Чтение онлайн

Старичок унесся вместе со своей Кусей и с Василисой – все же решено было мужчину одного не выпускать, кто его знает, вдруг заблудится. Люся заперла дверь и вытащила из сумочки фотографию.

– Вероника Абрамовна, посмотрите, может, узнаете кого?

– Люсенька, подожди, детка, мне еще надо огурцы из банок… Ой, а вот и Юля! – увидела она фотографию.

– Какая Юля? Где?

– Ну вот же, я рассказывала про нее и Кристину. Кстати, и Кристина вот она. А говоришь, что не знаешь девчонок!

– А это кто? – тыкала пальцем Люся прямо в счастливые глаза Кислицына.

– Этот? Вот не помню его, может, и приходил когда в театр… Да, он за Кешкой Хлебовым частенько забегал. А вот это Римма. Только она здесь мутно как-то получилась. А этих парнишек я не знаю, может, видела когда… не помню, честное слово, не помню. Ох, я с тобой совсем закрутилась, а сейчас наши из магазина придут, – снова засуетилась Вероника Абрамовна, а Люся не могла оторваться от фотографии.

Вот это сюрприз. Значит, Кислицын и Хлебов – одна компания со всеми погибшими девушками? Очень интересно получается, отчего это девчонки у них гибли, как мухи, а мужчины до сих пор очень даже процветают? Да с одной этой фотографией уже можно отправляться в милицию. Только не к Пашке. А к кому? Нет, еще рановато по милициям, это она погорячилась.

Через полчаса вернулись Василиса и Матвей Артемович, и Вероника Абрамовна с новым обаянием принялась обхаживать гостя.

– А у вас собачка какой породы? Просто удивительная красавица, просто удивительная! Люсенька, доставай окорок. Скажите, Матвей Артемович, а вы сами далеко отсюда живете?

– Вась, пошли домой, я тебе такое скажу… – прошептала Люся, когда уже отсидели двадцать минут.

– Подожди, неудобно, – отмахивалась Василиса, уплетая голубцы. Совершенно непонятно, когда это женщины успевают еще и какие-то голубцы готовить?

– Вася! – зашипела Люся со свистом. – Ты что, забыла, зачем мы сюда притащились? Пойдем быстрее!

Василиса принялась прощаться.

– Спасибо, Вероника Абрамовна. Я бы еще посидела, конечно…

– Да что ты, Васенька, я же понимаю, у вас дела, вы и так засиделись с Люсей. Люсенька, ты ведь тоже уходишь, правда? – радостно блестела глазами хозяйка.

– А я… – растерянно поднялся было Матвей Артемович, но пухлая, нежная рука Вероники Абрамовны резко дернула его назад.

– Вы ведь не бросите меня одну, правда? – ласково заглядывала в старческие очи хозяйка. – Я еще даже не покормила вашу обворожительную Крысю!

– Кусю, – сурово поправил старичок, но остался.

Подруги выскочили из подъезда Вероники Абрамовны, точно из бани: Люся была красная от нетерпения, ей ужасно хотелось поделиться новостью, а Василиса взопрела от злости. Ну что, в самом деле, за необходимость?! В кои-то веки довелось поужинать голубцами, а Люсенька со своими капризами… как будто есть что-то такое, что не может потерпеть до позднего вечера!

Дорога примирила подруг, и домой они входили гонимые только одной целью: поскорее открыть замусоленную тетрадочку и разложить все по полочкам.

– Люся, так что же ты мне хотела сообщить? Сама наелась окорока, а у меня прямо кусок изо рта вырвала! Я тебя слушаю, Люся.

Люся снова вытащила фотографию.

– Смотри! Вот эта девушка, это Юля! А это Кристина. Ты понимаешь?

– Конечно, понимаю! Чего это нам ее так хвалили – красивая, красивая! Ну, приятная девчонка, но я в ее годы…

– Вася! Ты не о том! И Хлебов, и Кислицын были знакомы со всеми убитыми! Я вот не знаю, кто эти молодые люди, но девчонок-то нет в живых! Парни – пожалуйста, на сцене скачут, а девчонки… Надо нам круче гайки закручивать, хватит уже вокруг да около танцевать!

– Правильно, Люся, правильно! Когда там у нас следующая репетиция? Завтра. Завтра после театра прямо так за Хлебовым и двинемся. Сами следить будем! – решительно хлопнула себя по коленям Василиса.

Вечером подруги разговаривали мало. Они всегда мало говорили, когда предстояла серьезная работа. Конечно, Люсе звонила Ольга, что-то щебетала в трубку про скорый отъезд, конечно, Василиса позвонила сыну и пожелала ему спокойной ночи, не забыв расспросить про последнюю милицейскую сводку, но основные силы женщины берегли на завтра. Они уже знали, что значит кого-то выслеживать. Это – напряжение, терпение и максимум внимания.

Днем Люся долго гуляла с Малышом, бегала с ним по аллее и даже повторяла команды, на которые щенок и не думал реагировать. А когда подруги уже собрались на репетицию, их остановил телефон.

– Мама! – кричала в трубку Ольга. – Ты не знаешь, у нас нет фотографий моего отца?

– Фотографий кого? – чуть не оглохла Люся. – Какого отца? Оля, запомни, у тебя никогда его не было! Тебя аист принес! Такой носатый, с длинными ногами! Если хочешь фотографию, посмотри в атласе животных!

– Мам, а где у нас этот атлас? – не унималась дочь. – Я еду за границу, хотелось бы иметь фотографии всех родственников!

– Оля, мне сейчас некогда, заезжайте вечером, после репетиции.

– А когда она у вас кончается?

– Часиков в девять. Заезжайте прямо туда, в подвал, заодно и нас подвезете… в половине десятого, нам еще надо выслушать оскорбления Кирюши, а то у него случится душевный дискомфорт, – посоветовала Люся и, объяснив, по какому адресу за ней заехать, положила трубку.

– Люся, ты это специально? – задохнулась от возмущения Василиса. – Мы сегодня должны следить за Хлебовым, а что будет делать Ольга? За нами на машине ездить?

– Вася, я за… была… Сейчас перезвоню.

Люся кинулась к телефону, но Ольгу застать уже не удалось.

– Ты представляешь, она как спросила про отца, так меня всю прямо током прошило! Вот ты скажи, Вася, на кой хрен ей в Канаде фотография отца! У меня и в лучшие-то времена фото его никогда не водилось, а теперь-то… Вот и вылетело из головы…