Чтение онлайн

За Инсонельмом находится Радор, пояс астероидов, тот самый средний фронт, который я отчаянно пытаюсь сохранить. Пояс принадлежит Альрату, в отличие от Желтой земли, золота на нем нет, но есть другие металлы. На крупных астероидах стоят автоматические станции добычи. Эти станции – предмет моего постоянного беспокойства, в поясе легко скрыться, поэтому здесь процветает космическое пиратство. Космическое пиратство… звучит, конечно, громко, но на деле никакой романтики. Пираты – это солдаты-дезертиры, бывшие заключенные и просто проходимцы всех мастей, которым как-то удалось достать корабль. Некоторые их просто крадут, некоторые выкупают списанный хлам, потом подлатывают его, вешают оружие и отправляются на промысел. Они вычищают все, не брезгуют ничем, а потом продают свою добычу на черном рынке или таким же джентльменам удачи, как они сами. Пираты и станции, которые они грабят – это моя вечная головная боль.

Дальше – Мирраер, маленькая холодная планета. Население Мирраера сравнимо с населением всего одного из континентов Альрата, но это не значит, что Мирраер можно сбросить со счетов. Напротив, мирраерский флот самый многочисленный и сильный. Секрет в том, что их корабли беспилотные, управляются с самой планеты. Мирраерцы безусловные лидеры во всем, что касается технологий, любое новшество всегда исходит от них. Свои достижения они обменивают на продукты, которыми их не может снабдить родной мир. На мой взгляд, Альрату очень повезло, что между ним и Мирраером находится Инсонельм. Если однажды мирраерцам надоест играть в хороших парней, то первый их удар придется не по нам. Впрочем, при текущем положении дел даже это нас не спасет.

За Мирраером лежит дальний рубеж, граница союза внутренних миров. За ней Хольг. Хольг – дикий народ, кочевники, которые перелетают с одной малой планеты на другую. У них нет государства, редко когда у них появляется правитель, в основном это разрозненные шайки разбойников. Сейчас у них восемь или девять племен, занятых враждой друг с другом. Но так было не всегда. Четыреста лет назад Хольг объединились и прошли убийственной волной по внутренним мирам. Они завоевали даже Альрат и правили им сто лет, пока Великий Царь Хмас, первый из своей династии, не освободил Альрат, а потом гнал Хольг как собак до их холодных миров, в которых солнце кажется далекой точкой. В те времена Альрат был велик, это Мирраер и Инсонельм несли дары Альрату, а не наоборот. Увы, сейчас от всего этого мало что осталось.

Уже в который раз я просматриваю сообщения в надежде, что Великий Царь ответит на мои мольбы. Тщетно, все тщетно. Если он меня и слышит, то не хочет или не может ничего предпринять. Мне легче думать, что не хочет, потому что если Царь Альрата станет бессильным, то дни Альрата сочтены.

Таков наш мир, по крайней мере пока он выглядит так. Я закрываю карту.

Тщетны твои надежды, человек, ибо ты просто пыль на ветру. Я возвращаюсь на Альрат после почти годичного отсутствия. На этот раз меня призывает храм Гебет, к которому я принадлежу. К этому времени я уже убеждаюсь в двух вещах: в том, что Царю Атиарну так же наплевать на армию, как и его отцу, и в том, что Царю Атиарну в отличие от его отца наплевать еще и на Альрат. Для меня этот год был тяжелым: слишком много мелких стычек, доводящие до отчаяния отказы оборудования, повальное дезертирство. Когда я схожу с трапа, впервые за последний год почувствовав настоящую землю, а не корабельную палубу, мои ноги подгибаются, и я почти падаю. Это еще одно напоминание о том, какой жалкой стала армия Альрата: наши технологии искусственной гравитации безнадежно устарели, мы не можем сохранять ее уровень на уровне родной планеты, мышцы наших солдат больше не могут удерживать тела. К счастью, меня встречает племянник, Вабранд, он подставляет мне плечо и тащит на себе как немощного калеку. Я крепко сжимаю зубы, мне тяжело в моем возрасте ощущать себя инвалидом. Невольно я вспоминаю Царя. Чувствует ли он себя калекой? И если да, то как в нем сочетается то, что он самый могущественный человек Альрата, и то, что без посторонней помощи он не проживет в своих владениях больше трех дней? После Атиарна мои мысли переключаются на Раах. Снова, уже в который раз за этот год, я гоню их от себя. Не мечтай о том, что никогда не сможешь получить.

– Как вы долетели? – спрашивает Вабранд.

Он на удивление почтителен ко мне. Вообще, после того, как Царь сохранил за мной титул Командующего средним фронтом, моя семья вдруг стала уделять мне слишком много внимания.

– Отвратительно, – отвечаю я.

Я недолюбливаю Вабранда, даже сейчас в его глазах я вижу, что он думает только о том, как попросить выхлопотать ему какую-нибудь теплую должность. Мне не хочется разочаровывать его сразу, я планирую продлить удовольствие.

– Когда начинается празднество?

Я имею в виду ежегодный праздник храма Гебет.

– Завтра на рассвете.

Я на секунду колеблюсь, но потом все-таки решаю спросить.

– Я могу поговорить с Богами сегодня же?

Вабранд смотрит на меня широко распахнутыми глазами, этой манерой он в точности повторяет моего старшего брата, весьма посредственного жреца храма Гебет.

– Я не уверен, что это…

– Так уточни! – рычу я.

Я привык иметь дело с солдатами, а не с изнеженными представителями золотой молодежи. Вабранд в очередной раз выпучивает на меня глаза.

– Хорошо, дядя Ваарг, я уточню…

Он ведет меря к кару, я кое-как залезаю внутрь. В это время Вабранд тыкает пальцами в свой планшет. Кар поднимается в воздух, набирает высоту. Я смотрю в окно. По широкой дуге мы огибаем взлетное поле космопорта, и я вижу равнины Рата, потом начинаются поля, по которым ползет сельскохозяйственная техника, потом снова пустоши, пустоши, пустоши… Я не уверен, но мне кажется, что этой пустоты слишком много.

– Почему эти поля не засеяны? – спрашиваю я.

Вабранд хихикает. Мне хочется дать ему подзатыльник.

– Слепой Царь запретил их сеять, говорит, для этой земли есть другое предназначение. Вот прям так и говорит – «другое предназначение». Смешно, правда?

Мне не смешно. Пустота под нами длится и длится. Слепой Царь… Хорошее имя придумал народ Атиарну.

– Ты связался с отцом?

– Да, он пишет, что до официального праздника нечего и думать о том, чтобы поговорить с Богами.

– Все равно летим к храму.

Вабранд пожимает плечами и меняет курс в настройках кара.

– Дядя, вы убивали людей? – вдруг спрашивает он.

– Что? – мои мысли все еще заняты землей, которой Атиарн придумал какое-то «другое предназначение».

– Я спрашиваю, вы убивали людей?

– Убивал, – отвечаю я.

– Сами? Своими руками?

– Было и такое, – неохотно отвечаю я. – Но это было давно.

Когда я еще был рядовым, наш корабль попал в засаду, инсонельмцы взяли нас на абордаж. Да, тогда мне пришлось убивать. Лет мне было меньше, чем сейчас Вабранду.

– Я хочу начать военную карьеру, – заявляет Вабранд.