Чтение онлайн

— Это было уже давно, — голос его звучал ровно, — я с тех пор исцелился.

— Твои поступки говорят об обратном.

Ролан обернулся к нему.

— Чего ты хочешь? — спросил он резко, — чтобы я признался, что влюблен в Диану де Вермандуа? Хочешь услышать это от меня? Что я схожу с ума от ревности каждый раз, когда вижу ее с Савуаром? Она выбрала лучшего из нас, я ее не достоин. Мазарини четко дал мне это понять.

Луи молчал, глядя на него. Потом подошел и положил руку ему на плечо.

— Я хотел знать, что кому-то еще тоже плохо, как и мне. Ты отлично держишься, и, если бы мать не дала мне этот отчет, я бы тоже не догадался ни о чем. Я буду учиться у тебя. Мне Мазарини дал четко понять, что Мария не достойна меня.

Они смотрели друг на друга, а потом Ролан усмехнулся:

— Осталось только порыдать друг у друга на плече, — сказал он, — Мария может делать все, что угодно, и ради тебя я согласился участвовать в этом фарсе, где она специально издевается надо мной. Ей нравится смотреть, как я вынужден постоянно танцевать с Дианой, быть любезным с Савуаром. И даже роль изначально мне предложили Роланда. Она мне очень подходит..., — он помолчал, — возможно, твоя мать права. Из Марии не выйдет королевы.

— Ты говоришь так потому, что зол на нее, — сказал Луи.

— Я говорю так потому, что это слишком мелочно, так мстить, — ответил Ролан.

— За что ей тебе мстить?

— Есть за что. Мария наслаждается моими мучениями. Я же вижу.

— Поэтому ты будешь рад, когда она уедет, — Луи нахмурился и взгляд его не предвещал ничего хорошего.

— Нет. Но только ради тебя. Она нужна тебе. Хотя королевы из нее на самом деле не выйдет.

Глаза Луи сверкнули. Он сделал шаг вперед, и правым хуком врезал Ролану в челюсть. Ролан отлетел к стене, но удержался на ногах. Луи подошел ближе. Ролан выставил защиту.

— Я бы вызвал тебя, — проговорил он, — но законы не позволяют драться с королем.

— Зато королю законы позволяют бить своих подданных, — Луи снова хотел ударить его, но Ролан легко отбил удар. В отличии от Луи, он множество раз вступал в противоборство с гораздо более сильными противниками. Чтобы свалить его с ног ему хватило бы одного удара.

Попытавшись пробиться сквозь его защиту, Луи быстро понял, что Ролан не собирается поддаваться или отвечать. Он защищался, не более.

— Проси прощения или убирайся ко всем чертям, — Луи отошел в сторону, — я не позволю оскорблять Марию даже тебе.

Ролан поднял руки, показывая, что сдается.

— Получается, что ты одобряешь ее поступки, — сказал он.

— Нет. Но я не позволю оскорблять ее.

— Но ты сам недавно оскорблял Диану, и я слушал это молча.

— Проси прощения или проваливай.

— Хорошо, — Ролан поклонился, надевая маску придворного, — прошу извинить меня, Ваше Величество, — я погорячился. Из Марии Манчини получилась бы отличная королева. Мелочно мстящая своим подданным. Но вассалы на то и есть, чтобы издеваться над ними. Безмолвные твари, которые созданы, чтобы повеселить господ.

Луи скрестил руки на груди и сжал губы, чтобы не рассмеяться.

— Попробуй еще раз, — сказал он, — эти извинения не подходят.

Но Ролан не собирался извиняться или унижаться перед ним. Он развернулся и быстро вышел из комнаты.

...

Позже, анализируя свой разговор с королем, Ролан понимал, что был не прав. Но будучи постоянно на взводе, он не мог сохранять способность ясно мыслить. Мария явно наслаждалась произведенным эффектом, и его расположение к ней постепенно переходило в ненависть. Луи покрывал ее, заставляя весь двор скакать под ее дудку. Никогда еще Мария Манчини не обладала такой огромной властью над королем, как в эти последние два месяца при дворе. Любой ее каприз мгновенно исполнялся. Любая ее прихоть становилась прихотью молодого короля. Не желая участвовать в этом, но и боясь покинуть двор без разрешения кардинала, Ролан перебрался в свой дом и перестал ходить на репетиции. Он целыми днями сидел в библиотеке и пил, все более теряя человеческий облик и радуясь тому, что не видит ежедневно Диану и де Савуара, но в то же время мечтая снова положить руки на ее талию, пусть даже он не может позволить себе сжать ее крепче, чем положено в танце. Прошло несколько дней и, однажды очнувшись достаточно трезвым, он понял, что благодарен Марии за возможность танцевать с Дианой. Пусть та наслаждается видом его страданий, но сам он не желал отказываться от них, мечтая снова и снова видеть Диану, просто смотреть на нее. И если репетиции — единственный путь быть с нею рядом, значит он будет ходить на репетиции.

С этого дня он искал возможности примириться с королем, и тут на помощь ему пришел случай.

Ролан возвращался от Нелли де Ламбаль, с которой встречался этой ночью в небольшом домике недалеко от Люксембурга. Нелли прислала ему записку с мольбой выслушать ее, и он от нечего делать отправился на поиски приключений, прихватив с собой одного только Мориса.

Признания Нелли де Ламбаль были весьма пространны. Она, казавшаяся всегда Ролану бессловесной жертвой его чар, оказалась весьма красноречива, когда речь зашла о ее чувствах. Совсем юная и хрупкая, полупрозрачная блондиночка с огромными серыми глазами на пол лица, Нелли умоляла о любви и готова была пожертвовать абсолютно всем, идти на любой риск, только бы Ролан принял ее чувства и иногда, хоть раз в несколько дней, на вечер принадлежал ей.

Слушать ее было весьма забавно. В его голове родилось сразу несколько остроумных ответов, но тут он вспомнил о том, как больно ранят такие ответы. И если раньше он не задумываясь бы посмеялся над ней, то теперь прикусил губу. Отталкивать и обижать юную красавицу ему не хотелось. Нелли показала себя как хорошая, хоть и неискушенная любовница, и он не готов был так сразу отказаться от нее. Он согласился. Все равно Диана принадлежала де Савуару по ее собственному желанию. Почему бы ему самому не обзавестись официальной любовницей, которая, к тому же, может поспорить по красоте за первое место сразу после Дианы? Нелли нравилась многим, и он был рад увести ее из под носа у некоторых господ.

— Я всегда буду ждать вас в этом домике по средам, — говорила Нелли, сжимая его в объятьях сразу после любви, — вы приносите мне счастье. Я никогда не предам и не изменю!

Ролан ей верил, хотя никак не мог найти в сердце хоть какую-то толику любви к этой хрупкой, как хрустальная ваза, молоденькой женщине. Ничего более, чем возможность утолить свою страсть. Если Анна де Вернель была умна и язвительна, то Нелли — восторженна и покладиста. Ему никогда не нравились такие женщины. Из них двоих он выбрал бы Анну, но Анна всегда была в центре внимания, ее муж, барон де Вернель, — весьма ревнив, а другие поклонники не упускали случая погреться в ее постели. Ролан же был собственником, и популярность Анны и ее неразборчивость в связях никогда не нравились ему. Иметь свою собственную любовницу, верную и преданную, было гораздо более привлекательным, чем каждый раз бороться за внимание Анны. Подумав, он пришел к выводу, что его верность никак не входит в пакет их соглашений с Нелли де Ламбаль. Он должен просто приходить по средам в домик недалеко от Люксембурга. А Нелли — быть ему верна.