Чтение онлайн

Неизвестно, где трудилась Римма, но жилье ее говорило о приличном достатке. Квартира просторная, с большими коридорами, последней планировки – санузлы в одной стороне, гостиная и спальня в другой, а кухня вообще за каким-то закоулком. И огромные окна, и дорогие обои, и телевизор в полстены… Именно такой телевизор мечтала купить Василиса, если вдруг ей посчастливится когда-нибудь разбогатеть. Люсенька была особой приземленной, поэтому о богатстве даже не задумывалась, но от такого экрана тоже не отказалась бы. Да и от мягких удобных кресел, куда их усадила Римма, тоже. Сейчас дамы утопали в креслах, высоко задрав ноги, и выжидательно поглядывали на хозяйку – очень хотелось чаю и обещанных подарков.

– Вы уж извините нас… – снова начала Римма извиняться за неприятность на лужайке. – Вот, смотрите, какой я вам пакет приготовила. Берите-берите, он только с виду громоздкий, а на самом деле не слишком тяжелый. Очень не хочу, чтобы кто-то на Олафа зло держал. Он у меня и так то одну болячку подхватит, то другую.

– Так это порода такая… – поддерживала беседу Люся, важно играя бровями. – Надо было дворняжку брать. Вот уж кто к болезням устойчивый!

– Ну не скажите! – воодушевилась молодая женщина и выдала Люсе целую речь в защиту любимой породы.

Беседа наметила русло, Люся и Римма уже жарко спорили, а Василиса послушно сидела в кресле и пялилась на стены. Хозяйка собаки, похоже, совершенно забыла, что пригласила дам на чай – на низком столике даже чашек не наблюдалось, а был еще и торт обещан. И все же Римма не обманула. Минут через пятнадцать Василиса ощутила приятный запах печеного.

– Вы меня извините, – подскочила Римма. – Я вас оставлю на минутку, пора пирог из духовки вынимать. Вы ведь не обидитесь, если я вас вместо торта угощу черемуховым пирогом со взбитой сметаной?

Еще бы они обиделись! Да они готовы съесть три черемуховых пирога! И вообще, черемуховый пирог – самый любимый пирог Люси и Василисы. К тому же, сколько они его дома ни пекли, он у них еще ни разу не получился, а ведь Люсенька довольно вкусно готовила.

– Ступайте, милочка, что же вы мешкаете? – нетерпеливо подтолкнула к кухне хозяйку Василиса. – Здесь же каждая минута на счету!

– Да ничего с ним за минуту не сделается, – улыбнулась Римма и выскочила из комнаты.

– С ним-то, может, и нет, а вот у меня уже от таких ароматов желудок по всему животу скачет, – проворчала Василиса, когда хозяйка вышла.

Люся осторожно поднялась и подошла к подарочному пакету. Нет, зря все-таки Римма говорила, что он мало весит, Люсе его одной не допереть.

– Вася, давай подумаем, как этот корм тащить будем… – пропыхтела она, пытаясь поудобнее ухватиться за подарок.

– Не пыжься, тебе же сказали – он не тяжелый. И потом, своя ноша не тянет, дотащишь.

– Нет, Вася, ты меня извини, но пакет придется тебе тащить, я не могу, он меня к земле притягивает.

– Да хватит тебе о корме. Давай лучше подумаем, где работать надо, чтобы свою норку так обставить.

Подруги принялись гадать – все равно нужно было себя чем-то занять в отсутствие хозяйки – и так увлеклись, что чуть не поссорились.

– А я тебе говорю, сейчас большие деньги можно заработать только в шоу-бизнесе! – кипятилась Люся, наскакивая на высоченную подругу, как воробей на фонарный столб.

– Ха! Ха! Ха! – грозно отвечала ей та. – Где ты в нашем городе шоу-бизнес видела?! Он у нас в глубоком подполье! Я даже подозреваю, что его у нас и вовсе нет! Я тебе говорю – она работает суррогатной матерью! Знаешь, сколько им теперь платят? Я бы и сама, может, подкалымила, да боюсь, ребеночка потом не смогу отдать.

– Какого ребеночка, старая ты извращенка?!! Тебе уже на тот свет пора… в хорошем смысле этого слова…

– Скажите, а что, хозяйки дома нет? – вдруг раздался за их спинами знакомый голос. – Здрасьте.

Подруги так распалились, что не заметили, как в двери вошел Толя Кислицын, уже знакомый им по вчерашней встрече парень с тощей косичкой, а вместе с ним вбежал и Олаф – здоровенный пес. Дома он смотрелся еще больше. Пес бойко подскочил к дамам, с интересом обнюхал обеих и задержался возле Василисы.

– Вы это… собачку уберите… – заблеяла та, поглубже втискиваясь в кресло вместе с ногами. – Что это он на меня так возбужденно смотрит?

– Ну так кобель же, – куснула подругу Люся, собак она боялась меньше подруги, хоть те неоднократно пробовали ее на зуб.

– Да не бойтесь, он не кусается, честно вам говорю. Самое большее, на что он способен, – с ног сбить, – отмахнулся Толя и снова спросил: – А вы что – одни здесь? Римма говорила, что вы придете…

– Да она на кухню за пирогом пошла, – объяснила Василиса и осторожно поднялась из кресла.

Ей не хотелось находиться в одной комнате с таким грозным псом, поэтому она попросила:

– Вы бы подержали собачку, а я Римму потороплю.

Толя послушно взялся за ошейник.

– Риммочка! Что там у вас с пирогом? Римма, вы где? Ах вот вы!.. Я говорю, может, вам помочь чем, а то там уже и этот… как его, Толя с собакой пришел…

В следующую секунду стены вздрогнули от пронзительного визга – Василиса орала на одной ноте, пока ее за плечи сильно не тряхнула Люся.

– Закрой рот, она все равно тебя уже не слышит.

Римма сидела в легком плетеном кресле, уронив голову на стол, тут же на столе стоял светлый поднос с темным черемуховым пирогом, покрытым белоснежными сливками, и под этот поднос протекала тоненькая черная струйка.

– Что это? – севшим голосом спросил Толя Кислицын. Он только что зашел в кухню, увидел Римму и теперь смотрел расширенными от ужаса глазами то на Люсю, то на Василису. – Кто это ее… так?

– Мы сами хотели бы узнать… – растерянно пожала плечами Люся.

Молодой ротвейлер, не понимая, что случилось, тыкался хозяйке в колени и подбрасывал мордой ее недвижимую руку. От этого создавалось ощущение, будто Римма шевелится.