Чтение онлайн

Кэдмон вошел в программу работы с электронной почтой. Уставившись на список входящих сообщений, нервно забарабанил пальцами по столу: он не помнил, что давал адрес своей почты кому-то по имени Эди Миллер. Впрочем, агент по рекламе могла назвать его личный почтовый ящик на презентации книги. Решив, что так оно и произошло, Кэдмон не стал стирать письмо не читая, а открыл его.

Послание оказалось совсем не тем, что он ожидал увидеть.

От: Эди Миллер

Кому: caisquith@lycos.com

Дата: 01.12.08 14:16:31

Тема: ОПАСНОСТЬ!

нам нужно срочно встретиться НГИ кафе каскад СЕГОДНЯ буду ждать до закрытия ваша жизнь в опасности моя тоже

пс я не сумасшедшая

edie103@earthlink.net

— Это уж точно, — пробормотал Кэдмон, прочитав постскриптум.

Эди Миллер вставила в ухо наушник беспроводной гарнитуры.

Она не будет бежать. Не будет прятаться. Просто изобразит из себя полную дуру.

— Моя безопасность и благополучие? Гм, я понятия не имею, о чем вы г-говорите. У меня все в порядке. — У нее дрожал голос, напускная бравада давалась с трудом.

— Ну же, мисс Миллер, не надо притворяться. Давайте не будем играть друг с другом в игры, — ответил неизвестный, сразу же раскусив ее замысел. — Нам прекрасно известно, что вы сегодня были в музее Гопкинса.

У Эди задрожали руки, и джип бросило из стороны в сторону.

«Дороти, сдавайся, пока Крылатые Обезьяны тебя не настигли». [7]

Ехавший в соседнем ряду почтовый грузовик недовольно засигналил, вынуждая Эди вернуться в свой ряд. Включив указатель поворота, она направила джип по внутренней стороне Дюпон-Серкл.

Сжечь дотла. Вот как ей нужно поступить с внезапным приступом страха.

— Разумеется, я была в музее, — ответила Эди, понимая, что лучшая ложь — это та, которая основана на правде. — Я каждый понедельник бываю там. Это единственный день в неделю, когда можно фотографировать собрание. Но вам это и так известно. — Она драматично вздохнула, надеясь произвести впечатление мелкого воришки, пойманного с поличным. — Линда из бухгалтерии уже давно грозилась натравить на меня проверку за то, что я не отмечаюсь, покидая музей. Знаю, знаю, я все знаю. Это очень дурная привычка. Я так понимаю, ребята, вы наконец меня поймали, да?

— И у вас также есть привычка покидать музей через пожарный выход?

— О господи… влипла. — Эди нервно рассмеялась, лихорадочно нагромождая новую ложь: — Знаете, все эти заведения, где курение запрещено, сильно мешают нам, курильщикам, получать дозу никотина.

— А что насчет вашей сумочки? Вы оставили ее на столе. Еще одна дурная привычка?

Эди резко затормозила, чтобы не въехать в непомерно длинный лимузин, занявший два ряда.

— Да, ну, что тут сказать? Мое среднее имя — «Рассеянная».

— Судя по водительским правам, ваше среднее имя — Дарлена. И, должен добавить, на фотографии вы очень привлекательная. Впрочем, у меня слабость к девушкам с кудрявыми волосами.

Эди отчаянно пыталась придумать подходящий ответ. Запас лжи быстро иссякал.

Полная решимости не повторить судьбу Джонатана Паджхэма, она обильно приправила свой голос деланым недоверием.

— Моя сумочка у вас? Слава богу! А я-то гадала, кто… Вы ведь мне ее вернете, да, пожалуйста? Это такая головная боль — блокировать все кредитные карточки.

— Можете не беспокоиться… Я уже взял на себя смелость блокировать ваши кредитные карточки. Я также очистил все ваши банковские счета. Ого, какая вы у нас скупердяйка. Отложили на черный день почти тридцать тысяч долларов.

Эти ублюдки очистили все ее банковские счета… Во имя всего святого, как им удалось получить коды доступа…

Продажный полицейский! Он мог получить доступ бог весть к каким архивам. Узнать номер ее сотового телефона. Номер карточки социального страхования. Заглянуть во все долбанные базы данных на свете.

— Я с радостью выплачу вам вознаграждение за то, что вы вернете мою сумочку, — сказала Эди, пытаясь нащупать опору под ногами — выступ, скользкий корень, все что угодно, лишь бы удержаться. — Я также буду вам очень признательна, если вы не будете сообщать в бухгалтерию, что я сегодня смоталась на пару часов раньше времени. У меня жутко разболелась голова и…

— «Не произноси ложного свидетельства!» [8] — рявкнул ей в ухо неизвестный. Через полсекунды, обуздав ярость, он добавил: — Какими бы увлекательными ни были ваша выдумки, мисс Миллер, они начинают мне надоедать.

— Выдумки? Какие выдумки? Послушайте, вы меня с кем-то путаете. Это была шутка.

Те, кому есть что скрывать, не способны шутить.

— Почтальон, раскладывавший почту в вестибюле жилого дома напротив музея, опознал вас по фотографии на водительских правах, уверенный в том, что помогает правосудию. Понимаете? Нам известно о вас все, мисс Миллер. Нам также известно, что вы находились в музее, на четвертом этаже, когда с доктором Паджхэмом случилось несчастье.

Несчастье?Это он серьезно? Джонатану Паджхэму вышибли мозги, а неизвестный говорит об этом как о какой-то неприятной мелочи.

— Кто вы такой?

— Кто я такой — неважно. — Голос звонившего понизился на октаву, приобретая зловещие нотки. — Пожалуй, на данном этапе нелишним будет напомнить, что вы можете бежать, но не сможете спрятаться.

Эди посмотрела в зеркало заднего вида. Внедорожники, седаны последних моделей, такси и небольшие грузовики всех мастей. Но ни темно-синей «Краун-Виктории», ни полицейских машин.