Кожа
Шрифт:
— Остановитесь, — прошептал он одними губами. — Вы делаете большую ошибку. Меня будут искать…
Человек-привидение тряхнул трансплантант и бросил:
— Отключайте его. Поскорее.
Мгновение — и сильные ладони прижали к лицу Малдера наркозную маску. Малдер изумленно уставился в нависшее над ним грубоватое лицо с квадратным подбородком. Джулиан Кайл! Значит, он тоже здесь, в Таиланде?! Малдер забился, как пойманный зверь, — но стряхнуть ненавистную маску не удалось.
— Вдохните как можно глубже, — умиротворяюще прожурчал ему в ухо Кайл. — Вы ничего не почувствуете.
Малдер задержал дыхание. Бороться было бесполезно, но он боролся.
— Не упорствуйте, — прошипел Кайл. — Это глупо.
Через минуту перед глазами Малдера поплыли разноцветные круги — запас воздуха в легких кончился. Перестав сопротивляться, он вдохнул полной грудью — и почувствовал, как сладковатая газовая смесь, щекоча язык, заполняет легкие. Веки сами собой закрылись, но он не заснул и прекрасно слышал, как колдуют над ним эскулапы. Раздался треск разрываемой ткани, и его бедра коснулось что-то влажное. Малдер понял, что именно, но сопротивляться уже не мог. Оставалось одно — как можно дольше не отключаться.
Голоса звучали словно издалека.
— Теперь он нам не помешает, — сказал один.
— А его напарница? Повисла долгая пауза.
— С ней что-то не сработало. Мы совершили ошибку. Нельзя было посылать гуморобота первой стадии. Теперь придется давать задание Тьену.
— Джулиан, у нас нет времени.
— Но напарница…
— К черту напарницу! Посмотри на часы. Пора бежать в главную лабораторию. У нас короткий сеанс спутниковой связи, и за это время нужно успеть показать все в деталях.
— Как бы не совершить ошибку посерьезнее. Она ведь агент ФБР, вы забываете…
— Я же сказал — выбрось ее из головы и сосредоточься на главном!
Малдер почувствовал, что сознание ускользает. Он еще боролся, но сил практически не осталось.
— Все продумано, — продолжал незнакомый голос, — этот парень поможет нам замести следы. Я внимательно изучил его данные. Стойкая репутация человека со странностями. Федералы просто решат, что он окончательно свихнулся. Сделаем так, чтобы он собственными руками убил напарницу — и пусть ФБР охотится за ним. А мы под шумок спокойно завершим финальную стадию.
Рассыпающееся сознание Малдера полыхнуло гневом и угасло. На этот раз окончательно,
Скалли сидела на мокрых ступенях у входа в клинику и с тоской всматривалась в схему, разложенную на коленях. Вот уже два часа она безрезультатно искала Малдера. Обошла все закоулки, переговорила со всеми сотрудниками — единственное, что удалось узнать: Малдер ушел отсюда давно, тем же путем, каким и вошел, — через дверь. Подземный комплекс он, по-видимому, не обнаружил.
Но Скалли отлично знала способность своего напарника отыскивать несуществующее. Выйдя из клиники, она поспешила в ратушу. Копаясь в пыльном архиве, она впервые вспомнила, что в комнате у нее лежит труп. Следовало бы сообщить властям, но заниматься этим было просто некогда — труп вполне мог подождать. Главное — вовремя прийти на выручку Малдеру. Однако в том, что это удастся, она уже сомневалась.
Скалли довольно быстро нашла в архиве то, что искала — схему электроснабжения городка двадцатилетней давности. На эту мысль ее, как ни странно, навел труп незваного гостя. Если под больницей действительно существовали какие-то лаборатории, туда неизбежно должны вести электрические линии, в том числе и подземные!
Но понять это оказалось гораздо легче, чем разобраться в запутанной карте, испещренной тайскими письменами. Здания обозначались точками, все дороги — широкие шоссе и проселки — линиями одинаковой толщины. Город был опутан красной паутиной, каждая нить которой представляла собой линию электропередач. Поверх паутины проходило несколько кривых голубого цвета. Присмотревшись внимательнее, Скалли заключила, что это — дополнительные линии, ведущие от гидроэлектростанции, располагавшейся в полумили к северу от Альката, к основным объектам города.
Смахнув с карты крупного москита, Скалли провела пальцем вдоль главной дороги и остановилась на пересечении с улицей, проходящей совсем рядом с клиникой. Обиженно зажужжав, насекомое поднялось в воздух, оставив на схеме одну из своих многочисленных конечностей. Она лежала как раз на голубой линии, ведущей к больничному комплексу. Да, что-то здесь не так… Но Малдер-то сейчас где?! Нет, нужно бросать это дурацкое копание в бумажках и
срочно связываться с Вашингтоном, а потом, сразу же, с ван Эппсом. Как только узнают, что исчез агент ФБР, мигом пришлют сотрудников, и те перекопают здесь каждый дюйм, все перевернут вверх дном, но Малдера разыщут! Если успеют… И наделают при этом столько шума, что вести расследование «кожного дела» не будет уже никакого смысла.
В правом ухе раздалось жужжание — покалеченное насекомое, не желающее униматься, вознамерилось сесть ей на шею. Как и ящерка, оно было слишком примитивно устроено и не могло адекватно воспринимать реальную угрозу. Скалли занесла руку, чтобы сбросить надоедливую тварь… но тут ее ладонь застыла в воздухе.
Три голубых линии сходились неподалеку от клиники. Скалли наклонилась над картой, пытаясь определить точное местонахождение этого участка. Она даже не заметила, как жало москита вонзилось ей в кожу. Не веря своим глазам, Скалли подняла голову и изумленно уставилась на неказистое здание через дорогу. Это была заброшенная церковь, на которую они обратили внимание еще с Малдером. Не может быть! Несколько раз она переводила взгляд на карту и обратно. За это время москит успел досыта напиться крови и улетел, удовлетворенно гудя.
«Либо я ни черта не смыслю в картографии, — подумала Скалли, — либо три мощных электрических линии ведут к заброшенной церквушке!»
Малдер захрипел и рванулся вперед, жадно хватая ртом воздух. В голове стучали тысячи молотков, в ушах звенело. Малдер открыл глаза, и сознание хлынуло в него вместе с голубоватым неоновым светом.
Он лежал на носилках, в той же самой подземной палате, но капроновая тесьма куда-то исчезла. Занавески на ширме были раздвинуты, и Малдер увидел, что в данный момент он один. Прежняя одежда тоже исчезла, его переодели в больничный халат. В сгиб левого локтя, чуть пониже поднятого рукава, была вставлена трубка капельницы.
Скрипнув зубами, Малдер вырвал капельницу из руки. Тут же брызнула кровь, и он, выругавшись, зажал вену пальцами. Неожиданно в левой ноге появилось странное ощущение — будто тысяча прожорливых червей разом закопошились в коже.
Малдер задрал халат и увидел, что вся нога ниже колена утыкана большими степлерными скрепками. Но странно — широкий лоскут желтого материала, который они держали, топорщился, образуя уродливые складки. Малдер ухватился за нижний край материала и рванул вверх. Лоскут отделился неожиданно легко, правда, в тех местах, где торчали скрепки, выступила кровь. Но на кровь Малдер не обратил внимания — он осмотрел трансплантант и почувствовал огромное облегчения. Малдер сдавил лоскут пальцами и тот вдруг рассыпался в пыль.