Чтение онлайн

Август откинулся на спинку стула, лукаво глядя на них. Казалось, ему нравился переполох, который бывшие влюбленные устроили в очереди на подпись договора.

– Вам туда, Ария. А вам, молодой человек, нужно присесть.

Чарли чмокнул ее в щеку, щелкнул по носу и сел. Ария лишь тяжело вздохнула, понимая, что придется играть эту роль, если она хочет попасть в игру, и прошла за следующую дверь.

Ария щурилась от яркого света множества ламп, расставленных вокруг кресла, на которое ее усадили. Прическа не понравилась стилистам, и теперь она едва удерживалась от желания почесать голову, залитую тонной лака, чтобы легкие волны продержались все интервью. Но хоть макияж не стали менять, лишь подправили стрелки, смазавшиеся, пока она бегала по крыше во сне.

Оператор устало протирал объектив камеры, разминал шею, затекшую за день съемок. Время клонилось к закату, Ария переживала все сильнее, что не успеет на автобус до Паттайи, и ей придется ночевать на улицах Бангкока, но молча ждала, когда режиссер убедится, что кадр выходит красивым.

Ария заметила, как оживился режиссер, – Кевин, который переехал в Таиланд из США сразу после начала вируса – едва взял в руки анкету. После этого несчастную и начали причесывать, поправлять макияж и охать над одеждой. Если бы не Кевин, который заявил, что девушка должна остаться собой, ее бы переодели в вечернее платье.

– Ария, вы готовы? – улыбнулся Кевин, садясь напротив. – Я задам вам пару вопросов. Отвечайте как можно интереснее. Зрителям нужен огонь. Интриги! Все понятно?

Ария кивнула, волнуясь все сильнее. Заставьте ее еще раз пройти отбор, зайти в вагон со страхами, но разрешите не играть на публику. Она знала, что их цель – залезть в душу. Показать ее живой, настоящей, чтобы зрители могли сопереживать. Кто будет сопереживать за девчонку, о которой он ничего не знает?

– Этот год особенный, знаете уже? Пройдет всего лишь семь участников. Мы отберем два десятка лучших на наш взгляд и покажем их отбор и интервью. И уже затем зрители выберут тех, кто пройдет. Скажу по секрету, вы в эту двадцатку уже попали.

Ария вновь кивнула, теребя подол юбки. Сердце бешено стучало, ведь она осознала, что ее интервью точно увидят зрители.

«Разве не этого ты хотела когда-то? – пронеслось в голове. – Быть знаменитой? Давать интервью? Сидеть под прицелом камер?»

Но нет. Она хотела лишь петь и делиться песнями, которые писала с раннего детства. Играть на публику и казаться тем, кем не является, она никогда не хотела.

Комнату залил желто-розовый свет от заходящего солнца. На секунду Арии показалось, что она снова во сне, ведь мир замер, а шорох ног ассистенток поднял пыль, мерцающую в лучах, но она мотнула головой, возвращаясь в реальность.

– Начнем? – спросила Ария.

Кевин кивнул и подал знак оператору.

– Представьтесь.

– Э-м… – Ария прочистила горло, чувствуя, что краснеет. – Меня зовут Ария Монтгомери. Мне двадцать три года. Пять лет назад я переехала в Таиланд из-за вируса, так тут и осела.

– Школу успели окончить?

– Переехала сразу, как окончила школу. Но выпускного не было… и выпускной год просидела, как и все, дома.

– Сколько вам было, когда началась пандемия?

– Вирус появился, когда мне было пятнадцать. В пандемию он превратился через год. А к моему выпуску из школы стало ясно, что самоизоляция не помогает… Я вовремя успела уехать, ведь буквально через пару месяцев все стало совсем плохо.

– Родные?

– Я одна.

– Пожалуйста, говорите, чтобы был ясен вопрос.

Ария сжалась, ощущая ком в горле. Тронь – и она рассыплется, расплавится, словно оловянный солдатик, прыгнувший в огонь за той, кого любит 11 … Но она сделала глубокий вдох и, смотря в глаза Кевину, что состряпал подобие улыбки, заговорила:

– Все, кроме дедушки, не сумели оправиться от вируса. А дедушка… умер от рака чуть больше года назад. Мы жили здесь вместе. Это он меня увез. Родители все кричали, как это глупо, что это бессмысленно… и в итоге мы с ним смогли справиться с вирусом, благодаря тайским врачам, во многом. И климату, я думаю. А может… Никто не знает, почему кто-то пережил вирус, а кто-то нет, верно?

– Отлично… отлично… – Кевин зашуршал бумагами, деловито облизывая губы. – Далее! Образование!

– Уже здесь выучилась на журналистку.

– Работали?

– Нет. Никогда не работала журналисткой… так было нужно, чтобы получить визу. А потом визы отменили… Но я всегда хотела быть певицей.

– Удалось?

– Пару лет пела в барах. Мне нравилось.

– А теперь главный вопрос, Ария. – Кевин поддался вперед, впился взглядом в уставшую Арию, что едва держалась на краю душевного обрыва, вцепившись в подлокотники кресла, обшитого золотыми нитями. – Почему вы пришли в игру?

Ария знала, что ей зададут этот вопрос. Долго думала, что ответить: правду? ложь, которая привлечет к ней внимание? слезливую историю? Она знала, почему сидела в этой душной комнате: ради дедушки. Знала, что такая история вызовет бурю эмоций, поможет ей попасть в игру, но делиться этим не хотелось. Ей так хотелось спрятать дедушку в задворках сердца и никогда о нем никому не рассказывать.

Правда? Ложь?

– Это была наша мечта с дедушкой. Выиграть игру. Мы готовились… Но потом он заболел… – Ария опустила глаза, едва сдерживая дрожь в руках. – Он умер недавно, а мечта осталась. И я поняла, что должна победить ради него 12 . И ради себя.

Кевин улыбнулся, но взгляд остался холодным, а губы застыли, как у пластиковой, вечно счастливой, куклы.

– Отлично… отлично… – Кевин наклонился и заговорщицки посмотрел на Арию. – А теперь про вашу встречу с… – Он сощурился, вглядываясь в страницу, – Чарли Тернером. Что вы испытали, когда увидели его на отборе?

Ария опустила глаза и сжала губы. Она знала, что придется говорить про дедушку, готовилась к этому. Но Чарли? Серьезно? Она еще помнила вкус поцелуев, его касания и ту страсть, что захватывала с головой. Но помнила она и как ушла, едва осознала, что он тянул ее на дно. Запрещал надевать открытую одежду, петь, ревновал, катал на эмоциональных качелях, сначала вознося, словно королеву, а потом оставляя одну, забрав с собой дневной свет и свободу. И она ждала его возвращения, дыша вполсилы, так болела душа без него.