Чтение онлайн

Десять минут назад я хотела облизать его как медовый леденец. Все, что я могу сделать сейчас, это не удерживать его как раненное животное. Если он хоть в чём-то похож на меня, то будет противиться этому. Я сохраняю нейтральный тон:

— Ну, тогда давай прогуляемся.

Мы выходим на речную набережную, где ярко и радостно светит солнце, а ветер с Миссисипи достаточно силен, чтобы в мгновение ока унести прочь любое мучительное признание. Некоторое время идем молча, минуя человека, играющего The Sunny Side на трубе. Чуть дальше по улице группа неряшливых музыкантов примерно моего возраста, сидя на земле, репетирует блюграсс.

Пальцы Финна касаются моей руки, и я по привычке дергаюсь в сторону. Он издает раздраженный звук.

— Возьми мою гребаную руку, Чесс. Я не собираюсь тут рыдать, черт возьми, или делать что-то подобное. — Длинные пальцы ищут и находят мои, крепко сжимая.

— Я такого не говорила, мистер Ворчун. — Переплетаю свои пальцы с его. — Доволен? Мы держимся за руки.

— Неужели, — бормочет он.

Я не обращаю внимания и просто иду рядом, ожидая, когда Финн заговорит. Наконец, он решается, и голос звучит устало и напряженно:

— Около одиннадцати месяцев назад я пошел на вечеринку и подцепил Бритт.

Ладно, это не то, чего я ожидала. И совсем не то, что хотела бы услышать. Но не говорю ни слова.

— Мы даже не провели вместе ночь, — продолжает он. — Просто трахнулись в ванной и продолжили наслаждаться вечеринкой.

Что ж, классно.

— Да, знаю, — говорит он, словно я произнесла вслух. — Я был в эйфории от победы в важной игре, и супермодель умоляла мне отсосать... — он откашливается. — Четыре месяца спустя, Бритт появилась у меня под дверью.

— Пожалуйста, скажи, что ты её узнал, — резко выпаливаю я. Черт.

Финн бросает осуждающий взгляд, полностью заслуженный.

— Узнал. Но, честно говоря, не очень-то обрадовался, увидев ее. Секс с Бритт был довольно... пресным.

Только Финн мог сказать, что секс в ванной с супермоделью был пресным.

Он тяжело сглатывает и смотрит на реку.

— Она была беременна, Чесс.

Я спотыкаюсь о трещину в асфальте, и он крепче сжимает руку, поддерживая меня.

— Что?— хриплю я.

Финн сжимает челюсть.

— Начиная со средней школы нам твердили, что нужно быть осторожными и предохраняться. Никогда не верить девушке на слово, что она на таблетках. Всегда пользоваться презервативами. Ошибка сегодня — причина неудач завтра.

— Прелестно.

— Но это правда, — говорит он, пожимая плечами. — Я использовал презерватив. И не был настолько наивен, чтобы не попросить тест на отцовство. Бритт согласилась. Ей не нужны мои деньги, у нее своих более чем достаточно. Она просто хотела, чтобы я знал, потому что так правильно.

Внезапно я чувствую себя ужасно мелочной и жалкой из-за того, что ревную к этой женщине.

Финн отпускает мою руку и засовывает кулаки в карманы, пока мы медленно идем вперед.

— Тесты пришли. Я был отцом ребенка.

— Но как... об этом не было ни слова в прессе. Джеймс фанатично следит за спортивными новостями.

— Мы держали все в тайне, нам повезло, информация не просочилась. Джейк — единственный друг, который знает. Ну, он и моя семья. Они тоже в курсе.

Финн делает глубокий вдох.

— Так или иначе, я набрался мужества и сделал ей предложение...

Мой желудок резко скручивает. Если он женат…

— Но Бритт ответила «нет».

Я должна бы почувствовать облегчение, но это не так. Он мог быть женат. И я бы никогда не узнала его как сейчас.

— Мы продумали, как быть с опекой, и прочими подобными вещами... — он замолкает и смотрит вниз на свою обувь, пока мы идем.

— Значит, у тебя есть ребенок. — Я умею считать. Мысль о том, что где-то там есть маленький Финн, ошеломляет. Боже. Он отец.

— Пять месяцев спустя, — хрипит он. — У Бритт случился выкидыш.

— О, Финн.

Он стоит, сгорбившись от ветра, с пустым выражением лица. Прикоснувшись к его руке, чувствую, что она подрагивает от напряжения.

— Мне очень жаль.

Парень неопределенно кивает, слегка вздернув подбородок.

— Мы только что узнали, что это была девочка, понимаешь?

Обхватываю пальцами его руку.

— Финн…

Он делает глубокий вдох, словно втягивает всю боль в себя, и распрямляет плечи. Когда поднимает взгляд, челюсть тверда и сжата.

— Все время, пока Бритт была беременна, я твердил себе, что именно так поступают настоящие мужчины. Они заботятся о своих ошибках. — Он прерывисто фыркает. — Именно так я думал о своем ребенке, Чесс. Как об ошибке. О моей малышке.

Его глаза полны слез, и я больше не могу устоять на месте. Шагаю к нему и крепко обнимаю. И он тут же обнимает в ответ, сжимая с такой силой, что наверняка появятся синяки, и зарывается лицом в мои волосы. В течение долгих мгновений он содрогается, пытаясь взять себя в руки, пока я вожу ладонью по его спине, шепча успокаивающую бессмыслицу.

Его грубый голос звучит рядом с моим ухом:

— Даже не подозревал, как сильно хочу эту малышку, пока не увидел на ультразвуке. — Он снова вздрагивает. — Она действительно была там, десять пальцев на руках и десять на ногах, вертелась на месте, словно бежала куда-то, и я хотел ее. Хотел. А потом её не стало.

— О, Финн. — Мое сердце разрывается за него. За Бритт. Я никогда не была в их положении, но знаю, каково это, когда отнимают то, чего ты никогда даже не смел желать. И как эта потеря меняет всю жизнь и отражается в будущем.