.

— Лошадь. Мне нужно проехать на ферму Джима Марсдена.

Его собеседник посмотрел на него с любопытством.

— Миль одиннадцать будет. Спросите у Галея. Ваша лошадь зашиблась на тротуаре?

— Быть может, она и растянула себе что-либо. Я возьму ее на привязи. Она уже и так пробежала миль тридцать с утра.

— Гм… А вы весите не меньше пяти пудов… Хорошая лошадь! Стоит о ней позаботиться. Марсден ожидает вас, сударь?

Незнакомец заметил, что какая-то неуловимая натянутость появилась в воздухе, едва он указал цель своей поездки. Он чувствовал, что каждый из присутствовавших подался немного вперед, чтобы лучше услышать его ответ, и по тону спрашивавшего он догадался, что за вопросом его скрывается более чем простое любопытство.

— Меня зовут Горман, — сказал он коротко. — Старый друг Джима Марсдена. Что-нибудь не так?

Содержатель лавки отвел глаза:

— С фермы Марсдена никого не было уже три-четыре дня. Однако был слух, что Марсдена подстрелили. Но за доктором он не посылал.

Серые глаза Гормана проницательно прищурились. Глядя прямо в лицо своего собеседника, он не упустил, однако, из вида двух евших сливы ковбоев, которые внезапно вышли из лавки быстро и бесшумно.

— Подстрелен в плечо через легкое. Вот все, что я знаю. — Сказав это, лавочник сжал рот и стал похож на черепаху, прячущую голову под броню.

Горман надел плащ и вышел на улицу. Заметив вывеску «Парикмахер», он нерешительно провел рукой по небритому подбородку. С минуту он выбирал между тремя желаниями — бритьем, едой и наймом лошадей. День был жарок, и китайские рестораны не возбуждали особенного аппетита. Весть о том, что его друг ранен, побудила забыть о бритье и взять с собой в дорогу пищу, хотя здоровье друга его не особенно встревожило. Он даже усмехнулся, вспомнив замечание лавочника, что Джим не послал за доктором. Не таков был Джим, чтобы волноваться из-за раны в плечо.

В то утро Горман проехал тридцать миль, сорок — накануне, тридцать пять — перед тем, и так уже четыре дня, покрыв всего двести тридцать миль в ответ на короткое письмо от Джима. Он писал:

«Друг Джордж, у меня предвидятся кое-какие неприятности, и, по-видимому, я один с ними не справлюсь. Если у тебя есть свободное время, отправляйся ко мне — ферма Марсдена, одиннадцать миль к западу от Доги. К тому же не мешало бы тебе сделать визит, который ты обещал шесть лет назад. Как ты думаешь? Всегда твой Джим Марсден. Р. S. На твоем месте я бы не уклонялся от встреч, однако и не особенно трубил бы о том, что едешь ко мне».

Они были закадычными друзьями с тех пор, как впервые попали вместе на ферму, Горман шестнадцати лет, а Марсден — несколькими месяцами старше. Их дружба продолжалась без перерыва лет десять. Война, мир, удовольствия, затруднения, голод, жажда, карты, поединки, богатство и бедность они разделяли вместе. Когда двое мужчин пройдут через такие испытания, нет на свете другой дружбы, которая была бы крепче. Дружба мужчин свободна от вечной борьбы за господство, и только женщина может разрушить ее. Но в стране, где громадные стада гуляют по прериям, женщин немного. У Гормана было собственное представление о девушке, которая могла бы увлечь его, но он никогда не встречал такую, которая бы отвечала его идеалу, большинство же ему не отвечали. Марсден по натуре был более романтичен. Недели и месяцы, проведенные в одиночестве на ферме, делали его легкой добычей чуть ли не первой хорошенькой женщины, которые встречались в городе. Его увлечения были, однако, коротки. Женщина еще не встала между друзьями.

Только когда Марсден получил в наследство ферму, а Горман, не имевший денег, упрямо отказался разделить богатство друга, они расстались. С тех пор они даже не переписывались, но слухи проходили и через прерию, и оба знали о жизни друг друга. Мужская дружба вполне застрахована от влияния разлуки. Она никогда не ржавеет. И призыв Джима вновь восстановил их дружбу, чистую и острую, как лезвие кинжала, только что вынутого из ножен.

Его совершенно не интересовало, какие неприятности были у Джима, хотя он смутно предполагал, что тут замешана женщина. По-видимому, была перестрелка, и перспектива схватки занимала Гормана. Намек на осторожность в письме друга подтверждался поведением жителей Доги. Марсден был человеком, легко создающим себе друзей и врагов, и Горман без труда догадался, что городок знал о неприятностях Марсдена и, по-видимому, разделился в своих симпатиях. А насколько неприятности эти были серьезны, Горман понял потому, что друг его сознался в своей неспособности справиться с ними одному.

Два ковбоя, евших сливы в лавке, могли быть возможными врагами. Ясно было, что его имя и цель поездки произвели на них впечатление. В натуре Гормана было двигаться осторожно и стрелять быстро, если к этому принуждал случай.

Пока он стоял, отыскивая вывеску Галея, Салли Декстер снова проехала мимо него. На этот раз взгляд ее встретился с глазами Гормана. Легкая складка легла между ее бровями. На мгновение лицо ее вспыхнуло, она нерешительно придержала свою лошадь, потом круто повернула ее и карьером помчалась вдоль улицы. Горман следил за ней, слегка приподняв брови.