Крапивник

Глава 1. Пролог. Автор.

Из аккуратного светло-розового трёхэтажного дома вышла женщина тридцати четырёх лет. Крупная, румяная и энергичная, с блестящими волосами цвета шоколада и красной родинкой под правым глазом.

Заперев дверь, она заметила вдруг, что на туфле расстегнулась пряжка. Подобрав объёмную красную юбку, она присела на крылечке, чтобы исправить ситуацию.

Стараясь не подметать подолом ступеньки, женщина тихонько помянула недобрым словом создателя пышных юбок.

Закончив, встала и улыбнулась. Солнечное летнее утро никак не способствовало тому, чтобы настроение портили такие мелочи. Издалека, с востока города, где располагался порт, потянуло солоноватым морским воздухом. От тёмно-серой брусчатки, остывшей за ночь, веяло холодом. Взгляд цеплялся за пёстрые цветочные горшки, расставленные по подоконникам и балконам жителей этой части города. Вовсе не элитной, но и весьма не дешёвой.

Дверь соседнего дома, примыкающего к дому женщины, со щелчком открылась. Из неё появился полный мужчина с широкими русыми бровями. Поправив жилет, сползавший с живота, он заворчал.

— Ох уж мне все эти пирожки-котлетки…

— Нерт? — женщина прищурилась. — Аслан Нерт?

— Оливия? — ему потребовалось лишь мгновение, чтобы признать в собеседнице старую знакомую.

Академия магии давно осталась для них в прошлом, но забыть друг друга не позволяло количество общих воспоминаний.

— Ты всё ещё здесь живёшь? — Аслан кивнул на розовый дом. — Думал, ты замужем.

— Ага. Трое детей, — отмахнулась женщина. — А сюда только родителей навестить приехала — папа приболел. Ну как ты сейчас, расскажи хоть?

Мужчина пожал плечами:

— Как? Ну… женат, пять спиногрызов, одного вот из дома уже выпроводил — на втором курсе в академии учится.

— Простые радости усталых родителей, — усмехнулась Оливия и подбородком указала на жёлтый дом, откуда появился Аслан и продолжила. — Вижу, из родного города перебрался в столицу? И почём нынче продают такую замечательную жилплощадь?

— Без понятия. Дом Крапивника — это всё ещё дом Крапивника и продаже он не подлежит, — заверил Аслан.

Оливия без труда вспомнила физиономию соседского мальчика, носившего это прозвище. Он был её ровесником, тоже обладал способностями к магии и учился в академии на одном факультете с Асланом.

— А почему тогда ты в его доме? — уточнила женщина.

— Мы с Крапивником ещё дружим. Он даёт мне ключи, когда я сюда по делам езжу. Всё равно дом стоит, а в гостиницах втридорога дерут, — мужчина снова оправил жилет. — Работа у меня гадкая — постоянные поездки. С каждым килограммом всё гаже.

— Ой, как я тебя понимаю, — женщина приложила руку к сердцу. — Я тоже набрала в последнее время.

— Я лично себя успокаиваю тем, что у меня низкий дом — один этаж. А вот Крапивник, если тебе интересно, живёт в башне. А она этажа… на четыре или пять.

— А где же он башню-то достал? — серые глаза женщины округлились от удивления.

— У нас руины на холме стоят. Так сложилось, что он там поселился. И с утра до ночи носится по этим лестницам. И ведь не устаёт.

— Спорить готова, такой же тощий как и был, да?

— Ага, — подтвердил мужчина и прибавил с досадой. — Жрёт и не толстеет.

— М-да, сильного мага видно сразу, — усмехнулась Оливия, тоже проникаясь лёгкой завистью. — Вообще, мои родители его пару раз видели, он приезжал, но ничего толком не рассказывал.

Аслан пожал плечами, прикидывая, что интересного можно сообщить.

— Он профессор по «магическими болезнями». Весьма известный. Но в городе его знают как аптекаря.

— По стопам отца, — Оливия покосилась на соседскую дверь, где уже двадцать лет не висела пёстрая вывеска аптеки.

Немного подумав, она вдруг прищурилась.

— Слушай, а вы получается в одном городе живёте?

— Ага.

— В Трое-Городе? Ты ж оттуда?

— Ну да. А что?

— Да просто я тут подумала, — в серых глазах заплясали очень подозрительные искорки воодушевления. — Пацифику помнишь?

Аслан насторожился. Надо сказать, объект влюблённости друга оставил о себе хорошие воспоминания, но итог этих отношений в их число не входил.

Оливия не сразу заговорила опять. Она задумчиво почесала подбородок.

— А он нормальный вообще? Ну… не спился, не сбрендил, ничего такого, да?

— Кто из нас без тараканов в голове? — Аслан щурился, раздумывая, не стоит ли начать выгораживать друга перед излишне активной соседкой. — Крапивник не многим хуже других.

— А жена у нашего профессора есть?

— Ты ведь это не из любопытства спрашиваешь, верно?

— С умыслом, — на лице женщины отчётливо читалось: «у меня появилась отличная идея». — Понимаешь, Пацифика сейчас тоже свободна… вернее… как «свободна»? Она вдова с ребёнком, но не суть.

— В смысле не суть?! — перспектива стравить друга и его бывшую не воодушевляла. — Не надо вот этих твоих дурных идей.

— Видишь ли, Пацифика после академии вышла замуж и несколько лет назад овдовела, — женщина словно не слышала. — У неё осталась дочка четырнадцати лет. Чудесная девочка.

— Да мне глубоко на это…

— Способная, сообразительная. Магические способности имеет. Вступительные экзамены в академию провалила — переволновалась.

Аслан упёр руки в бока, явно показывая, что думает о настроении Оливии.

— Голову даю на отсечение, что они будут искать учителя.

— Хочешь уговорить Пацифику отправить дочь к Крапивнику? Он профессор — письма от учеников ему приходят в год по сотне штук, и он их даже не читает — посылает стандартный отказ.

— А кто его спрашивает? У вас в городе вроде жил мужик, раньше преподававший в академии. Он же ещё берёт учеников, да?